Не успели пропеть петухи, как откуда ни возьмись, появились варвары. Они хлынули к городу со всех сторон, пешком и на рогатых морах, обвешанные шкурами и в дурацких лохматых шапках, ощетинившись копьями и мечами, осыпая защитников города стрелами и камнями. Но стены Озарка крепки, а жители отважны. Так что бой начался нешуточный.
Добавить в моё избранное
7 мин, 36 сек 1071
Имел право!
Димыч, прихватив скомканный пакет, шёл в магазин. Пиво. Он любил темное, тягучее пиво, местного пивзавода. Он брал полторашку, а если было настроение, то и две, прихватывал сушенной рыбки и ни боже мой никаких чипсов. Потом садился у окошка своей однокомнатной казенной квартирки на первом этаже, смотрел на двор, и с наслаждением отхлёбывал пиво прямо из бутылки.
Порой у подъезда собиралась молодежь. Они курили, лузгали семечки, грызли фисташки, бросая весь это мусор себе под ноги. Дворник укоризненно качал головой, на что соседский Витька виновато поживал плечами и тут же заверял:
— Дядь Дим, мы всё уберём.
Он снисходительно махал на них рукой: молодежь, что с них возьмешь.
Жил он один, женой так и не обзавёлся, как и детьми. Так получилось. Когда-то он руководил конной секцией, но в тяжелые времена государство прикрыла всё, и он не захотел переучиваться. Так и ушел в дворники. Только фото своего любимца, белого скакуна, напоминало ему о тех годах, подмигивая со стены.
Выпив традиционную порцию своего темного пива и захмелев, Димыч проваливался в сон до самого звона неугомонного будильника.
Она бежала со всех ног, стараясь оторваться от преследователей. Да разве может человек сравниться с лошадью. Только петляя между деревьев, да скрываясь в зарослях, ей ещё удавалось держать дистанцию. И как её угораздило попасться им на глаза!
Варна шла в город к своей тетке. Так получилось, что её дом сгорел, похоронив под собой родителей и младшего брата. Её спасло чудо. И вот оставшись без ничего и совершенно одна, она и подалась в город. Знала, что дорога для молодой девушки опасна, поэтому и шла по ночам, да по краю, шарахаясь от любого звука и шороха. Под утро она вымоталась так, что уснула крепким сном и не услышала, как подъехали охотники. Не повезло, заметили.
Впереди появился заросший кустами овражек. Она поспешила спуститься туда, но поскользнулась на мокрой глине и кубарем покатилась вниз. Когда очнулась, трое мужчин стояли над ней и похотливо усмехались. Варна попыталась встать, но силы оставили её. Только отчаянный крик вырвался из её груди: «Нет! Не надо!» Она закрыла глаза и сжалась в комок, всё повторяя:«не надо, не надо»… Грубые мужские руки шарили по её телу, забираясь под одежду. В нос ударил запах пота и старого перегара. Она слабо отбивалась, понимая бесполезность своих попыток.
— Оставьте её!
Голос прогремел, словно с небес. Девушка открыла глаза и ахнула. Над ними возвышался богатырь на белом коне в ореоле солнечных лучей. Словно сам Посланец Солнца явился к ней на помощь.
— Ты кто такой? Это наша добыча, так что иди куда шёл, — охотник поднял меч и сделал шаг навстречу всаднику.
— Женщина не может быть добычей, она может быть твоей наградой, твоим счастьем, твоей судьбой, — незнакомец спрыгнул с коня, вынимая меч из ножен.
Грубые похотливые руки больше не держали Варну, но она не могла заставить себя убежать. Если незнакомей победит, то ей нечего бояться, она готова стать ему наградой. Если победят охотники, то и ей жить незачем. Богатырь бился как Бог и Дьявол одновременно. Его рыжие волосы, словно грива льва, отсвечивали в лучах Солнца. Вот один из противников повержен, за ним другой, третий ещё сопротивляется, но Варна видела страх в его глазах: он уже знал, что обречен.
Девушка сбегала к роднику, смочила косынку и вернулась к своему спасителю. Её заботливые руки оттёрли кровь с рассеченной щеки, а нежный поцелуй постарался заглушить боль.
— Садись, дитя, я довезу тебя до города.
Он подсадил Варну на коня и сам легко запрыгнул в седло. Она чувствовала спиной его мускулистое тело, ощущала его запах, его дыхание на затылке. Ей было тепло и уютно рядом с ним. Она ничего не боялась и точно знала, что всё теперь будет у нее хорошо.
Если бы дело было в деревне, то мы бы сказали, что Димыч встал с петухами. Сон слетел мгновенно, только саднила рассеченная щека, да приятная тоска щекотала в груди. Привычно умывшись, заклеив рану пластырем и расчесав непослушные рыжие волосы, дворник, как Дядька Черномор, пошёл обходить дозором свои владения. А вечером снова будет любимое тёмное пиво местного пивзавода, и сон, дающий душе пищу.
Он не помнил, когда точно всё началось, не знал, как он это делает и почему. Помнит только, что когда он совершил свой первый подвиг, то вечером пил тёмное пиво местного розлива. С тех пор он не менял своих привычек, не хотел менять, просто боялся что-то изменить, сломать. Ведь каждое утро, зализав раны, Димыч думал о новых победах, о том, что его ждут, что он снова кому-то понадобится, а это значит, он снова выпьет тёмное пиво местного розлива и поспешит туда, где без него просто не справятся. Вот и сейчас вредные вороны поджидают его во дворе, чтоб издевательски каркая, снова разбросать мусор из бачков, не давая дворнику ни минуты покоя. И ЭТО его мир, будь он трижды неладен.
