Расскажу вам свою историю любви и смерти, которые тесно переплелись в моей жизни. А потом и… нежизни… Я ощущаю чувство вины, за то, что по моей вине погибла большая часть поехавшей компании, хотя друзья и утешают меня, что я не должен грызть себя за тот давний проступок, тем более, в том виде, в каком я пребываю сейчас, в виде бессмертного… вампира… Говорят, что вампирам чужды людские эмоции, но я не смог их изжить. Они были частью моей природы… Моей личности. Так же, как и семья… И друзья…
Добавить в моё избранное
323 мин, 40 сек 2467
А вдали виднелись густые и черные полосы лесопосадок, под сводами которых, дай бог знать, что творится… Лес то приближался к дороге, то снова отступал… и огромные открытые пространства, жутковато сияющие в неверном свете луны.
Где — то к полуночи мы въехали в город, где должен состояться наш последний привал, перед поместьем, и, возможно, еще один привал состоится в Михайловском, перед последним броском, как нам сказала Ольга Николаевна. Я даже не берусь вспоминать название города, коли у меня с географией проблемы… Только видно было, что город довольно большой и людный. Здесь также, как и в предыдущем городке кипела ночная жизнь… Молодежь сновала по улице туда — сюда… появляясь из переулков и исчезая там… Мы ехали по городу со скоростью где — то километров в тридцать — сорок в час, поэтому мы успевали разглядывать витрины, разительно отличающиеся от наших… родных… томских… Вскоре показалась неоновая вывеска, значащая, что мы приближаемся к какой — то гостинице; и видя стрелку — указатель налево, дождавшись зеленого света водитель повернул автобус налево, вслед за стрелкой. Мы проехали еще пару километров и выехали на площадку перед гостиницей. Она называлась «У волги» видимо недалеко от города протекала знаменитая река. Мы все также организованно вышли, захватив себе кое — какие мелочи пошли в здание, где нас распределили по этажу, по двухместным номерам. Со мной как и прежде, оказалась Яна, но теперь это не явилось для меня сюрпризом… Однако же, мне было по — прежнему не до любвеизлияний… Мне очень хотелось спать… тем более после такого стресса…
Я однако спросил Яну: — А разве нам сейчас что — то угрожает? — Давай завтра об этом поговорим, в автобусе, — пробурчала девушка сквозь сон и добавила лишь, — доброй ночи, любимый.
Она уснула, сладко сопя.
— Значит… любимый… — произнес я и тоже провалился в сон. Сон, к счастью, был спокойным, без каких — либо вообще сновидений. После легкого завтрака мы, как обычно, быстро собрались дальше в путь. Это должен был быть последний рывок на финишном отрезке. Мы ехали быстро, проезжая по маленьким городкам и поселкам… кое — где, проезжая по гравийной дороге было слышно, как камни стучали в днище автобуса, (мне вновь, как будто явился дух Провидения… он стуком камня предупреждал: Возвращайтесь все! Пока еще можно!) Потом Яна вновь подсела ко мне: — Как дела? — Ничего хорошего, — ответил я, — нууу, и плохого тоже…
— Сновидений пророческих не было… Уже это отрадно…
— Я тебя хотел спросить вчера в отеле, — напомнил я о нашей вчерашней беседе и… вспышке… — … а разве нам сейчас что — нибудь угрожает? Скажи мне честно.
— Я думаю, что нет, — однако у остальной группы настроения иные…
— Я думаю, Яна, тебе не следовало говорить об этом группе…
— О чем… не следовало.
— Я сам не знаю, что говорю…
— Видишь, дорогой, тебя что — то гнетет, и я это вижу, как и все остальные. Поделись со мной, и я обещаю, что это не будет известно никому, кроме нас с тобой.
— Ты сам не свой, Макс, — вмешался старый в наш разговор, — ты не похож на себя обычного, хладнокровного…
— Если бы я сам знал… — огрызнулся я, — я бы, может быть, сказал вам… Я не знаю, черт подери, что на меня нашло…
— Это плохо, друг мой, — попытался посочувствовать староста.
