Расскажу вам свою историю любви и смерти, которые тесно переплелись в моей жизни. А потом и… нежизни… Я ощущаю чувство вины, за то, что по моей вине погибла большая часть поехавшей компании, хотя друзья и утешают меня, что я не должен грызть себя за тот давний проступок, тем более, в том виде, в каком я пребываю сейчас, в виде бессмертного… вампира… Говорят, что вампирам чужды людские эмоции, но я не смог их изжить. Они были частью моей природы… Моей личности. Так же, как и семья… И друзья…
Добавить в моё избранное
323 мин, 40 сек 2590
я почему-то испугался тогда этой возможности… не в силах предвидеть реакцию группы на мое перерождение… Однако… (забегая вперед скажу, что этой встрече не суждено было случиться!). И Витек не узнал, что я в новом качестве теперь жил рядом с ним, вместе со своей возлюбленной А потом в поселке начались странные… с точки зрения людей… смерти. Мы с Еленой не слишком заботились о людях… поначалу… В поселке воцарлся легкий страх… И поползли слухи, один нелепее другого. Люди обнаруживали обескровленные тела родственников… в самых разных местах Кто-то под кустом… А кто-то на дереве находил спившегося пьяницу. У которого выпита вся кровь… А мы с Еленой находились в тени… и никто не догадывался, откуда же все это…
А тем временем близилось лето. Самая горячая пора… для людей… но и для нас… тоже… Нам никто не мешал наслаждаться нашей нежизнью…
— Лена, — начал я как-то разговор, — зачем ты опять возвращаещься к этому террору? — Не знаю, любимый, — она неизменно виновато улыбалась, Просто мне хочется вспомнить… то, с чего началось наше с тобой чувство… Ты помнишь, как на самом деле хотел меня… Но…
— … Я не знал… кто ты… из какого ты теста…
— Понимаешь, Лена. В этом дачном поселке у моего одногруппника, теперь. у бывшего, как и все они, — я обвел рукой людей, которые когда-то учились бок о бок со мною. Есть мичуринский участок… И я хочу его навестить, может даже, с тобой… Ты ведь составишь мне компанию, любимая? — Конечно, дорогой. — Елена улыбнулась, обнажив длинные клыки. — Мы вместе навестим твоего друга.
— Но что я ему скажу, — спросил я, когда он спросит у меня объяснения… А может быть, он окажется не один… А он непременно спросит… Как я объясню ему эти пустые трупы? — Ты прав, дорогой, прости. — Елена прильнула к моим губам своими… — и поцеловала, прямо как если бы она была смертной девушкой…
Я ответил на поцелуй.
— Прости, — повторила бессмертная девушка, — я не думала, что для тебя это важно.
— Я понимаю, — сказал я, пытаясь утешить девушку. Подтер кровавую слезу с ее нежной холодной щеки, — я уважаю своих друзей… даже став вампиром. Я не хочу, не хочу, понимаешь! Стать для них врагом! Прости, — теперь оправдывался я. — Мне не стоило повышать голос… Ты не сердишься на меня? — Нет, дурачок…
— Пойдем на реку… — предложил я. — Смотри, какая красивая ночь…
— Чистое небо… и луна висит. Над рекой, которую с нашего места немного было видно. И сегодня тепло.
— Потому она и нравится мне, — сказал я, — своей простой прелестью…
— Пойдем, Слава.
* * *
Мы пошли на реку, когда был где-то десятый час… А ночи летом короткие… думаю, это всем известно… Мы прошли мост, пройдя по Коларовскому тракту, так он кажется, называется, в сторону собственно, Коларова и Казанки. И пошли вдоль короткий улочки… Ох я забыл… мы спустились с крутой горы, где иногда большие пригородные автобусы не поднимаются с первой попытки… Даже, на моей памяти был такой случай. Когда переполненный из Ярского ЛАЗ, вынужден был скатиться обратно, а еще кому-то в толпе сделалось плохо. Автобус, оглашая сигналом округу, скатился с горы, впрочем, медленно, на тормозах, Откатился на некоторое расстояние. Человека выпустили на свежий воздух и дождались, пока он вернется, кстати, это была бабулька уже в возрасте, но еще не дряхлая. Бабулька, подышав воздухом, вернулась в душный переполненный автобус, и закрыв двери он набрал скорость, и хвала Сварогу, вторая попытка увенчалась успехом. Хотя автобус весь дрожал от перенапряжения, и недостатка мощности. Это в районе церквушки на площади под горой… Там еще маленькая площадка, у церквушки, и остановки Коларово, в обе стороны. Спустившись с этой горы мы пошли вдоль улочки из порядка десятка кирпичных особняков, надо заметить, довольно красивых. В конце концов, мы вышли на пустынный пляж, к чести его, он был песчаный…
— Когда мы пойдем к твоим друзьям? — нарушила молчание Елена, — без всяких вступлений.
— А почему тебя так это интересует? — полюбопытствовал я.
— Я хочу понять, почему ты к ним так привязан, душевно.
— Понимаю.
— Смотри, Слава, там кто-то есть… -Елена вытянула руку вперед к пляжу, и указала на костер, горящий где-то вдали.
— Ну и что, — ответил я, как будто так и должно было быть.
