На ограде заброшенного сельского кладбища сидела стайка ворон. Солнце ещё не взошло, лишь высоко в небе порозовели лёгкие облачка… Это лето сложилось для Глеба неудачно.
Добавить в моё избранное
19 мин, 0 сек 16983
Едва закончились занятия в школе и все пошли на каникулы, он вдруг заболел ветрянкой. Пока лечился, пока сидел после болезни дома, прошла уйма времени. Из-за этого не удалось поехать в детский лагерь на первый сезон. А он так мечтал об этом! Глебу хотелось поехать вместе со своими друзьями, одноклассниками. И вот, Серёга, Витя и Сёма уехали, а он остался. Такая досада, хоть плачь!
Плакать Глеб, конечно, не стал (пара слезинок и покрасневший нос не в счёт), но с ещё бОльшим нетерпением стал ждать, когда же мама пойдёт в отпуск, и они вместе будут проводить все дни и им будет интересно, и он сможет каждый день есть мороженое.
От нечего делать Глеб стал читать книжки. Книг оказалось довольно много в шкафу и ещё больше на антресоли, куда их сложил папа, когда собирался уходить жить на другую квартиру. Папа говорил, что заберёт свои книги сразу, как только снимет жильё. Но вот прошло уже два года и папа жил теперь в Верхних Черёмушках, в хорошей комнате на первом этаже, однако книги так и не забрал. Глеб был там несколько раз, когда мама привозила его к отцу переночевать. Из окна открывался хороший вид на овраг и на огромное поле, в котором не было видно ни одного дома. Правда в том дворе было совсем пусто и не интересно играть, и не всегда хотелось уезжать из своей уютной и привычной квартиры. Но со старшими лучше не спорить и если мама сказала: «— Сегодня поедешь ночевать к отцу», значит, тому и быть. Мальчик безропотно собирал в рюкзачок любимые игрушки и ехал в Черёмушки.
Так вот, среди томов на антресолях было довольно много книг про всякие приключения и чудеса, иногда забавные, а иногда и страшные. И имена авторов были незнакомые, каких в школе Глеб и не слышал: Кинг, По, Говард и другие. Так и проходило его лето: игры, зачастую в одиночку в пустынном дворе, телевизор и книги, от которых, особенно перед наступлением ночи становилось жутковато. Мальчик уже начал считать дни, сколько их осталось до долгожданного маминого отпуска.
Но вдруг, перед самым отпуском мама вдруг сказала, что они с дядей Колей решили съездить на отдых в Турцию. Глеба с собой взять они не могут потому, что номера в отеле только двухместные, а Глебу уже исполнилось 12 лет и поселить его с ними в одном номере не могут. И вообще, имеет она право на личную жизнь? Всего-то две недели поживёт с отцом — ничего страшного!
Вот так в ближайшее воскресенье Глеб и оказался у своего папы.
Папа был тоже не очень рад этому факту. У него имелись свои неотложные дела, срочная работа. Как он мог оставить ребёнка одного, предоставленного самому себе целыми днями?
К счастью у человечества есть телефон. Папа сделал всего несколько звонков, и проблема была решена. Довольный, он подошёл к сыну и взъерошил его отросшие волосы:
— Всё отлично, Глеб! Поедешь пожить в деревню к моей тёте. Ну, к жене, то есть к вдове моего дяди. Ну, то есть сводного брата второго мужа моей мамы. Короче, её зовут тётя Галя — мировая тётка! Деревня у них большая, детворы много. Там и овощи-фрукты свежие, молоко всякое, и лес, и речка. Хорошо-о! Я сам давно собирался туда съездить, да всё дела не дают. Но через две недели я за тобой приеду. Честное пионерское!
На следующее утро они поехали на автовокзал, и папа купил Глебу билет до деревни, где жила тётя Галя.
Со своим неизменным рюкзачком мальчик направился к стоянке автобусов. Папа, махнув рукой и крикнув ещё раз, что скоро приедет, зашагал в другую сторону, торопясь на работу.
Летнее солнце оторвалось от крыш многоэтажек и начало заливать привокзальную площадь. Глеб пожалел, что не догадался купить бутылку воды.
Автобуса долго не было. Вернее они были, но стояли в стороне, в ряд, а их водители, собравшись у одной из машин, курили и что-то негромко обсуждали.
Наконец один из водителей отшвырнул в сторону окурок и решительно направился к своему «железному другу». Автобус, пыхнув сизым дымком, лихо подкатил к ожидавшим пассажирам. Водитель выкрикнул в открывшуюся дверцу:
— По-быстрому занимаем места согласно купленным билетам. Отправление через одну минуту!
Пассажиры, похватав сумки и пакеты, кинулись штурмовать автобус.
Глеб тоже, закинув рюкзачок на плечо, попытался шмыгнуть в дверь, благо стоял он достаточно близко. Но тут откуда-то сбоку появилась толстая, вся в чёрном, старуха. На ней гроздьями висели сумки, пакеты и мешочки, и от этого она казалась ещё толще. Старуха с лёгкостью раздвинула всех пассажиров и, не обращая внимания на поднявшегося уже на первую ступеньку мальчишку, стала протискиваться в автобус. Прижатый к поручню Глеб запыхтел, рванулся изо всех сил и сумел-таки первым заскочить в салон.
