Дробов торопился. Сейчас он предпочёл бы не завтракать или, в крайнем случае, мог съесть бутерброд на ходу. Однако под настойчивым взглядом жены он опустился за кухонный стол. Всё правильно, говорит его мозг — дочь должна видеть, что для нарушения семейных традиций не существует исключений.
Добавить в моё избранное
4 мин, 42 сек 14049
Неужели меня настолько выбило из колеи поведение Светланки? Завтра же нужно сходить к психоаналитику. И дочь необходимо как следует проучить, чтоб помнила, в чьём доме живёт и чей хлеб ест. Живёт на всём готовом, ещё берётся отца поучать. Ох уж, мне этот чёрный квадрат».
Илья Петрович протянул руку, чтобы сдёрнуть копию со стены, но так и замер с вытянутой рукой, словно его удерживала неведомая сила. «Ты всегда жил в чёрном квадрате, — зазвучал в голове голос, похожий на голос дочери, — в чёрном квадрате своих примитивных желаний, в пустоте своего равнодушия, в замкнутом пространстве приспособления».
— Неправда! — закричал Дробов.
— У меня была мечта, достичь помешали обстоятельства. Я любил и люблю свою жену. Я не просил её жертвовать своей карьерой ради меня — это её выбор. Я… «Ты всю свою жизнь пользовался чужими решениями. Даже свою работу ты получил потому что подставил друга».
— Неправда!
«Правда! Ты постоянно высматривал из укрытия своей тёмной души, что ещё можно прибрать к рукам. Сам ответь, какая польза от тебя обществу?» — Не… — последний вопль Дробова захлебнулся, и он почувствовал, что его куда-то затягивает.
«Возвращайся туда, где привык находиться»… Таксист помог Асе поставить коробки на крыльцо здания, но в офис их относить наотрез отказался. Ася даже притопнула от возмущения, но ситуация не изменилась. Водитель взял плату за проезд и уехал.
«За пару минут принтеры никуда не денутся.»
— решила Ася.
— Пойду, позову шефа«.»
— Илья Петрович, — крикнула она, распахнув двери, — помогите… — и осеклась, обнаружив кабинет пустым.
— Илья Петрович, вы где?
Вместо ответа раздалось сдавленное мычание. Ася ещё раз оглядела комнату и над столом шефа увидела две висящие туфли.
Мычание повторилось, затем что-то хлюпнуло, и туфли провалились прямо в квадрат. Ася вскрикнула и упала в обморок. Скотч отклеился от стены, и лист с бессмертным творением Казимира Малевича стал медленно планировать на пол.
Илья Петрович протянул руку, чтобы сдёрнуть копию со стены, но так и замер с вытянутой рукой, словно его удерживала неведомая сила. «Ты всегда жил в чёрном квадрате, — зазвучал в голове голос, похожий на голос дочери, — в чёрном квадрате своих примитивных желаний, в пустоте своего равнодушия, в замкнутом пространстве приспособления».
— Неправда! — закричал Дробов.
— У меня была мечта, достичь помешали обстоятельства. Я любил и люблю свою жену. Я не просил её жертвовать своей карьерой ради меня — это её выбор. Я… «Ты всю свою жизнь пользовался чужими решениями. Даже свою работу ты получил потому что подставил друга».
— Неправда!
«Правда! Ты постоянно высматривал из укрытия своей тёмной души, что ещё можно прибрать к рукам. Сам ответь, какая польза от тебя обществу?» — Не… — последний вопль Дробова захлебнулся, и он почувствовал, что его куда-то затягивает.
«Возвращайся туда, где привык находиться»… Таксист помог Асе поставить коробки на крыльцо здания, но в офис их относить наотрез отказался. Ася даже притопнула от возмущения, но ситуация не изменилась. Водитель взял плату за проезд и уехал.
«За пару минут принтеры никуда не денутся.»
— решила Ася.
— Пойду, позову шефа«.»
— Илья Петрович, — крикнула она, распахнув двери, — помогите… — и осеклась, обнаружив кабинет пустым.
— Илья Петрович, вы где?
Вместо ответа раздалось сдавленное мычание. Ася ещё раз оглядела комнату и над столом шефа увидела две висящие туфли.
Мычание повторилось, затем что-то хлюпнуло, и туфли провалились прямо в квадрат. Ася вскрикнула и упала в обморок. Скотч отклеился от стены, и лист с бессмертным творением Казимира Малевича стал медленно планировать на пол.
Страница 2 из 2
