Под вечер, когда зажигаются фонари и холодный туман заполняет улицы, уют паба заманивает прохожих, как мотыльков, и они летят на огонек. Теплый воздух окутывает вошедших запахами пива, кофе, табака, жареного мяса и специй.
Добавить в моё избранное
5 мин, 27 сек 14238
Ходят легенды, что если двое пройдут через нее, то их любовь станет вечной.
Влюбленные внимательно посмотрели на нее, а потом переглянулись.
— Пойдем? — спросила девушка, она медленно ела следующую ложечку, растягивая удовольствие.
— Ты в это веришь? — юноша едва не подавился кофе.
— А ты нет? — удивилась она.
— Ээээ… нет.
— А вот и напрасно, — возразила его возлюбленная.
— Давай сходим. Чего тебе стоит?
— Давай как-нибудь в другой раз? — предложил он, решив, что лучше не спорить.
— Сегодня погода не для прогулок.
— Нет, идти надо обязательно сегодня, — вмешалась официантка, таинственно сверкая раскосыми глазами.
— Эта магия срабатывает раз в несколько десятков лет… Если не пойдете сегодня, вряд ли пойдете когда-нибудь вообще.
— Пойдем?
— Хорошо, — обреченно согласился юноша, не спеша потягивая кофе.
— Вот и славно, — одобрила официантка и, постукивая каблуками, удалилась.
— Ты уверена, что нам сюда? — спрашивал юноша через некоторое время, с трудом продираясь через дремучие заросли.
— Она же сказала, что надо пройти через рощу.
Холод настойчиво пробирался под непросохшие плащи, заставляя вспоминать о тепле паба и жалеть, что они все-таки ушли оттуда. Ледяной огонь жег тела, не добираясь лишь до пламенеющих сердец да сплетенных рук.
— Мы как раз там… наверное, — ответила девушка и чихнула.
Юноша сжал ее ладонь, желая отдать ей все свое тепло без остатка.
— Может, вернемся? Совсем простудишься, — он смотрел ей в глаза, зная, что она беззащитна перед таким взглядом, плавящим решимость и согревающим душу.
Ну вот, она уже колеблется, сейчас передумает. Он притянул ее к себе и поцеловал, обжигая ее губы. На них осели мелкие капли тумана и… варенья. Сладко. Приторно сладко. Он не любил сладкое, но… сейчас не имел ничего против, наоборот, хотелось еще, мечталось, чтобы это сладкое, жгучее единство никогда не кончалось. Может действительно, это вкус любви?
— Ннн… — она бережно отстранила его от себя, чтобы взглянуть ему в лицо.
— Нет, я хочу идти дальше… вот, смотри, хорошая тропинка, — девушка весело потащила юношу за руку, не обращая внимания на струйки воды, стекавшие на них с деревьев.
Дождь уже кончился, но полуоблетевшие деревья еще роняли прозрачные капли в серый туман, который с каждым шагом становился все гуще. Он обступал молодых людей непроницаемой пеленой, обволакивая, разлучая их… Вдруг его пальцы сомкнулись и ощутили лишь прохладу его собственной ладони. Он протянул руки в серую мглу, шаря вокруг, пытаясь найти ее, но не находил. Лишь туман оказывался в его объятьях, лишь холод мельчайших осколочков небесных слез ласкал его пальцы. Он звал, кричал, метался из стороны в сторону, теряя ощущение пространства, прислушиваясь к эху, но ничего не слышал. Она пропала, исчезла. Ее не было нигде.
Лишь на губах остался вкус варенья из лепестков роз.
Влюбленные внимательно посмотрели на нее, а потом переглянулись.
— Пойдем? — спросила девушка, она медленно ела следующую ложечку, растягивая удовольствие.
— Ты в это веришь? — юноша едва не подавился кофе.
— А ты нет? — удивилась она.
— Ээээ… нет.
— А вот и напрасно, — возразила его возлюбленная.
— Давай сходим. Чего тебе стоит?
— Давай как-нибудь в другой раз? — предложил он, решив, что лучше не спорить.
— Сегодня погода не для прогулок.
— Нет, идти надо обязательно сегодня, — вмешалась официантка, таинственно сверкая раскосыми глазами.
— Эта магия срабатывает раз в несколько десятков лет… Если не пойдете сегодня, вряд ли пойдете когда-нибудь вообще.
— Пойдем?
— Хорошо, — обреченно согласился юноша, не спеша потягивая кофе.
— Вот и славно, — одобрила официантка и, постукивая каблуками, удалилась.
— Ты уверена, что нам сюда? — спрашивал юноша через некоторое время, с трудом продираясь через дремучие заросли.
— Она же сказала, что надо пройти через рощу.
Холод настойчиво пробирался под непросохшие плащи, заставляя вспоминать о тепле паба и жалеть, что они все-таки ушли оттуда. Ледяной огонь жег тела, не добираясь лишь до пламенеющих сердец да сплетенных рук.
— Мы как раз там… наверное, — ответила девушка и чихнула.
Юноша сжал ее ладонь, желая отдать ей все свое тепло без остатка.
— Может, вернемся? Совсем простудишься, — он смотрел ей в глаза, зная, что она беззащитна перед таким взглядом, плавящим решимость и согревающим душу.
Ну вот, она уже колеблется, сейчас передумает. Он притянул ее к себе и поцеловал, обжигая ее губы. На них осели мелкие капли тумана и… варенья. Сладко. Приторно сладко. Он не любил сладкое, но… сейчас не имел ничего против, наоборот, хотелось еще, мечталось, чтобы это сладкое, жгучее единство никогда не кончалось. Может действительно, это вкус любви?
— Ннн… — она бережно отстранила его от себя, чтобы взглянуть ему в лицо.
— Нет, я хочу идти дальше… вот, смотри, хорошая тропинка, — девушка весело потащила юношу за руку, не обращая внимания на струйки воды, стекавшие на них с деревьев.
Дождь уже кончился, но полуоблетевшие деревья еще роняли прозрачные капли в серый туман, который с каждым шагом становился все гуще. Он обступал молодых людей непроницаемой пеленой, обволакивая, разлучая их… Вдруг его пальцы сомкнулись и ощутили лишь прохладу его собственной ладони. Он протянул руки в серую мглу, шаря вокруг, пытаясь найти ее, но не находил. Лишь туман оказывался в его объятьях, лишь холод мельчайших осколочков небесных слез ласкал его пальцы. Он звал, кричал, метался из стороны в сторону, теряя ощущение пространства, прислушиваясь к эху, но ничего не слышал. Она пропала, исчезла. Ее не было нигде.
Лишь на губах остался вкус варенья из лепестков роз.
Страница 2 из 2
