Человек

Я вытащил из карманов папиросы и спички, снял телогрейку. В ведерке трепыхалось уже с десяток мущинок и женьщинок. Довольный Аз болтал не умолкая.

— А как папаша тебе уши надрал, а ты меня не выдал, помнишь? — смеялся он, вытаскивая очередную жертву из вод, — вот гады, вконец бедную карьерку измочалили. Надо свежую. На твою долю ловить? Но сначала живца запущу, нечего… Аз достал из рюкзака тройник на длинном медном поводке, а из ведерка — молодую округлую женьщинку. Я отвернулся. Мои поплавок и колокольчик донки оставались неподвижными.

— Это папашин способ, древний, — говорил Аз, — продеваешь через нее проволоку так, что бы не стесняла движений, а тройник должен торчать изо рта. Он ее — хап! — и опаньки… К проволоке леску, а заместо поплавка любую сухую палку привязываешь… главное, глубину верно рассчитать.

Я нащупал в кармане телогрейки чекушку. Согреться, что ли? Нет, позже… В водах раздался плеск — Аз забросил живца.

— Пойду карьер наловлю, — сказал он, — последи пока.

Я кивнул, и тут звякнул колокольчик моей донки. Леска поползла в воду, я перехватил ее пальцами, дал отмотаться еще метру и подсек, резко вскинув руку. Чудовищный ответный рывок едва не сбросил меня в воды, леска впилась в ладонь, разрезая кожу.

Не на таковского попал, Геракл недоделанный… сжав зубы, я выждал, когда рывки противника утихнут, и начал потихоньку вываживать.

— Андрюшенька, родной, не упусти, — жарко дышал на ухо Аз, — ты, главное, о мировую колонну его не стукни, черт бы ее драл. Ой, сойдет он у нас, ой, сойдет… Правее подведи, а тут же я, с подсачиком… Лучше бы жену поучил щи варить… у меня — не сойдет. Хотя такие мне еще никогда не попадались… Я чуть приотпустил леску на очередной отчаянный рывок и снова потащил трепыхающуюся душу наверх. Из вод показалась бородатая голова, хватила воздуха, и рывки сразу стихли. Дальше уже было дело техники: я подвел, и Аз ловко сработал подсачиком.

Я обессилено уселся на ящик.

— Ай да мы! — ликовал Аз, помогая пойманному подняться на ноги, — не поверит ведь никто! Ты кто такой, чудо?

— Человек, — сказал пойманный.

— Врешь! — задохнулся Аз.

— Давно же переловили всех!

Он метнулся к рюкзаку, выхватил фонарик и направил свет в лицо добыче.

Диоген недоделанный… как бы солнышко не обиделось. И так ясно, кого поймали.

— И правда — человек! — восхитился Аз, выключая фонарик.

— Человек, хочешь согреться? Андрюха, наливай! На что ты его, черт тебя дери?!

— На милосердие взял, — похвастался я, достал кружки и разлил сверкнувшую на солнце зеленым благодать.

Аз схватил кружку и всунул ее в руки человеку.

— Согрейся!

— Спасибо, конечно, — растерянно сказал человек, принимая кружку.

— Спасибо… А с крючка вы меня отпустите?