Расскажу вам свою историю любви и смерти, которые тесно переплелись в моей жизни. А потом и… нежизни… Я ощущаю чувство вины, за то, что по моей вине погибла большая часть поехавшей компании, хотя друзья и утешают меня, что я не должен грызть себя за тот давний проступок, тем более, в том виде, в каком я пребываю сейчас, в виде бессмертного… вампира… Говорят, что вампирам чужды людские эмоции, но я не смог их изжить. Они были частью моей природы… Моей личности. Так же, как и семья… И друзья…
Добавить в моё избранное
323 мин, 40 сек 2600
Она ведь тоже пережила когда-то, в общем-то, не так уж давно… нечто подобное… Тоже рассталась с родителями… Но не столь драматично… Но сама сцена расставания, вызвала грустные воспоминания. Надо будет поговорить с ней об этом. За этими мыслями я смотрел в окно, на проезжающие мимо машины. Водитель включил радио, маяк, вроде бы. Люди преклонного возраста, похоже, все предпочитают именно эту станцию. Играла какая-то рок-баллада. Я не заметил сам как заплакал… алыми слезами… Я увидел в окне отражение алой дорожки… и капли… слезы… бегущей по щеке. Я стал каким-то слишком сентиментальным… Эта сцена повлияла и на меня тоже… Я однако, смею надеяться, что это временно… Но водитель заметил слезу… и спросил: — Неужели… вампиры… тоже… плачут? — Это слово… вампир… далось ему нелегко.
— Да, гражданин.
— И что же случилось? — спросил водитель, — если не секрет…
— Драматичный уход от родителей… Отца вообще едва удар не настиг… Хотя он здоров, как буйвол… Мне не хочется… — произнес я, — еще раз переживать…
— Простите…
— Ничего… — произнес я, — ничего страшного… Моя любовь сейчас дома, спит… чтобы забыться… Тоже бессмертна, как и я.
— А на кого же вы охотитесь… — спросил он.
— На тех, кого вы называете шпаной… На тех, кто не уважает стариков… совсем.
В ответ тишина…
— Мы делаем это, — произнес я, — чтобы дать обществу хоть чуточку счастья… Чтобы использовать свое бессмертие во благо… Но у нас есть и друзья среди смертных… среди вас. Существ света.
— Благородно… Но не кажется ли вам… — недоумевал человек за рулем, — что это мартышкин труд. Или по крайней мере… смахивает на таковой…
— А если вообще за это не браться… — спросил, Люди ведь наложили запрет на убийства… А для нас… кровь — это жизнь… Так сказал Дракула. Давно.
Я все также глядел в окно, и как бы между делом отметил, что мы подъезжаем к нужному повороту. Водитель включил правый поворот и мы съехали с шоссе в глухую темную местность… Деревья здесь, как бы образовывали сплошной покров… Особенно ночью… иллюзия крыши работала безотказно… Сейчас середина лета. Июль… И темная густая листва скрывала от взора путников даже диск луны. Мы ехали теперь по извилистой узкой трассе. По одной полосе туда-сюда. Скорость едва превышала тридцать километров в час, слегка зашкаливая временами, за означенную отметку на спидометре. Когда мы наконец подъехали к поселку. Водитель остановил машину, и я, рассчитавшись обещанной сотней, вышел из машины. Машина скрылась вскоре во тьме, в направлении шоссе, с которого мы свернули сюда.
* * *
Постояв еще пару минут на остановке, я пошел к дому. Елена же в это время находилась по-прежнему дома. «Почему оказала на меня такое влияние сцена у Славы дома?» — думала девушка. Этот вопрос не выходил из ее головы. Мне понравилась эта сцена, разыгранная любимым, когда зашел его отец… Но сама сцена прощания… Я увидела, как из глаз Ольги Романовны бежали слезы. Вряд ли она скоро простит его… И меня… тоже… за то, что я сделала с их сыном. Но я чувствовала и то, что говорил Слава — правда:«В ЭТОМ ДОМЕ НЕ БЫЛО СЧАСТЬЯ… ВООБЩЕ»… «… И не удивляйтесь, что ваши дети становятся вампирами от горя… находя упоение в кровавом бессмертии…» Что-то дорисовывает уже мое сознание… Во мне еще жив человек… Та девушка… которой я когда-то была… Пока не появился Он… А ведь… это было так недавно… Всего год назад… Или того меньше… Где же любимый. где он сейчас? Когда он мне так нужен…«Слава! Приди ко мне! Возаращайся домой, сейчас…» — Лена обратила свой зов в пустоту.
