В город Новоуральск вас не пустят. И правильно сделают. В Новоуральске, он же Верхнейвинск, он же Свердловск-44, вырабатывается не много, не мало — оружейные расщепляющиеся материалы. Говоря коротко, там делают атомные бомбы. И делают давно. Этот процесс не всегда был гладким и безаварийным, что в СССР, что в Штатах, поскольку производственникам приходилось пахать такую целину, просчитать которую не мог ни один академик-лауреат. Тому безмолвное свидетельство — могилы на верхнейвинском кладбище с датами смерти «1952, 1953, 1955»… И не все они, по свидетельству ветеранов производства, стали следствием ошибок инженеров и рабочих.
Добавить в моё избранное
5 мин, 26 сек 126
Кто провёл Обряд?
— Мне помогли. На Свердловской пересылке… — Имя? — майор разжал ладонь.
— У меня отличная кровеносная система, и я выжгу из тебя всё, что мне требуется, так что не усложняй себе жизнь или как это бытие у вас там называется.
— Ребе Шломо Шнеер… — … Бен Цви, — кивнул майор.
— Знакомый персонаж, сатанист со стажем. Прибрал его ваш общий Хозяин пару лет назад. Видимо, его собственный контракт с Нечистым подошёл к концу. Твой, кстати, тоже.
— Подожди! Подожди! — Демона Перекрёстка затрясло так, что сквозь него стало видно станки на другой стороне пролёта.
— Ведь мы же договорились!
— Разве? — искренне удивился майор.
— Что-то не припомню. Я спрашивал, ты отвечал. И вот что в результате получается… Тебя и Радченко обвинили по ложному доносу — и ты с испугу подписал самооговор и получил срок, в отличие от Радченко, который боролся за справедливость до упора — и выиграл, реабилитирован в сороковом, сейчас инженер у Курчатова. В тюрьме ты озлобился и пошёл на известную тебе сделку с целью мести. Ты стал Демоном Перекрёстка на этом заводе, вблизи от своего врага. И если бы ты его просто убил, я бы тебя понял. Но ты ради своей мести в двух подстроенных авариях искалечил четырнадцать человек, которые ничем перед тобой не провинились. Четверо из них уже мертвы, остальные умрут в ближайшие год-два, облучение в сотню БЭР шансов не оставляет. Так что не взыщи. А теперь изыди.
Майор коротко взмахнул окровавленной ладонью, и вторая строчка красных капель перекрестила песочный иероглиф. Странная, искажающая перспективу волна прокатилась по цеху, и в следующую секунду на перекрестке термодиффузного цеха никакого Демона уже не было. Песочный иероглиф на полированном бетоне тоже исчез, и лишь офицер с краповыми погонами неторопливо наматывал на ладонь длинную марлевую ленту из индивидуального перевязочного пакета.
— Интересно, когда же это закончится? — впрочем, его вопрос явно носил риторический характер.
— И вы хотите сказать, что повторения аварий в диффузном не будет? Всего лишь на основании доклада вашего оперативника — как его, майора Гура? — в голосе Директора сквозило явное недоверие.
— Во всяком случае, таких аварий, — кивнул Щетинин.
— Майор Гура — грамотный сотрудник… скажем так, с очень неординарным опытом расследований. Так что на его доклад можно смело положиться. Да, приношу свои соболезнования в связи с безвременной кончиной начальника термодиффузного цеха… Подумать только, покончить с собой в расцвете лет и творческих сил?! Такая должность, перспективы, и на тебе — тридцать таблеток веронала. Такой нелепый финал.
— Да… — Директор тяжело вздохнул.
— Миша Слуцкер, земля пухом… спрашивается, что на него нашло?
Щетинин пожал плечами.
— Нервный срыв, вероятно. Такое случается…
— Мне помогли. На Свердловской пересылке… — Имя? — майор разжал ладонь.
— У меня отличная кровеносная система, и я выжгу из тебя всё, что мне требуется, так что не усложняй себе жизнь или как это бытие у вас там называется.
— Ребе Шломо Шнеер… — … Бен Цви, — кивнул майор.
— Знакомый персонаж, сатанист со стажем. Прибрал его ваш общий Хозяин пару лет назад. Видимо, его собственный контракт с Нечистым подошёл к концу. Твой, кстати, тоже.
— Подожди! Подожди! — Демона Перекрёстка затрясло так, что сквозь него стало видно станки на другой стороне пролёта.
— Ведь мы же договорились!
— Разве? — искренне удивился майор.
— Что-то не припомню. Я спрашивал, ты отвечал. И вот что в результате получается… Тебя и Радченко обвинили по ложному доносу — и ты с испугу подписал самооговор и получил срок, в отличие от Радченко, который боролся за справедливость до упора — и выиграл, реабилитирован в сороковом, сейчас инженер у Курчатова. В тюрьме ты озлобился и пошёл на известную тебе сделку с целью мести. Ты стал Демоном Перекрёстка на этом заводе, вблизи от своего врага. И если бы ты его просто убил, я бы тебя понял. Но ты ради своей мести в двух подстроенных авариях искалечил четырнадцать человек, которые ничем перед тобой не провинились. Четверо из них уже мертвы, остальные умрут в ближайшие год-два, облучение в сотню БЭР шансов не оставляет. Так что не взыщи. А теперь изыди.
Майор коротко взмахнул окровавленной ладонью, и вторая строчка красных капель перекрестила песочный иероглиф. Странная, искажающая перспективу волна прокатилась по цеху, и в следующую секунду на перекрестке термодиффузного цеха никакого Демона уже не было. Песочный иероглиф на полированном бетоне тоже исчез, и лишь офицер с краповыми погонами неторопливо наматывал на ладонь длинную марлевую ленту из индивидуального перевязочного пакета.
— Интересно, когда же это закончится? — впрочем, его вопрос явно носил риторический характер.
— И вы хотите сказать, что повторения аварий в диффузном не будет? Всего лишь на основании доклада вашего оперативника — как его, майора Гура? — в голосе Директора сквозило явное недоверие.
— Во всяком случае, таких аварий, — кивнул Щетинин.
— Майор Гура — грамотный сотрудник… скажем так, с очень неординарным опытом расследований. Так что на его доклад можно смело положиться. Да, приношу свои соболезнования в связи с безвременной кончиной начальника термодиффузного цеха… Подумать только, покончить с собой в расцвете лет и творческих сил?! Такая должность, перспективы, и на тебе — тридцать таблеток веронала. Такой нелепый финал.
— Да… — Директор тяжело вздохнул.
— Миша Слуцкер, земля пухом… спрашивается, что на него нашло?
Щетинин пожал плечами.
— Нервный срыв, вероятно. Такое случается…
Страница 2 из 2