— Ну и что? … — передразнила меня Елена… Они могут помешать нашему отдыху…
— Каким образом? — Не знаю, дорогой, но я что-то чувствую…
— Это молодые люди… очень пьяные… И они уже спят… — ответил я, дорогая, ты еще чего — то боишься? — Нет, что ты, просто неприятно…
— О, как это похоже на людей. — с долей иронии в голосе произнес я.
— Смотри, Слава… Один из них встрепенулся…
— … Словно что-то почувствовал…
— Нас почувствовал… — произнесла задумчиво девушка-вампир. — От нас ведь исходит тревожная аура…
— Нам придется их спровадить отсюда…
А тем временем близилось лето. Самая горячая пора… для людей… но и для нас… тоже… Нам никто не мешал наслаждаться нашей нежизнью…
— Лена, — начал я как-то разговор, — зачем ты опять возвращаещься к этому террору? — Не знаю, любимый, — она неизменно виновато улыбалась, Просто мне хочется вспомнить… то, с чего началось наше с тобой чувство… Ты помнишь, как на самом деле хотел меня… Но…
— … Я не знал… кто ты… из какого ты теста…
— Понимаешь, Лена. В этом дачном поселке у моего одногруппника, теперь. у бывшего, как и все они, — я обвел рукой людей, которые когда-то учились бок о бок со мною. Есть мичуринский участок… И я хочу его навестить, может даже, с тобой… Ты ведь составишь мне компанию, любимая? — Конечно, дорогой. — Елена улыбнулась, обнажив длинные клыки. — Мы вместе навестим твоего друга.
— Но что я ему скажу, — спросил я, когда он спросит у меня объяснения… А может быть, он окажется не один… А он непременно спросит… Как я объясню ему эти пустые трупы? — Ты прав, дорогой, прости. — Елена прильнула к моим губам своими… — и поцеловала, прямо как если бы она была смертной девушкой…
Я ответил на поцелуй.
— Прости, — повторила бессмертная девушка, — я не думала, что для тебя это важно.
— Я понимаю, — сказал я, пытаясь утешить девушку. Подтер кровавую слезу с ее нежной холодной щеки, — я уважаю своих друзей… даже став вампиром. Я не хочу, не хочу, понимаешь! Стать для них врагом! Прости, — теперь оправдывался я. — Мне не стоило повышать голос… Ты не сердишься на меня? — Нет, дурачок…
— Пойдем на реку… — предложил я. — Смотри, какая красивая ночь…
— Чистое небо… и луна висит. Над рекой, которую с нашего места немного было видно. И сегодня тепло.
— Потому она и нравится мне, — сказал я, — своей простой прелестью…
— Пойдем, Слава.
* * *
Мы пошли на реку, когда был где-то десятый час… А ночи летом короткие… думаю, это всем известно… Мы прошли мост, пройдя по Коларовскому тракту, так он кажется, называется, в сторону собственно, Коларова и Казанки. И пошли вдоль короткий улочки… Ох я забыл… мы спустились с крутой горы, где иногда большие пригородные автобусы не поднимаются с первой попытки… Даже, на моей памяти был такой случай. Когда переполненный из Ярского ЛАЗ, вынужден был скатиться обратно, а еще кому-то в толпе сделалось плохо. Автобус, оглашая сигналом округу, скатился с горы, впрочем, медленно, на тормозах, Откатился на некоторое расстояние. Человека выпустили на свежий воздух и дождались, пока он вернется, кстати, это была бабулька уже в возрасте, но еще не дряхлая. Бабулька, подышав воздухом, вернулась в душный переполненный автобус, и закрыв двери он набрал скорость, и хвала Сварогу, вторая попытка увенчалась успехом. Хотя автобус весь дрожал от перенапряжения, и недостатка мощности. Это в районе церквушки на площади под горой… Там еще маленькая площадка, у церквушки, и остановки Коларово, в обе стороны. Спустившись с этой горы мы пошли вдоль улочки из порядка десятка кирпичных особняков, надо заметить, довольно красивых. В конце концов, мы вышли на пустынный пляж, к чести его, он был песчаный…
— Когда мы пойдем к твоим друзьям? — нарушила молчание Елена, — без всяких вступлений.
— А почему тебя так это интересует? — полюбопытствовал я.
— Я хочу понять, почему ты к ним так привязан, душевно.
— Понимаю.
— Смотри, Слава, там кто-то есть… -Елена вытянула руку вперед к пляжу, и указала на костер, горящий где-то вдали.
— Ну и что, — ответил я, как будто так и должно было быть.
— Ну и что? … — передразнила меня Елена… Они могут помешать нашему отдыху…
— Каким образом? — Не знаю, дорогой, но я что-то чувствую…
— Это молодые люди… очень пьяные… И они уже спят… — ответил я, дорогая, ты еще чего — то боишься? — Нет, что ты, просто неприятно…
— О, как это похоже на людей. — с долей иронии в голосе произнес я.
— Смотри, Слава… Один из них встрепенулся…
— … Словно что-то почувствовал…
— Нас почувствовал… — произнесла задумчиво девушка-вампир. — От нас ведь исходит тревожная аура…
— Нам придется их спровадить отсюда…
Страница 51 из 87
