Август, как всегда был жарким и душным. Не спасали даже усилившиеся степные ветра. Последняя декада августа брала знойным измором. Солнце с ветрами сушило всё и всех.
Добавить в моё избранное
19 мин, 9 сек 5364
В другие дни месяца искали спасение в речке и на плотине. А в последние дни уходящего лета приходится готовиться к началу учебного года. Я не был исключением так, как учился в горном училище. «Домашним» было легче; они дурковали пару часов на территории училища, а затем, под разными предлогами, смывались домой. Нам же, бывшим интернатовцам, приходилось отдуваться за себя и за того парня так, как мы жили в общежитии, расположенном на территории училища и всегда попадались на глаза мастерам и преподавателям.
И всё же, мы умудрялись распорядиться тем или иным днём уходящих каникул по своему усмотрению. На то мы были пацанва, да притом беспризорная!
В этот раз, кто-то из нас предложил сходить за арбузами и дынями на бахчу, расположившуюся за селом Пятихатки; если смотреть от Центрального посёлка, то это правее высотки Саурмогилы.
По словам Лёшки, который не учился в училище, но дружил с нами, мы узнали, что идти предстоит около десяти км. в одну сторону. Для нас эта дистанция, что ракете вокруг Земли облететь.
Посовещавшись, мы решили сделать марш-бросок рано утром — по холодку. Днём, на солнцепёке, идти хотелось только на ближайший водоём или вообще никуда не высовываться из общежития. Но в последнем варианте, мы рисковали вновь стать «козлами отпущения» по уборке кабинетов и территории училища.
Вечером, желающих полакомиться бахчёвыми культурами, было довольно много, а утром осталось всего шесть человек. Большая часть претендентов на поход, не захотела вставать раньше жаворонок. «Умники» надеялась поживиться у дурачков, которые вернутся через несколько часов с добычей. Одним словом — халявщики! В этом случае мы решили весь добытый урожай оставить у Лешки дома; он жил в сотне метров от училища.
Из нашей комнаты пошли все трое — Володька, Славка и я. Из остальных — только два брата из Ивано-Франковска встали в такую рань. За забором нас ждал наш проводник Лешка. Меньше народу — меньше шуму! Для непрошенной толпы, у сторожей всегда найдётся вдоволь соли, а вот хлебом у них не разживёшься. Как и арбузами и дынями. Проверено временем.
До этого дня, я много раз бывал на бахче, но, благодаря Славке, этот поход мне запомнился на всю жизнь.
С виду Славка ничем особенным не выделялся от остальных. Чуть ниже среднего роста, коренастый. Лицо круглое, с азиатскими чертами. Глаза тёмно-карие, волосы чёрные с блеском, жёсткие, как леска. Во взгляде всегда чувствуется осторожность, даже некоторое недоверие к собеседнику. В интернате он не проявлял никаких особых способностей. Золотая середина! Возможно, чуть больше замкнут был в себе или наши интересы не пересекались. В общем, в интернате, я не приметил в нём ничего особенного, экстраординарного. В стенах общежития, когда наши койки стояли по соседству, через стол, я, с некоторой завистью, обратил внимание на то, как он быстро читает книги. Я поначалу думал, что Славка, просто от скуки листает книгу за книгой, не читая их построчно, а лишь выхватывает отдельные, связующие слова. За вечер он так перелистывал две три книги, в среднем 300-400 страниц каждая. Мне удавалось осиливать не более сотни страниц одной книги и то, при условии, что она очень интересная, и никто не должен мешать мне. Он же умудрялся, при чтении, слушать говорящих и отвечать на вопросы.
Как мы позже убедились, наш интернатовский затворник обладал феноменальной скоростью чтения и запоминания текста. На «прочтение» одной страницы он тратил около двух секунд; формат, шрифт и плотность текста не влияли на скорость чтения. Две страницы открытой книги он усваивал за три секунды. Поразительно! Стихи это были, проза или технический текст — значения не имело. Наряду с этим, Славке не надо было зубрить тот или иной текст. Он отпечатывался в его памяти, как снимок на фотобумаге — с первого раза. Славка никогда не учил вечерами, заданное на дом, а, прямо на уроке, просматривал необходимый материал, и всё! С точными науками и с английским у него были проблемы не лучше наших. Феноменальная память так же не срабатывала во времени. Через сутки, двое, Славка начисто забывал то, что читал и ему требовался повторный«просмотр» необходимой, и не очень, информации.
И всё-таки, не Славкин феномен по чтению, помог мне запомнить поход за арбузами с его участием. Он удивил всех участников и самого себя совсем другим, не менее удивительным происшествием… На рассвете, мы вышли за наш посёлок и, оставив в стороне гудящую шахту 3-3бис, направились к селу Пятихатки, которое не просматривалось с нашей стороны. Ориентиром для нас служила геодезическая вышка, высотою около двадцати метров. Лешка говорил, что она стоит почти в центре бахчи и служит наблюдательным пунктом для сторожей. Он ещё накануне вечером предупредил, что идти надо будет не по-прямой — по открытым холмам, а, петлять вдоль лесопосадок. Мы видели, что с той вышки и без бинокля за десятки километров вся местность просматривается отлично. Её хорошо видать с любого холма.
