Это случилось в пятницу. Я вышел уставший из института и подумал, как же меня задолбала моя работа. Душа снова была пуста, и ее щемило от тоски, как в тот новый год, когда я копил деньги на фигурку Суйсейсеки.
Добавить в моё избранное
24 мин, 39 сек 2884
Я покрепче взял девушку за руку и закрыл глаза. Глотка этой бабы не самое приятное зрелище, к тому же с частью души расстаюсь, можно и о вечном подумать.
Я сидел с закрытыми глазами, ощущая холодок окружающего сияния, сжимающую мою ладонь руку девушки, тоже чертовски холодную, жесткое сидение и боль в висках. Остальной мир попросту перестал существовать. Я попытался представить что-нибудь отвлеченное, но никак не получалось. Я продолжал сидеть во тьме, не видя картинок перед глазами.
Душа… А есть ли она у меня вообще? Иногда я чувствую такую пустоту внутри, что всерьез в этом сомневаюсь. Может и хрен бы с ней? Впрочем, наверное разницу я сейчас почувствую на себе. Окружающий холод усилился и я понял, что чудо-кондуктор уже включила режим пылесоса. Гори оно все огнем… Холод прекратился, а вместе с ним и частично стихла головная боль. Наверное, у бездушных людей она вообще не болит. Странно, но после данной процедуры я даже немного осмелел. Хоть к самому дьяволу везите, какая разница-то? Ну да, умер. Зато работодателю месячный отчет можно не писать.
Я открыл глаза. Вокруг по-прежнему галдели паникующие люди. Девушка сидела полу-боком, спиной прижавшись к стеклу, со страхом глядя то на меня, то на кондуктора. Нависшая надо мной гигантская фигура тянулась к девушке. Попятившись от зловещей фигуры, я еще плотнее прижался к девушке.
Неожиданно, девушка отпустила мою руку. Резким движением она прижалась лицом к моей рубашке, крепко обняв меня. Она вся дрожала, а я не знал что мне делать. Так, надо ее обнять. Черт, почему я не могу просто действовать инстинктивно, везде используя логику?
Я обнимаю мертвую девушку, а за спиной у меня стоит чудовищных размеров и форм существо, пытающееся похитить часть ее души. Прелестно… Девушка всхлипывала и тряслась, в то время как вокруг нее также возник все тот же синий огонь, часть которого исчезла в пасти монстра. Огонь погас и кондукторша пошла дальше, но девушку все продолжало трясти.
Кондукторша шла вдоль салона, собирая четвертинки душ, а девушка продолжала плакать, потихоньку успокаиваясь. Я поглаживал ее волосы, и говорил на ухо что-то тихое и несвязное, чтоб ее успокоить. Она подняла заплаканные глаза. «Синий огонь… Вокруг тебя… Так много огня… Было»… Нет, я решительно не понимаю, о чем она говорит. «Что?» «Я так испугалась… Сияние яркое… вокруг тебя.» Она хочет сказать, что пока я сидел с закрытыми глазами, вокруг…«Отойди от МЕНЯ, чудовище!» Кто-то стоял в проходе, но за фигурой кондуктора его было почти не видно. Судя по хрипловатому голосу, он принадлежал мужчине лет 30-40.«Моя душа БЕСЦЕННА, я не отдам ЕЁ никому! Особен… ЧТО ЗА?!» Раздался глухой звук падения. Судя по всему, взгляд водителя парализовал ему ноги, как тогда это сделал со мной, и бедняга повалился на пол.
«Бесценная, значит. Ох-ох-ох. Да чего ты достиг в жизни за свои годы?» Старикан произнес это с такой неописуемой надменностью в голосе, что захотелось спрятаться.«Я — художник, у меня ТАЛАНТ!» «Ты? Да ты из запоя не вылезал последний месяц. Да и прошлые тоже.» «Я сегодня начал НОВУЮ жизнь! Почти начал!» «Пойми, ты — ничтожество, как и все здесь.» В салоне повисла тяжелая пауза.
Всхлипывая, девушка слушала весь этот диалог, разыгранный водителем и страдающим гордыней горе-художником. Последние же слова повергли ее в оцепенение. Тяжелая пауза, нависшая над салоном была прервана громогласной бабищей, которая вернулась к исполнению своих прямых обязанностей по сбору душ.
Кондукторша потерзала художника и его соседа и пошла дальше, оставив их сидящими в страхе, бубня что-то под нос. Сидящие вокруг люди постепенно оживлялись, но девушка все молчала, смотря куда-то сквозь людей. Это меня уже начало беспокоить, когда она вдруг заговорила.
«Как ты считаешь, человеческая жизнь имеет цену?» «В смысле значимость?» «Ну да, значимость, важность»… «Последнее время я сильно в этом сомневаюсь. Почитай хотя бы какого-нибудь Ницше» «То есть ты не жалеешь о смерти?» «Рано или поздно я бы все равно умер. Особых достижений, значимых для человечества в целом я тоже не в состоянии совершить. Так какая в общем разница для истории?» «Но ты же личность! Неужели тебе не страшно, что твоя сущность исчезнет навечно, никогда не повторится?!» «Я — всего лишь человек. И мне совершенно нечем гордиться. Я настолько обычен, что без меня никому не станет хуже» Я хотел было продолжить, но вдруг замолк. И когда я успел стать таким циничным и безразличным даже к самому себе? Ладно, пускай я других людей за унылую биомассу держу, но как давно я перестал считать себя кем-то из нее выделяющимся? Ведь я не был таким.
Я снова закрыл глаза и напрягся. В этот раз меня почти сразу окружило видение.
