Около сотни разномастных музыкантов готовились к представлению. Настраивали инструменты, расправляли нотные листы на пюпитрах… Было удивительно, как столько человек вмещалось на столь узкой сцене. Но искусство, как говорится, требует жертв. То бишь комфортом ради музыки, ради высокого искусства, пожертвовать стоит. Но неудовольствие и открытое раздражение, читающееся на лицах музыкантов, доказывало обратное. Но, как бы то ни было — show must go on.
Добавить в моё избранное
6 мин, 22 сек 13523
Знаешь, я не хотел помочь им. Ты ведь и сам это понял. Я солгал им, что у них в театре привидение. Солгал, чтобы решить собственные проблемы. Чтобы убрать свой страх — Её. Это я принёс к ним призрака. Призрака в себе.
Но ничего не вышло. Не вышло. Может, потому что я слабак, а может просто, потому что не хочу с ней расставаться. Не смотря на то, что она мой страх… — Твой бич.
Руфус усмехнулся.
— Нет, Глен. Мой настоящий бич — я сам. И то чем я занимаюсь. Это моё настоящее проклятие… А Она даже помогает мне… В этой непроглядной мгле я знаю, что могу Её увидеть, даже и пускай ценой чьей-нибудь жизни.
— Значит, эти дирижёры погибли из-за твоей борьбы с самим собой? Или просто из-за того, что ты её увидеть лишний раз захотел?
— И то и другое.
Повисла гнетущая тишина. За окном же, тем временем, уже начинал золотиться горизонт.
Молчание прервал Глен.
— И что дальше, Руфус?
— Дальше, я думаю, рассвет, друг мой. А с ним и конец… Руфус поднялся, прошёлся по комнате. Сел за пианино, что стояло в углу. Поднял крышку и начал играть «Тему любви» Чайковского. Затем резко оборвал её и захлопнул крышку.
— Ну что ж, мой друг. Попрощаемся.
Руфус поднялся и подошёл к Глену. Они крепко пожали друг другу руки. Потом постояли минуту, смотря друг на друга.
— Обещай мне, что не будешь делать этого, Руфус.
— Обещаю… Рассвет уже почти наступил. Руфус широко открыл окна, и теперь комната была хорошо освещена.
Он походил по ней, разглядывая все вещи, связанные с Ней.
Он старался как можно чётче представить Её. Потому что хотел нарушить обещание данное Глену. А перед этим хотел увидеть Её в последний раз.
Работа предстояла трудная. До этого Руфус смог вызвать Её всего лишь на пару мгновений при помощи сотни человек и их чувств и страхов. А сейчас ему нужны только свои чувства, но неимоверно сильные, потому что они были связаны непосредственно с объектом призыва. И поэтому он играл на пианино, думая о Ней, искал вещи с Ней связанные… Взгляд неожиданно остановился на Её обручальном кольце. Руфус подошёл к столу, поднял его и одел себе на палец.
По нему сразу пробежала волна. Вот оно! То, что нужно! Её вещь… Вещь, с которой и у Неё и у Руфуса были связаны сильные воспоминания и эмоции.
Всё вокруг поплыло и перед ним вновь предстала Она. Реальнее чем когда-либо.
Она медленно подошла, грустно взглянула ему в глаза. Улыбнулась. Вместе с ней улыбнулся и Руфус.
— Успокойся, мой милый. Я с тобой. Всё будет хорошо.
Она провела ладонью по его щеке. Руфуса обдало холодом.
— Я подарю тебе сон. Приятный сон. И после него всё сразу станет хорошо. Тебя уже не будут тревожить кошмары прошлого. Прошлое оставит тебя. Я подарю тебе второй шанс.
Из глаз Руфуса брызнули слёзы.
— Любовь, а не страх держали меня в тебе. И теперь любовь подарит тебе вторую жизнь. Даст второй шанс. Шанс исправить всё. Я обещаю… Руфус обнял её, не смотря на дикий холод, пронзивший его всего до костей.
— Моё время на исходе. Скоро рассвет. Ложись, мой милый. Я подарю тебе чудный сон… Руфус послушно лёг. Она склонилась над ним и поцеловала в губы.