И всё же, мы умудрялись распорядиться тем или иным днём уходящих каникул по своему усмотрению. На то мы были пацанва, да притом беспризорная!
В этот раз, кто-то из нас предложил сходить за арбузами и дынями на бахчу, расположившуюся за селом Пятихатки; если смотреть от Центрального посёлка, то это правее высотки Саурмогилы.
По словам Лёшки, который не учился в училище, но дружил с нами, мы узнали, что идти предстоит около десяти км. в одну сторону. Для нас эта дистанция, что ракете вокруг Земли облететь.
Посовещавшись, мы решили сделать марш-бросок рано утром — по холодку. Днём, на солнцепёке, идти хотелось только на ближайший водоём или вообще никуда не высовываться из общежития. Но в последнем варианте, мы рисковали вновь стать «козлами отпущения» по уборке кабинетов и территории училища.
Вечером, желающих полакомиться бахчёвыми культурами, было довольно много, а утром осталось всего шесть человек. Большая часть претендентов на поход, не захотела вставать раньше жаворонок. «Умники» надеялась поживиться у дурачков, которые вернутся через несколько часов с добычей. Одним словом — халявщики! В этом случае мы решили весь добытый урожай оставить у Лешки дома; он жил в сотне метров от училища.
Из нашей комнаты пошли все трое — Володька, Славка и я. Из остальных — только два брата из Ивано-Франковска встали в такую рань. За забором нас ждал наш проводник Лешка. Меньше народу — меньше шуму! Для непрошенной толпы, у сторожей всегда найдётся вдоволь соли, а вот хлебом у них не разживёшься. Как и арбузами и дынями. Проверено временем.
До этого дня, я много раз бывал на бахче, но, благодаря Славке, этот поход мне запомнился на всю жизнь.
С виду Славка ничем особенным не выделялся от остальных. Чуть ниже среднего роста, коренастый. Лицо круглое, с азиатскими чертами. Глаза тёмно-карие, волосы чёрные с блеском, жёсткие, как леска. Во взгляде всегда чувствуется осторожность, даже некоторое недоверие к собеседнику. В интернате он не проявлял никаких особых способностей. Золотая середина! Возможно, чуть больше замкнут был в себе или наши интересы не пересекались. В общем, в интернате, я не приметил в нём ничего особенного, экстраординарного. В стенах общежития, когда наши койки стояли по соседству, через стол, я, с некоторой завистью, обратил внимание на то, как он быстро читает книги. Я поначалу думал, что Славка, просто от скуки листает книгу за книгой, не читая их построчно, а лишь выхватывает отдельные, связующие слова. За вечер он так перелистывал две три книги, в среднем 300-400 страниц каждая. Мне удавалось осиливать не более сотни страниц одной книги и то, при условии, что она очень интересная, и никто не должен мешать мне. Он же умудрялся, при чтении, слушать говорящих и отвечать на вопросы.
Как мы позже убедились, наш интернатовский затворник обладал феноменальной скоростью чтения и запоминания текста. На «прочтение» одной страницы он тратил около двух секунд; формат, шрифт и плотность текста не влияли на скорость чтения. Две страницы открытой книги он усваивал за три секунды. Поразительно! Стихи это были, проза или технический текст — значения не имело. Наряду с этим, Славке не надо было зубрить тот или иной текст. Он отпечатывался в его памяти, как снимок на фотобумаге — с первого раза. Славка никогда не учил вечерами, заданное на дом, а, прямо на уроке, просматривал необходимый материал, и всё! С точными науками и с английским у него были проблемы не лучше наших. Феноменальная память так же не срабатывала во времени. Через сутки, двое, Славка начисто забывал то, что читал и ему требовался повторный«просмотр» необходимой, и не очень, информации.
И всё-таки, не Славкин феномен по чтению, помог мне запомнить поход за арбузами с его участием. Он удивил всех участников и самого себя совсем другим, не менее удивительным происшествием… На рассвете, мы вышли за наш посёлок и, оставив в стороне гудящую шахту 3-3бис, направились к селу Пятихатки, которое не просматривалось с нашей стороны. Ориентиром для нас служила геодезическая вышка, высотою около двадцати метров. Лешка говорил, что она стоит почти в центре бахчи и служит наблюдательным пунктом для сторожей. Он ещё накануне вечером предупредил, что идти надо будет не по-прямой — по открытым холмам, а, петлять вдоль лесопосадок. Мы видели, что с той вышки и без бинокля за десятки километров вся местность просматривается отлично. Её хорошо видать с любого холма.
Страница 1 из 6