Я до сих пор удивляюсь, как же все — таки нашей группе повезло с лидером… Порой он конечно допускает оплошности… а кто не ошибается. При каждой попытке отвлечься и отойти от тяжелого разговора, смотрю на унылый осенний пейзаж и меня вновь охватывают мрачные, дурные предчувствия… Так почти каждый день, кроме первого дня пути, когда этот страшный процесс, видимо, только зарождался… внутри меня… Пустые клочья земли, из которой недавно, по всей видимости вынули картофель, и другие культуры, чернели меж огромных территорий пожухлой и пожелтевшей соломы и ненужной травы. На асфальте кое — где появляются ледяные пятна… Кое — где мелькали небольшие поселки… Однако, к полуночи, или даже позднее, мы миновали схему района с обозначением «Михайловское» под Москвой, в нескольких десятках километров. Нам нужно было еще раз переночевать в отеле, Благо впереди показался знак, предупреждающий, что впереди есть какой — то отель.«Похоже, это последний привал…» — пронеслось в моем кипящем мозгу… Отель показался через полкилометра. Это оказалось скромное здание из трех этажей, из красного кирпича с зелеными оконными рамами. Дверь тоже была зеленой, и хрупкой на вид, двустворчатой (это может оказаться важным при определенных обстоятельствах!). Автобус остановился на стоянке, возле здания и двери с шипением распахнулись. Тогда мы вышли парами и прошли в здание вслед за гидом. Она почему — то замедлила шаг и обратилась ко мне:«Тяжело видеть, как вас что — то гнетет, молодой человек. Еще не поздно вернуться. Тем паче, что атмосфера в группе накаляется…»
— Я думаю, — это страх перед неизвестным порождает подобные ловушки…
Где — то к полуночи мы въехали в город, где должен состояться наш последний привал, перед поместьем, и, возможно, еще один привал состоится в Михайловском, перед последним броском, как нам сказала Ольга Николаевна. Я даже не берусь вспоминать название города, коли у меня с географией проблемы… Только видно было, что город довольно большой и людный. Здесь также, как и в предыдущем городке кипела ночная жизнь… Молодежь сновала по улице туда — сюда… появляясь из переулков и исчезая там… Мы ехали по городу со скоростью где — то километров в тридцать — сорок в час, поэтому мы успевали разглядывать витрины, разительно отличающиеся от наших… родных… томских… Вскоре показалась неоновая вывеска, значащая, что мы приближаемся к какой — то гостинице; и видя стрелку — указатель налево, дождавшись зеленого света водитель повернул автобус налево, вслед за стрелкой. Мы проехали еще пару километров и выехали на площадку перед гостиницей. Она называлась «У волги» видимо недалеко от города протекала знаменитая река. Мы все также организованно вышли, захватив себе кое — какие мелочи пошли в здание, где нас распределили по этажу, по двухместным номерам. Со мной как и прежде, оказалась Яна, но теперь это не явилось для меня сюрпризом… Однако же, мне было по — прежнему не до любвеизлияний… Мне очень хотелось спать… тем более после такого стресса…
Я однако спросил Яну: — А разве нам сейчас что — то угрожает? — Давай завтра об этом поговорим, в автобусе, — пробурчала девушка сквозь сон и добавила лишь, — доброй ночи, любимый.
Она уснула, сладко сопя.
— Значит… любимый… — произнес я и тоже провалился в сон. Сон, к счастью, был спокойным, без каких — либо вообще сновидений. После легкого завтрака мы, как обычно, быстро собрались дальше в путь. Это должен был быть последний рывок на финишном отрезке. Мы ехали быстро, проезжая по маленьким городкам и поселкам… кое — где, проезжая по гравийной дороге было слышно, как камни стучали в днище автобуса, (мне вновь, как будто явился дух Провидения… он стуком камня предупреждал: Возвращайтесь все! Пока еще можно!) Потом Яна вновь подсела ко мне: — Как дела? — Ничего хорошего, — ответил я, — нууу, и плохого тоже…
— Сновидений пророческих не было… Уже это отрадно…
— Я тебя хотел спросить вчера в отеле, — напомнил я о нашей вчерашней беседе и… вспышке… — … а разве нам сейчас что — нибудь угрожает? Скажи мне честно.
— Я думаю, что нет, — однако у остальной группы настроения иные…
— Я думаю, Яна, тебе не следовало говорить об этом группе…
— О чем… не следовало.
— Я сам не знаю, что говорю…
— Видишь, дорогой, тебя что — то гнетет, и я это вижу, как и все остальные. Поделись со мной, и я обещаю, что это не будет известно никому, кроме нас с тобой.
— Ты сам не свой, Макс, — вмешался старый в наш разговор, — ты не похож на себя обычного, хладнокровного…
— Если бы я сам знал… — огрызнулся я, — я бы, может быть, сказал вам… Я не знаю, черт подери, что на меня нашло…
— Это плохо, друг мой, — попытался посочувствовать староста.
Я до сих пор удивляюсь, как же все — таки нашей группе повезло с лидером… Порой он конечно допускает оплошности… а кто не ошибается. При каждой попытке отвлечься и отойти от тяжелого разговора, смотрю на унылый осенний пейзаж и меня вновь охватывают мрачные, дурные предчувствия… Так почти каждый день, кроме первого дня пути, когда этот страшный процесс, видимо, только зарождался… внутри меня… Пустые клочья земли, из которой недавно, по всей видимости вынули картофель, и другие культуры, чернели меж огромных территорий пожухлой и пожелтевшей соломы и ненужной травы. На асфальте кое — где появляются ледяные пятна… Кое — где мелькали небольшие поселки… Однако, к полуночи, или даже позднее, мы миновали схему района с обозначением «Михайловское» под Москвой, в нескольких десятках километров. Нам нужно было еще раз переночевать в отеле, Благо впереди показался знак, предупреждающий, что впереди есть какой — то отель.«Похоже, это последний привал…» — пронеслось в моем кипящем мозгу… Отель показался через полкилометра. Это оказалось скромное здание из трех этажей, из красного кирпича с зелеными оконными рамами. Дверь тоже была зеленой, и хрупкой на вид, двустворчатой (это может оказаться важным при определенных обстоятельствах!). Автобус остановился на стоянке, возле здания и двери с шипением распахнулись. Тогда мы вышли парами и прошли в здание вслед за гидом. Она почему — то замедлила шаг и обратилась ко мне:«Тяжело видеть, как вас что — то гнетет, молодой человек. Еще не поздно вернуться. Тем паче, что атмосфера в группе накаляется…»
— Я думаю, — это страх перед неизвестным порождает подобные ловушки…
Страница 6 из 87
