— Где ты, дорогуша? Где я? В лесу. Машины визжат, верещат, дико-дико, кружатся вокруг в первобытном танце, черные небоскрёбы мигают и ухмыляются бледно-желтыми огнями, надвигаются, склоняются, сжимают в тисках, асфальт охватывает ноги, жадно, с хлюпаньем затягивает, и мир захлопывается — и я в ловушке.
Добавить в моё избранное
4 мин, 3 сек 986
Черт побери, ты словно… Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, кто-нибудь, что-нибудь, спасите меня… Верните меня.
Корни врастали все глубже.
— Где ты?
А нет меня.
Я свободна. Я одна. Одна навеки.
Мяукает кошка. Обнюхивает труп с разбитой головой. Под зеленым пальто — бледно-желтое платье с бордовыми пятнами. Наконец-то заткнулся. Наконец-то не смотрит.
Ох, совсем я обезумела.
Убраться бы отсюда подальше. Или придумать складную историю. Или избавиться от тела.
Эта… она слишком хорошо ее знала. Поняла, и я отрезала пути, я разорвала сети. выбралась, выпуталась, свободна, свободна, свободна… И счастлива.
Бессмысленно.
Он вернулся, ласкал меня, во рту солено и горько от крови — чьей?
— Вот ты, моя дорогая. Моя, моя, моя, моя, моя, моя… Согревает.
Ну и ладно.
Гадко, больно, мерзко, страшно — а зато нужна. Возвращаться все равно некуда.
Вот я.
Корни врастали все глубже.
— Где ты?
А нет меня.
Я свободна. Я одна. Одна навеки.
Мяукает кошка. Обнюхивает труп с разбитой головой. Под зеленым пальто — бледно-желтое платье с бордовыми пятнами. Наконец-то заткнулся. Наконец-то не смотрит.
Ох, совсем я обезумела.
Убраться бы отсюда подальше. Или придумать складную историю. Или избавиться от тела.
Эта… она слишком хорошо ее знала. Поняла, и я отрезала пути, я разорвала сети. выбралась, выпуталась, свободна, свободна, свободна… И счастлива.
Бессмысленно.
Он вернулся, ласкал меня, во рту солено и горько от крови — чьей?
— Вот ты, моя дорогая. Моя, моя, моя, моя, моя, моя… Согревает.
Ну и ладно.
Гадко, больно, мерзко, страшно — а зато нужна. Возвращаться все равно некуда.
Вот я.
Страница 2 из 2
