Стол покрытый синим бархатом стоял в центре пустой комнаты без окон. Освещение в комнате было мягким, но достаточно ярким…
8 мин, 6 сек 8845
Щелк.
Михаил. Щелк. Семен. Щелк. Михаил… Слон надавил на спусковой крючок. Долго ничего не происходило. Сердце гулко билось в груди. В следующий момент раздался такой громкий щелчок, что у Михаила едва не отказали ноги. Он облегченно вздохнул и передал револьвер Семену.
Осталось два выстрела, — подумал Семен и постарался взять себя в руки.
— Один из них смертельный. Я лучший!
Семен нажал на спусковой крючок. Раздался выстрел. Крысы, наблюдавшие за забавами людей, спрятались в темные углы.
— Охренеть! — отшатнулся Ржавый.
— Да, — произнес Михаил.
— Слон, что делать-то с ним?
— Отвези куда-нибудь.
— А «ствол»?
— Туда же. Только смотри не наследи.
— Это понятно. Охренеть!
Михаил развернулся и пошел из переулка. На губах играла улыбка.
Люди после трудовой недели приходили в Клуб, чтобы выиграть, но многие из них уходили отсюда без штанов. Какофония голосов заполнила весь игровой зал.
Слон, Ржавый и Шарп сидели у бара.
— Ну, ты психованный, — произнес Шарп и отпил из высокого стакана. Михаил ему только что рассказал об игре с Семеном неделю назад.
— Теперь я самый удачливый игрок.
— Слон улыбнулся.
— Охренеть!
— Ты о чем, Витек?
— Хрень какая-то, — проговорил Ржавый.
Михаил и Шарпенко проследили за взглядом Виктора. Слон слез с табурета.
— Это что?
В зал вошел Семен. Он был весь в земле. Шаркающей походкой прошел к ближнему столу и сел на свободный стул. Люди, игравшие за этим столом, встали и, озираясь, пересели за другой. Семен сложил перед собой руки и поднял потрескавшееся лицо на Михаила. Мертвые, затянутые катарактой глаза смотрели прямо на соперника.
— Я лучший, — прошептали мертвые губы.
— Это что?! — опять спросил Михаил.
— Он пришел отыграться, — ответил Ржавый.
Михаил. Щелк. Семен. Щелк. Михаил… Слон надавил на спусковой крючок. Долго ничего не происходило. Сердце гулко билось в груди. В следующий момент раздался такой громкий щелчок, что у Михаила едва не отказали ноги. Он облегченно вздохнул и передал револьвер Семену.
Осталось два выстрела, — подумал Семен и постарался взять себя в руки.
— Один из них смертельный. Я лучший!
Семен нажал на спусковой крючок. Раздался выстрел. Крысы, наблюдавшие за забавами людей, спрятались в темные углы.
— Охренеть! — отшатнулся Ржавый.
— Да, — произнес Михаил.
— Слон, что делать-то с ним?
— Отвези куда-нибудь.
— А «ствол»?
— Туда же. Только смотри не наследи.
— Это понятно. Охренеть!
Михаил развернулся и пошел из переулка. На губах играла улыбка.
Люди после трудовой недели приходили в Клуб, чтобы выиграть, но многие из них уходили отсюда без штанов. Какофония голосов заполнила весь игровой зал.
Слон, Ржавый и Шарп сидели у бара.
— Ну, ты психованный, — произнес Шарп и отпил из высокого стакана. Михаил ему только что рассказал об игре с Семеном неделю назад.
— Теперь я самый удачливый игрок.
— Слон улыбнулся.
— Охренеть!
— Ты о чем, Витек?
— Хрень какая-то, — проговорил Ржавый.
Михаил и Шарпенко проследили за взглядом Виктора. Слон слез с табурета.
— Это что?
В зал вошел Семен. Он был весь в земле. Шаркающей походкой прошел к ближнему столу и сел на свободный стул. Люди, игравшие за этим столом, встали и, озираясь, пересели за другой. Семен сложил перед собой руки и поднял потрескавшееся лицо на Михаила. Мертвые, затянутые катарактой глаза смотрели прямо на соперника.
— Я лучший, — прошептали мертвые губы.
— Это что?! — опять спросил Михаил.
— Он пришел отыграться, — ответил Ржавый.
Страница 3 из 3