Деревенский пейзаж, окраина небольшого поселка, маленький мальчик один носится по берегу пруда. Две пожилых женщины увлеченно болтают, сидя на скамейке в тени. Толпа детей проходит мимо.
Я сидел с закрытыми глазами, ощущая холодок окружающего сияния, сжимающую мою ладонь руку девушки, тоже чертовски холодную, жесткое сидение и боль в висках. Остальной мир попросту перестал существовать. Я попытался представить что-нибудь отвлеченное, но никак не получалось. Я продолжал сидеть во тьме, не видя картинок перед глазами.
Душа… А есть ли она у меня вообще? Иногда я чувствую такую пустоту внутри, что всерьез в этом сомневаюсь. Может и хрен бы с ней? Впрочем, наверное разницу я сейчас почувствую на себе. Окружающий холод усилился и я понял, что чудо-кондуктор уже включила режим пылесоса. Гори оно все огнем… Холод прекратился, а вместе с ним и частично стихла головная боль. Наверное, у бездушных людей она вообще не болит. Странно, но после данной процедуры я даже немного осмелел. Хоть к самому дьяволу везите, какая разница-то? Ну да, умер. Зато работодателю месячный отчет можно не писать.
Я открыл глаза. Вокруг по-прежнему галдели паникующие люди. Девушка сидела полу-боком, спиной прижавшись к стеклу, со страхом глядя то на меня, то на кондуктора. Нависшая надо мной гигантская фигура тянулась к девушке. Попятившись от зловещей фигуры, я еще плотнее прижался к девушке.
Неожиданно, девушка отпустила мою руку. Резким движением она прижалась лицом к моей рубашке, крепко обняв меня. Она вся дрожала, а я не знал что мне делать. Так, надо ее обнять. Черт, почему я не могу просто действовать инстинктивно, везде используя логику?
Я обнимаю мертвую девушку, а за спиной у меня стоит чудовищных размеров и форм существо, пытающееся похитить часть ее души. Прелестно… Девушка всхлипывала и тряслась, в то время как вокруг нее также возник все тот же синий огонь, часть которого исчезла в пасти монстра. Огонь погас и кондукторша пошла дальше, но девушку все продолжало трясти.
Кондукторша шла вдоль салона, собирая четвертинки душ, а девушка продолжала плакать, потихоньку успокаиваясь. Я поглаживал ее волосы, и говорил на ухо что-то тихое и несвязное, чтоб ее успокоить. Она подняла заплаканные глаза. «Синий огонь… Вокруг тебя… Так много огня… Было»… Нет, я решительно не понимаю, о чем она говорит. «Что?» «Я так испугалась… Сияние яркое… вокруг тебя.» Она хочет сказать, что пока я сидел с закрытыми глазами, вокруг…«Отойди от МЕНЯ, чудовище!» Кто-то стоял в проходе, но за фигурой кондуктора его было почти не видно. Судя по хрипловатому голосу, он принадлежал мужчине лет 30-40.«Моя душа БЕСЦЕННА, я не отдам ЕЁ никому! Особен… ЧТО ЗА?!» Раздался глухой звук падения. Судя по всему, взгляд водителя парализовал ему ноги, как тогда это сделал со мной, и бедняга повалился на пол.
«Бесценная, значит. Ох-ох-ох. Да чего ты достиг в жизни за свои годы?» Старикан произнес это с такой неописуемой надменностью в голосе, что захотелось спрятаться.«Я — художник, у меня ТАЛАНТ!» «Ты? Да ты из запоя не вылезал последний месяц. Да и прошлые тоже.» «Я сегодня начал НОВУЮ жизнь! Почти начал!» «Пойми, ты — ничтожество, как и все здесь.» В салоне повисла тяжелая пауза.
Всхлипывая, девушка слушала весь этот диалог, разыгранный водителем и страдающим гордыней горе-художником. Последние же слова повергли ее в оцепенение. Тяжелая пауза, нависшая над салоном была прервана громогласной бабищей, которая вернулась к исполнению своих прямых обязанностей по сбору душ.
Кондукторша потерзала художника и его соседа и пошла дальше, оставив их сидящими в страхе, бубня что-то под нос. Сидящие вокруг люди постепенно оживлялись, но девушка все молчала, смотря куда-то сквозь людей. Это меня уже начало беспокоить, когда она вдруг заговорила.
«Как ты считаешь, человеческая жизнь имеет цену?» «В смысле значимость?» «Ну да, значимость, важность»… «Последнее время я сильно в этом сомневаюсь. Почитай хотя бы какого-нибудь Ницше» «То есть ты не жалеешь о смерти?» «Рано или поздно я бы все равно умер. Особых достижений, значимых для человечества в целом я тоже не в состоянии совершить. Так какая в общем разница для истории?» «Но ты же личность! Неужели тебе не страшно, что твоя сущность исчезнет навечно, никогда не повторится?!» «Я — всего лишь человек. И мне совершенно нечем гордиться. Я настолько обычен, что без меня никому не станет хуже» Я хотел было продолжить, но вдруг замолк. И когда я успел стать таким циничным и безразличным даже к самому себе? Ладно, пускай я других людей за унылую биомассу держу, но как давно я перестал считать себя кем-то из нее выделяющимся? Ведь я не был таким.
Я снова закрыл глаза и напрягся. В этот раз меня почти сразу окружило видение.
Деревенский пейзаж, окраина небольшого поселка, маленький мальчик один носится по берегу пруда. Две пожилых женщины увлеченно болтают, сидя на скамейке в тени. Толпа детей проходит мимо.
Страница 5 из 7
