Супермаркет жил своей обычной суетой, пока парадные входные двери вдруг не закрылись наглухо. Двери были самораздвижные, хитро напичканные электроникой. Проблемы с ними возникали и до этого; приходил хмурый специалист, чаще всего один и тот же, доставал инструмент и, что-то бурча себе под не первой свежести нос, приводил электронику в порядок…
Добавить в моё избранное
5 мин, 24 сек 4505
Двери послушно открывались и закрывались; и черт его знает, как и почему, но многим казалось, что проделывали они все это с… удовольствием, что-ли, легко и бесшумно. Гаврилов, ожидая некоего подвоха со стороны коллег, еще немного потоптался у дверей, затем пожал плечами и стал спускаться к машине. Коллеги же, ощущая себя полными идиотами, по одному подходили к дверям, проходили внутрь, выходили обратно, не обмениваясь никакими репликами и мечтая только об одном: как можно скорее убраться отсюда.
Инцидент вскоре получил довольно широкую огласку, благо свидетелей хватало. Местная пресса подала все это без особой изюминки, как-то очень уж скучновато, зато в одном из не самых последних по значимости и читаемости центральных изданий вскоре появилась прелюбопытнейшая статья, автор которой утверждал, что любовь — это не только взаимодействие между биополями, но также и между био-и электромагнитными полями; и что не так уж редки случаи, когда эти поля полностью совпадают по своим параметрам. Выходило, что двери просто-напросто … влюбились в Гаврилова, ну, не влюбились, а, скажем, как говорилось в статье, оказались с ним на одном энергетическом уровне, — на том самом уровне взаимного проникновения, от которого людей корежит и они творят черт знает что, — соскучились и сами устроили себе свидание. Было еще много чего интересного в этой статье, например, о единстве и гармонии во Вселенной; впрочем, желающие могут прочитать ее сами: называется она «Неживая любовь» и наверняка есть в Интернете. Гаврилов газет не читал, Интернетом не пользовался, телевизор не смотрел, а слушал радиоприемник. Больше всего ему нравилась радиостанция«Эхо Москвы», хотя, как всякий истинный русский пьющий человек евреев он недолюбливал. После той истории его никоим образом не корежило и никакой тяги повидаться с дверьми он не испытывал, а когда по телефону солидный голос предложил ему приехать в Москву и пройти обследование, то голос был послан куда подальше. Гаврилов за всю свою жизнь любил только две вещи: покой и одиночество, а возникающую вдруг ниоткуда тягу к чужим биополям глушил водкой. А уж натиск электромагнитных полей он выдерживал и без всякой водки.
А двери после того памятного свидания фокусов больше не выкидывали, открывались и закрывались, как положено, только иногда вдруг замирали на полпути, словно о чем-то задумавшись.
Инцидент вскоре получил довольно широкую огласку, благо свидетелей хватало. Местная пресса подала все это без особой изюминки, как-то очень уж скучновато, зато в одном из не самых последних по значимости и читаемости центральных изданий вскоре появилась прелюбопытнейшая статья, автор которой утверждал, что любовь — это не только взаимодействие между биополями, но также и между био-и электромагнитными полями; и что не так уж редки случаи, когда эти поля полностью совпадают по своим параметрам. Выходило, что двери просто-напросто … влюбились в Гаврилова, ну, не влюбились, а, скажем, как говорилось в статье, оказались с ним на одном энергетическом уровне, — на том самом уровне взаимного проникновения, от которого людей корежит и они творят черт знает что, — соскучились и сами устроили себе свидание. Было еще много чего интересного в этой статье, например, о единстве и гармонии во Вселенной; впрочем, желающие могут прочитать ее сами: называется она «Неживая любовь» и наверняка есть в Интернете. Гаврилов газет не читал, Интернетом не пользовался, телевизор не смотрел, а слушал радиоприемник. Больше всего ему нравилась радиостанция«Эхо Москвы», хотя, как всякий истинный русский пьющий человек евреев он недолюбливал. После той истории его никоим образом не корежило и никакой тяги повидаться с дверьми он не испытывал, а когда по телефону солидный голос предложил ему приехать в Москву и пройти обследование, то голос был послан куда подальше. Гаврилов за всю свою жизнь любил только две вещи: покой и одиночество, а возникающую вдруг ниоткуда тягу к чужим биополям глушил водкой. А уж натиск электромагнитных полей он выдерживал и без всякой водки.
А двери после того памятного свидания фокусов больше не выкидывали, открывались и закрывались, как положено, только иногда вдруг замирали на полпути, словно о чем-то задумавшись.
Страница 2 из 2
