Шанс

Он стоял весь такой деловой, в черных лакированных сапожках с приподнятыми носками, сам весь черный от пяток до кончиков рогов. Совсем не такой, каким его малюют. Без пятачка, копыт и прочего джентльменского набора которым должен обладать любой образцовый представитель фольклорной нежити. Возможно, он иностранец, но тогда мои дела совсем плохи.

Голова у черта была большая и треугольная. На ней располагались далеко посаженные друг от друга пустые белые глаза, по-человечески остренький носик, ниточка губ и чахленький пучок кудряшек в центре лба. Я глядела во все глаза: когда еще выпадет шанс увидеть живого нечистого и самой при этом в живых остаться? В последнем, впрочем, можно и усомниться до той поры, пока вышеупомянутый нечистый не сообщит о цели своего визита.

— Чем обязана? — осторожно спросила я, неловко переминая с ноги на ногу. Бутылка пива в моей руке вдруг показалась каким-то совершенно неуместным, инородным предметом и ее захотелось немедленно выбросить куда подальше.

Черт ничего не ответил. Возможно, не умел говорить, а может просто решил проигнорировать мою неуклюжую попытку хоть как-то повлиять на ситуацию. Видя такой расклад, я мысленно стала прощаться с белым светом. Вспомнила мать, старую тетку с ее несъедобным супом и котом Кешкой. Ну и остальных по мелочи.

— У тебя остался один день, — скучающим голосом предупредил рогатый.

— И один шанс.

— А потом? — вопрос был задан скорее для порядка.

— А потом чего?

— А потом копыта кверху. И Яма.

Я ждала, что черт как-нибудь пафосно исчезнет, например растворится в клубах дыма, но он просто развернулся и медленно пошел по серой улице в сторону вокзала. Шанс… День… Тьфу, какая чушь. С отвращением посмотрев на бутылку, я разжала пальцы. Теперь и в стакане не спрячешься. Нигде не спрячешься… Мамы нет. Тетки нет. Кота тоже нет. Есть я и бутылка. Бутылка и я. Больше никого.

На самом деле, мне все равно, кто там, черти или динозавры в розовую клеточку. Умру я от белой горячки или проведу свои последние деньки в какой-нибудь глубокой канаве со сломанной ногой. Все потому что этот город совершенно пуст. Нет ни мамы, ни кота, ни тетки. Нет Никого. Только я.

Каждый чертов день я хотела убраться куда подальше из дома. Навсегда. Никого не видеть. Не позволять никому увидеть себя. Исчезнуть. Появиться в другом месте и все начать с начала.

Один раз, просто сев на поезд, окунувшись с головой в свое одиночество, я оказалась здесь. В месте, где меня никто не потревожит. В месте, где меня никто не возненавидит. В месте, откуда невозможно сбежать. И от этого еще больнее. Я пыталась бесконечное количество раз, но поезд не приходит, а лес не пускает меня за пределы города. Как бы ты ни шел, как бы ни блуждал по заросшим тропинкам, между высоких кривых деревьев, ты всегда выходишь к старому желтому дому, одиноко стоящему среди развалин и куч мусора. Там тоже никого. Сломанные лестницы, трухлявая мебель, обшарпанные стены, местами покрытые мохом, пятна на потолке и свисающие уродливой бахромой занавески грязно-желтого цвета на каждом окне. Все это покрыто слоем пыли толщиной в палец. Пыль тоже пахнет одиночеством. Одиночеством, в котором я жила два года. Два года абсолютной тишины. Два года абсолютной пустоты. Два года кромешной тьмы. Два года без единой улыбки.

И теперь, спустя два года, ко мне заявляется глюк в обличье черта и заявляет, что у меня есть шанс?! Бред. Определенно, я слишком много пью.

Я сплю уже двое суток. Видимо надеюсь, что обо мне забудут или хотя бы появится кто-то, кто захочет заменить меня на это время. А я буду спать дальше.

— Знаешь что? А день уже давно прошел… Я тряхнула головой, надеясь развеять галлюцинацию, но вместо этого пребольно ударилась о железную спинку кровати. Послышался звон разбитого стекла: с тумбочки свалился стакан с минеральной водой. Издав мученический стон, я опять рухнула на подушку, прикидывая какой сейчас, наверное, холодный пол и как мне не хочется вставать на него ногами.

— А ты почему-то здесь… Я же тебе говорил, что у тебя только один шанс, разве нет?

Черт сидел на сломанном стуле возле кровати и вертел в руках бутылку из зеленого стекла, — Ты все пьешь… Тебе не надоело?

— Заткнись, чучело! — я с громким стуком упала на пол. Матрас страдальчески скрипнул и встал на место.

— Хватит задавать тупые вопросы. Лучше бы помог, чесслово!

— У тебя был шанс, а ты его не использовала, — продолжал нудить рогатый, доставая пластиковый стакан и наливая в него что-то из зеленой бутылки.

— Теперь я заберу тебя с собой.

— Ага, ага, давно пора, — предложенное пойло оказалось просто отвратительным на вкус и запах.

— Что это за отрава?

— Это яд! — охотно объяснил черт.

— О… — вот оно что. Похоже, черный друг действительно собирается отправить меня на тот свет.