Димыч, прихватив скомканный пакет, шёл в магазин. Пиво. Он любил темное, тягучее пиво, местного пивзавода. Он брал полторашку, а если было настроение, то и две, прихватывал сушенной рыбки и ни боже мой никаких чипсов. Потом садился у окошка своей однокомнатной казенной квартирки на первом этаже, смотрел на двор, и с наслаждением отхлёбывал пиво прямо из бутылки.
Порой у подъезда собиралась молодежь. Они курили, лузгали семечки, грызли фисташки, бросая весь это мусор себе под ноги. Дворник укоризненно качал головой, на что соседский Витька виновато поживал плечами и тут же заверял:
— Дядь Дим, мы всё уберём.
Он снисходительно махал на них рукой: молодежь, что с них возьмешь.
Жил он один, женой так и не обзавёлся, как и детьми. Так получилось. Когда-то он руководил конной секцией, но в тяжелые времена государство прикрыла всё, и он не захотел переучиваться. Так и ушел в дворники. Только фото своего любимца, белого скакуна, напоминало ему о тех годах, подмигивая со стены.
Выпив традиционную порцию своего темного пива и захмелев, Димыч проваливался в сон до самого звона неугомонного будильника.
Она бежала со всех ног, стараясь оторваться от преследователей. Да разве может человек сравниться с лошадью. Только петляя между деревьев, да скрываясь в зарослях, ей ещё удавалось держать дистанцию. И как её угораздило попасться им на глаза!
Варна шла в город к своей тетке. Так получилось, что её дом сгорел, похоронив под собой родителей и младшего брата. Её спасло чудо. И вот оставшись без ничего и совершенно одна, она и подалась в город. Знала, что дорога для молодой девушки опасна, поэтому и шла по ночам, да по краю, шарахаясь от любого звука и шороха. Под утро она вымоталась так, что уснула крепким сном и не услышала, как подъехали охотники. Не повезло, заметили.
Впереди появился заросший кустами овражек. Она поспешила спуститься туда, но поскользнулась на мокрой глине и кубарем покатилась вниз. Когда очнулась, трое мужчин стояли над ней и похотливо усмехались. Варна попыталась встать, но силы оставили её. Только отчаянный крик вырвался из её груди: «Нет! Не надо!» Она закрыла глаза и сжалась в комок, всё повторяя:«не надо, не надо»… Грубые мужские руки шарили по её телу, забираясь под одежду. В нос ударил запах пота и старого перегара. Она слабо отбивалась, понимая бесполезность своих попыток.
— Оставьте её!
Голос прогремел, словно с небес. Девушка открыла глаза и ахнула. Над ними возвышался богатырь на белом коне в ореоле солнечных лучей. Словно сам Посланец Солнца явился к ней на помощь.
— Ты кто такой? Это наша добыча, так что иди куда шёл, — охотник поднял меч и сделал шаг навстречу всаднику.
— Женщина не может быть добычей, она может быть твоей наградой, твоим счастьем, твоей судьбой, — незнакомец спрыгнул с коня, вынимая меч из ножен.
Грубые похотливые руки больше не держали Варну, но она не могла заставить себя убежать. Если незнакомей победит, то ей нечего бояться, она готова стать ему наградой. Если победят охотники, то и ей жить незачем. Богатырь бился как Бог и Дьявол одновременно. Его рыжие волосы, словно грива льва, отсвечивали в лучах Солнца. Вот один из противников повержен, за ним другой, третий ещё сопротивляется, но Варна видела страх в его глазах: он уже знал, что обречен.
Девушка сбегала к роднику, смочила косынку и вернулась к своему спасителю. Её заботливые руки оттёрли кровь с рассеченной щеки, а нежный поцелуй постарался заглушить боль.
— Садись, дитя, я довезу тебя до города.
Он подсадил Варну на коня и сам легко запрыгнул в седло. Она чувствовала спиной его мускулистое тело, ощущала его запах, его дыхание на затылке. Ей было тепло и уютно рядом с ним. Она ничего не боялась и точно знала, что всё теперь будет у нее хорошо.
Если бы дело было в деревне, то мы бы сказали, что Димыч встал с петухами. Сон слетел мгновенно, только саднила рассеченная щека, да приятная тоска щекотала в груди. Привычно умывшись, заклеив рану пластырем и расчесав непослушные рыжие волосы, дворник, как Дядька Черномор, пошёл обходить дозором свои владения. А вечером снова будет любимое тёмное пиво местного пивзавода, и сон, дающий душе пищу.
Он не помнил, когда точно всё началось, не знал, как он это делает и почему. Помнит только, что когда он совершил свой первый подвиг, то вечером пил тёмное пиво местного розлива. С тех пор он не менял своих привычек, не хотел менять, просто боялся что-то изменить, сломать. Ведь каждое утро, зализав раны, Димыч думал о новых победах, о том, что его ждут, что он снова кому-то понадобится, а это значит, он снова выпьет тёмное пиво местного розлива и поспешит туда, где без него просто не справятся. Вот и сейчас вредные вороны поджидают его во дворе, чтоб издевательски каркая, снова разбросать мусор из бачков, не давая дворнику ни минуты покоя. И ЭТО его мир, будь он трижды неладен.
Страница 2 из 2
