Свет мощных фар, свист разорванного воздуха и звук, будто отсчет. Взглядом поймала кусочек темного неба. Оно словно плывет, отдаляется. Звезды все еще светят из-за облаков, такие тусклые в свете ночных фонарей. Между ними затерялась полная луна. Казалось, она ожила в этот миг, повернув ко мне свое бледное лицо, и улыбнулась, словно поиздевалась.
Добавить в моё избранное
8 мин, 56 сек 14940
Мы вышли на центральную площадь. Справа стоял театр, слева вниз убегала еще одна аллея. Женщина неуверенно смотрела на восковые фигуры вокруг. Потом странно рассмеялась и побежала через площадь, сбивая недвижимые тела с ног, кружась в сумасшедшем танце:
— Свободна! — Кричала она и смеялась… — Свободна от всего!
Неожиданно упала, сломав каблук в своих дорогих туфлях. Махнула мне рукой и улыбнулась, словно желала, что бы я тоже порадовалась… А потом исчезла в мелких огненных искрах.
Ноги подо мной подкосились, опустилась на асфальт. Вдруг поняла, что угнетало меня после ее появления. Это я убила ее, толкнув ту фигуру под колеса.
Муторно.
Я снова осталась одна. Движимая мысль, среди десятков застывших.
Болезненно опираясь на ладони, поднялась. Пошла влево, той аллеей вниз. Там далее, десятками ледяных брызг искрились фонтаны, словно хрустальные цветы.
Разложив снимки по полу — смотрел, что из них уже невозможно будет спасти. Взгляд метался от одного к другому. Некоторые из них успели заплесневеть, с других облезло изображение. Фотокарточки, что со злости кинул сюда влажными, испортились окончательно и он, не раздумывая, отбросил их в жестяное ведро. Поджег их и с застывшим сердцем все больше кидал туда фотографий. В конце-концов, разгневавшись на самого себя, начал сгребать с пола все фото и забивать ими пылающее ведро. Туда же полетели катушки проявленной пленки. Едкий дым сизыми пятнами поднимался к потолку, стелился стенами в поисках приоткрытого окна… В какое-то мгновение остановился, смотря на пылающие творения. Увидел что-то такое, от чего не смог отвести взгляд.
Выхватил с огня последнюю, не испепеленную фотографию, сбил огоньки с ее краев. Прикипел взглядом к пожелтевшему изображению.
Это было оно, то самое.
В конце аллеи стоит универмаг. Между ними дорога. С боку стоят две машины. Через приоткрытое окно одной из них видно руку, что бесконечно стряхивает пепел с сигареты. Сизый дым, поднимается к небу твердой бархатистой массой.
Я иду вправо, потом влево, потом опять куда-то в неизвестном направлении. Я одна. И почему-то кажется — навсегда. Подсознание и сердце что-то непостижимо кричат мне и пытаются объяснить — а я не верю… потому что знаю-я дышу, вижу, иду.
И что бы мне не кричало мое испуганное неумолимое сердце, что бы не объясняла уставшая память, я знаю — пока думаю — живу…
— Свободна! — Кричала она и смеялась… — Свободна от всего!
Неожиданно упала, сломав каблук в своих дорогих туфлях. Махнула мне рукой и улыбнулась, словно желала, что бы я тоже порадовалась… А потом исчезла в мелких огненных искрах.
Ноги подо мной подкосились, опустилась на асфальт. Вдруг поняла, что угнетало меня после ее появления. Это я убила ее, толкнув ту фигуру под колеса.
Муторно.
Я снова осталась одна. Движимая мысль, среди десятков застывших.
Болезненно опираясь на ладони, поднялась. Пошла влево, той аллеей вниз. Там далее, десятками ледяных брызг искрились фонтаны, словно хрустальные цветы.
Разложив снимки по полу — смотрел, что из них уже невозможно будет спасти. Взгляд метался от одного к другому. Некоторые из них успели заплесневеть, с других облезло изображение. Фотокарточки, что со злости кинул сюда влажными, испортились окончательно и он, не раздумывая, отбросил их в жестяное ведро. Поджег их и с застывшим сердцем все больше кидал туда фотографий. В конце-концов, разгневавшись на самого себя, начал сгребать с пола все фото и забивать ими пылающее ведро. Туда же полетели катушки проявленной пленки. Едкий дым сизыми пятнами поднимался к потолку, стелился стенами в поисках приоткрытого окна… В какое-то мгновение остановился, смотря на пылающие творения. Увидел что-то такое, от чего не смог отвести взгляд.
Выхватил с огня последнюю, не испепеленную фотографию, сбил огоньки с ее краев. Прикипел взглядом к пожелтевшему изображению.
Это было оно, то самое.
В конце аллеи стоит универмаг. Между ними дорога. С боку стоят две машины. Через приоткрытое окно одной из них видно руку, что бесконечно стряхивает пепел с сигареты. Сизый дым, поднимается к небу твердой бархатистой массой.
Я иду вправо, потом влево, потом опять куда-то в неизвестном направлении. Я одна. И почему-то кажется — навсегда. Подсознание и сердце что-то непостижимо кричат мне и пытаются объяснить — а я не верю… потому что знаю-я дышу, вижу, иду.
И что бы мне не кричало мое испуганное неумолимое сердце, что бы не объясняла уставшая память, я знаю — пока думаю — живу…
Страница 3 из 3