Холода не было. Было лишь тепло.
— Любовь — это вторая жизнь. Второй шанс. Шанс на спасение… И, глядя на засыпающего любимого, Она испарилась.
За окном солнце уже полностью вступило в зенит. По автостраде ездили машины. А на кровати ни о чём об этом не ведая спал Руфус. И видел сон. Без снов.
Но ничего не вышло. Не вышло. Может, потому что я слабак, а может просто, потому что не хочу с ней расставаться. Не смотря на то, что она мой страх… — Твой бич.
Руфус усмехнулся.
— Нет, Глен. Мой настоящий бич — я сам. И то чем я занимаюсь. Это моё настоящее проклятие… А Она даже помогает мне… В этой непроглядной мгле я знаю, что могу Её увидеть, даже и пускай ценой чьей-нибудь жизни.
— Значит, эти дирижёры погибли из-за твоей борьбы с самим собой? Или просто из-за того, что ты её увидеть лишний раз захотел?
— И то и другое.
Повисла гнетущая тишина. За окном же, тем временем, уже начинал золотиться горизонт.
Молчание прервал Глен.
— И что дальше, Руфус?
— Дальше, я думаю, рассвет, друг мой. А с ним и конец… Руфус поднялся, прошёлся по комнате. Сел за пианино, что стояло в углу. Поднял крышку и начал играть «Тему любви» Чайковского. Затем резко оборвал её и захлопнул крышку.
— Ну что ж, мой друг. Попрощаемся.
Руфус поднялся и подошёл к Глену. Они крепко пожали друг другу руки. Потом постояли минуту, смотря друг на друга.
— Обещай мне, что не будешь делать этого, Руфус.
— Обещаю… Рассвет уже почти наступил. Руфус широко открыл окна, и теперь комната была хорошо освещена.
Он походил по ней, разглядывая все вещи, связанные с Ней.
Он старался как можно чётче представить Её. Потому что хотел нарушить обещание данное Глену. А перед этим хотел увидеть Её в последний раз.
Работа предстояла трудная. До этого Руфус смог вызвать Её всего лишь на пару мгновений при помощи сотни человек и их чувств и страхов. А сейчас ему нужны только свои чувства, но неимоверно сильные, потому что они были связаны непосредственно с объектом призыва. И поэтому он играл на пианино, думая о Ней, искал вещи с Ней связанные… Взгляд неожиданно остановился на Её обручальном кольце. Руфус подошёл к столу, поднял его и одел себе на палец.
По нему сразу пробежала волна. Вот оно! То, что нужно! Её вещь… Вещь, с которой и у Неё и у Руфуса были связаны сильные воспоминания и эмоции.
Всё вокруг поплыло и перед ним вновь предстала Она. Реальнее чем когда-либо.
Она медленно подошла, грустно взглянула ему в глаза. Улыбнулась. Вместе с ней улыбнулся и Руфус.
— Успокойся, мой милый. Я с тобой. Всё будет хорошо.
Она провела ладонью по его щеке. Руфуса обдало холодом.
— Я подарю тебе сон. Приятный сон. И после него всё сразу станет хорошо. Тебя уже не будут тревожить кошмары прошлого. Прошлое оставит тебя. Я подарю тебе второй шанс.
Из глаз Руфуса брызнули слёзы.
— Любовь, а не страх держали меня в тебе. И теперь любовь подарит тебе вторую жизнь. Даст второй шанс. Шанс исправить всё. Я обещаю… Руфус обнял её, не смотря на дикий холод, пронзивший его всего до костей.
— Моё время на исходе. Скоро рассвет. Ложись, мой милый. Я подарю тебе чудный сон… Руфус послушно лёг. Она склонилась над ним и поцеловала в губы.
Холода не было. Было лишь тепло.
— Любовь — это вторая жизнь. Второй шанс. Шанс на спасение… И, глядя на засыпающего любимого, Она испарилась.
За окном солнце уже полностью вступило в зенит. По автостраде ездили машины. А на кровати ни о чём об этом не ведая спал Руфус. И видел сон. Без снов.
Страница 2 из 2
