Кукловод

Лиза отключила питание и оглянулась в проход — смотрителя не было, какое облегчение! Может, обойдется без штрафной карточки? Эти голубые бумажки уже в кошмарах снятся.

Она спустилась с подъема и торопливо прошла по проходу, кивая и улыбаясь знакомым. Анни даже помахала рукой в резиновой перчатке. В субботу они разговорились в раздевалке и выяснили, что обе любят сладости, заканчивали Верхнюю школу, и у обеих есть несносные младшие братья, только у Лизы он один, а у Анни — целых пять. Начало дружбы решили скрепить совместным чаепитием сегодня вечером. Лиза к нему приготовилась, внизу в шкафчике, спрятанный под запасными перчатками и фартуком, лежал пакет домашнего мармелада.

Обидно омрачать штрафом такой день.

Лиза потянула на себя затянутую металлической сеткой дверь и вышла в душный коридор. Смотрителя не было и здесь, хотя по уставу ему запрещалось покидать производство в рабочее время. По правде говоря, он всегда был на своем месте, и Лиза подумала, что сегодня ей просто сказочно везет.

Она добежала до кабинки наблюдателя и постучала в пластиковое окошко.

— У меня станок сломался! Второй блок, ряд двадцать два, регистрационный номер двенадцать-сорок восемь!

— Имя? — сонно моргнул наблюдатель и раскрыл журнал.

— Лиза Шварц, по распределению Совета Мастеров.

Как же она разочаровалась в Совете, когда после всех школьных рекомендаций ее поставили к станку! «Музыкальную натуру — на ремни», как сказала мама.

— Ли-и-и-иза Шва-а-арц, — сонный наблюдатель сделал пометку в журнале.

— Обратитесь к смотрителю.

— Его нет, я искала.

— Тогда поднимитесь в конструкторскую и подождите там, сегодня директор принимает важную комиссию.

— Спасибо.

Лиза взяла пропускной жетон, и, чувствуя, как он приятно холодит ладонь, побежала наверх. Охранники читали новый выпуск «Городского пророка», жирный типографский шрифт бросался в глаза. «Совет Мастеров под властью кукловодов! Кукловоды тайно правят страной!» и дальше чуть мельче:«Их больше, чем мы думаем, они среди нас!» Ну да, подумала Лиза, пока ей ставили отметку на жетоне. Как же. Среди нас. Кукловоды — страшная сказочка, оправдание для тех, кто все время совершает ошибки. Это не мы, это кукловоды проникли в наше сознание и заставили нас, мы не виноваты!

Этих кукловодов даже не существует. По-настоящему Лизе хотелось знать, когда все изменится в лучшую сторону, и будут ли пересмотрены решения Совета Мастеров.

Рядом с дверью в конструкторскую стояла большая напольная ваза с пластмассовыми цветами из детских книжек. Вид этих цветов, блеклых и пыльных, вызвал у Лизы смутную тоску. Это словно напоминание о кладбище — цветы, которые росли когда-то на земле, а теперь их помнят только по картинкам и вот этим грубым подобиям. Она поднесла руку к двери, постучаться, и вдруг, на одну секунду, ее парализовало предчувствие неизбежного, Лиза похолодела и обругала себя — что за глупости, чего ей бояться? Она сидела в конструкторской часами, дожидаясь оформления документов, что ужасного могло быть за этой дверью? Тусклый зеленый ковер, машинистка с обвисшими губами?

Лиза коротко постучала, вошла и вздохнула с облегчением — в кабинете никого не было, кроме незнакомого рабочего с газетой. «Кукловоды тайно правят страной!» Она села на жесткий стул и начала ждать. Предстояло оформить заявку и узнать, когда починят станок.

Заняться было нечем. Лиза вытянула ноги и внимательно осмотрела старые ботинки: нитки торчат, «кожезаменитель нового поколения» потерся почти до дыр и выглядит, как лишайные пятна.

Рабочий перелистнул страницу, посмотрел на Лизу и опустил газету.

— Привет. Ты из какого блока?

— Из второго.

— Станок «полетел»?

— Да.

— Удивилась Лиза.

— У вас тоже?

— Уже четверть часа тут сижу.

— Кивнул он.

— Это охладительная система, я слышал, вчера в четвертом блоке то же самое случилось.

— Надо же.

Рабочий широко улыбнулся. Лицо у него было чистое, открытое, взгляд ясный. Лиза улыбнулась в ответ и он тут же подсел поближе.

— Если у вас охладительная система накрылась, починят только завтра.

— Да?

— Оформите заявку и домой.

— Он посмотрел в сторону двери и снова улыбнулся Лизе.

— Хорошо ведь?

Хорошо, но сегодня Анни будет ждать ее на чай. Как бы тогда со временем все решить?

Рабочий начал постукивать газетой по колену — шлеп-шлеп. Руки у него тонкие, изящные, ногти чистые, а рукав грязный и с дырой.

— Послушай, Лиза… Лиза вздрогнула и оцепенела. Улыбаясь, рабочий продолжил мягким голосом:

— Сейчас ты выйдешь отсюда и поднимешься на третий этаж, в директорию.

— шлеп-шлеп — постукивала газета.

— Зайдешь в кабинет заместителя, поднимешь со стола статуэтку, найдешь двойное дно — там будет ключик.