Распалённый короткой схваткой, он обернулся и оказался лицом к лицу с напористой старухой. Его поразило неприятное выражение морщинистого лица, большой хрящеватый нос с горбинкой, глубоко запавшие чёрные глаза подмохнатыми бровями.
Плакать Глеб, конечно, не стал (пара слезинок и покрасневший нос не в счёт), но с ещё бОльшим нетерпением стал ждать, когда же мама пойдёт в отпуск, и они вместе будут проводить все дни и им будет интересно, и он сможет каждый день есть мороженое.
От нечего делать Глеб стал читать книжки. Книг оказалось довольно много в шкафу и ещё больше на антресоли, куда их сложил папа, когда собирался уходить жить на другую квартиру. Папа говорил, что заберёт свои книги сразу, как только снимет жильё. Но вот прошло уже два года и папа жил теперь в Верхних Черёмушках, в хорошей комнате на первом этаже, однако книги так и не забрал. Глеб был там несколько раз, когда мама привозила его к отцу переночевать. Из окна открывался хороший вид на овраг и на огромное поле, в котором не было видно ни одного дома. Правда в том дворе было совсем пусто и не интересно играть, и не всегда хотелось уезжать из своей уютной и привычной квартиры. Но со старшими лучше не спорить и если мама сказала: «— Сегодня поедешь ночевать к отцу», значит, тому и быть. Мальчик безропотно собирал в рюкзачок любимые игрушки и ехал в Черёмушки.
Так вот, среди томов на антресолях было довольно много книг про всякие приключения и чудеса, иногда забавные, а иногда и страшные. И имена авторов были незнакомые, каких в школе Глеб и не слышал: Кинг, По, Говард и другие. Так и проходило его лето: игры, зачастую в одиночку в пустынном дворе, телевизор и книги, от которых, особенно перед наступлением ночи становилось жутковато. Мальчик уже начал считать дни, сколько их осталось до долгожданного маминого отпуска.
Но вдруг, перед самым отпуском мама вдруг сказала, что они с дядей Колей решили съездить на отдых в Турцию. Глеба с собой взять они не могут потому, что номера в отеле только двухместные, а Глебу уже исполнилось 12 лет и поселить его с ними в одном номере не могут. И вообще, имеет она право на личную жизнь? Всего-то две недели поживёт с отцом — ничего страшного!
Вот так в ближайшее воскресенье Глеб и оказался у своего папы.
Папа был тоже не очень рад этому факту. У него имелись свои неотложные дела, срочная работа. Как он мог оставить ребёнка одного, предоставленного самому себе целыми днями?
К счастью у человечества есть телефон. Папа сделал всего несколько звонков, и проблема была решена. Довольный, он подошёл к сыну и взъерошил его отросшие волосы:
— Всё отлично, Глеб! Поедешь пожить в деревню к моей тёте. Ну, к жене, то есть к вдове моего дяди. Ну, то есть сводного брата второго мужа моей мамы. Короче, её зовут тётя Галя — мировая тётка! Деревня у них большая, детворы много. Там и овощи-фрукты свежие, молоко всякое, и лес, и речка. Хорошо-о! Я сам давно собирался туда съездить, да всё дела не дают. Но через две недели я за тобой приеду. Честное пионерское!
На следующее утро они поехали на автовокзал, и папа купил Глебу билет до деревни, где жила тётя Галя.
Со своим неизменным рюкзачком мальчик направился к стоянке автобусов. Папа, махнув рукой и крикнув ещё раз, что скоро приедет, зашагал в другую сторону, торопясь на работу.
Летнее солнце оторвалось от крыш многоэтажек и начало заливать привокзальную площадь. Глеб пожалел, что не догадался купить бутылку воды.
Автобуса долго не было. Вернее они были, но стояли в стороне, в ряд, а их водители, собравшись у одной из машин, курили и что-то негромко обсуждали.
Наконец один из водителей отшвырнул в сторону окурок и решительно направился к своему «железному другу». Автобус, пыхнув сизым дымком, лихо подкатил к ожидавшим пассажирам. Водитель выкрикнул в открывшуюся дверцу:
— По-быстрому занимаем места согласно купленным билетам. Отправление через одну минуту!
Пассажиры, похватав сумки и пакеты, кинулись штурмовать автобус.
Глеб тоже, закинув рюкзачок на плечо, попытался шмыгнуть в дверь, благо стоял он достаточно близко. Но тут откуда-то сбоку появилась толстая, вся в чёрном, старуха. На ней гроздьями висели сумки, пакеты и мешочки, и от этого она казалась ещё толще. Старуха с лёгкостью раздвинула всех пассажиров и, не обращая внимания на поднявшегося уже на первую ступеньку мальчишку, стала протискиваться в автобус. Прижатый к поручню Глеб запыхтел, рванулся изо всех сил и сумел-таки первым заскочить в салон.
Распалённый короткой схваткой, он обернулся и оказался лицом к лицу с напористой старухой. Его поразило неприятное выражение морщинистого лица, большой хрящеватый нос с горбинкой, глубоко запавшие чёрные глаза подмохнатыми бровями.
Страница 1 из 6