* * *
Тем временем домой пришел тот человек, что подвозил меня до родного теперь поселка. Время было глубоко за полночь. Жена уже приготовилась обрушиться на него с руганью, когда увидела случайно грусть в его глазах. И слезу, готовую упасть со щеки: — Алексей, — спросила жена Татьяна, женщина лет сорока, но на удивление прекрасная, — что с тобой стряслось? — Я видел нечто…
— Что… Не томи…
— Молодого человека… вампира…
— Ты пил! Нет… не похоже… — жена заглянула в глаза мужчине. Ища следы пьянки, но не находила их… Странно. Тебе не померещилось? Они знали друг друга давно. И проблема погружения в пучину алкоголизма знакома многим семьям — долгожилам… Когда супруги знают друг друга едва не с детства.
— Говорю тебе… видел. — произнес спокойным отсутствующим голосом мужчина, — И он плакал… Кровавыми слезами… Он не стал раскрывать причины своей слабости…
— Как он выглядел? — Типичный неформал… — произнес мужчина, — но притом воспитанный, вежливый… почтительный, — продолжал мужчина. — Таких не сыщещь днем с огнем… Хотя он и одет в косуху, джинсы… сапоги… почти до колен… Видимо, мода на такие сапоги скоро вернется… Из семидесятых — восьмидесятых… Когда парни-рокеры ходили в чем-то подобном… Я сам когда-то слушал рок… Зарубежный… когда его к нам запустили… Это была красивая музыка… хоть и громкая…
— Да, гражданин.
— И что же случилось? — спросил водитель, — если не секрет…
— Драматичный уход от родителей… Отца вообще едва удар не настиг… Хотя он здоров, как буйвол… Мне не хочется… — произнес я, — еще раз переживать…
— Простите…
— Ничего… — произнес я, — ничего страшного… Моя любовь сейчас дома, спит… чтобы забыться… Тоже бессмертна, как и я.
— А на кого же вы охотитесь… — спросил он.
— На тех, кого вы называете шпаной… На тех, кто не уважает стариков… совсем.
В ответ тишина…
— Мы делаем это, — произнес я, — чтобы дать обществу хоть чуточку счастья… Чтобы использовать свое бессмертие во благо… Но у нас есть и друзья среди смертных… среди вас. Существ света.
— Благородно… Но не кажется ли вам… — недоумевал человек за рулем, — что это мартышкин труд. Или по крайней мере… смахивает на таковой…
— А если вообще за это не браться… — спросил, Люди ведь наложили запрет на убийства… А для нас… кровь — это жизнь… Так сказал Дракула. Давно.
Я все также глядел в окно, и как бы между делом отметил, что мы подъезжаем к нужному повороту. Водитель включил правый поворот и мы съехали с шоссе в глухую темную местность… Деревья здесь, как бы образовывали сплошной покров… Особенно ночью… иллюзия крыши работала безотказно… Сейчас середина лета. Июль… И темная густая листва скрывала от взора путников даже диск луны. Мы ехали теперь по извилистой узкой трассе. По одной полосе туда-сюда. Скорость едва превышала тридцать километров в час, слегка зашкаливая временами, за означенную отметку на спидометре. Когда мы наконец подъехали к поселку. Водитель остановил машину, и я, рассчитавшись обещанной сотней, вышел из машины. Машина скрылась вскоре во тьме, в направлении шоссе, с которого мы свернули сюда.
* * *
Постояв еще пару минут на остановке, я пошел к дому. Елена же в это время находилась по-прежнему дома. «Почему оказала на меня такое влияние сцена у Славы дома?» — думала девушка. Этот вопрос не выходил из ее головы. Мне понравилась эта сцена, разыгранная любимым, когда зашел его отец… Но сама сцена прощания… Я увидела, как из глаз Ольги Романовны бежали слезы. Вряд ли она скоро простит его… И меня… тоже… за то, что я сделала с их сыном. Но я чувствовала и то, что говорил Слава — правда:«В ЭТОМ ДОМЕ НЕ БЫЛО СЧАСТЬЯ… ВООБЩЕ»… «… И не удивляйтесь, что ваши дети становятся вампирами от горя… находя упоение в кровавом бессмертии…» Что-то дорисовывает уже мое сознание… Во мне еще жив человек… Та девушка… которой я когда-то была… Пока не появился Он… А ведь… это было так недавно… Всего год назад… Или того меньше… Где же любимый. где он сейчас? Когда он мне так нужен…«Слава! Приди ко мне! Возаращайся домой, сейчас…» — Лена обратила свой зов в пустоту.
* * *
Тем временем домой пришел тот человек, что подвозил меня до родного теперь поселка. Время было глубоко за полночь. Жена уже приготовилась обрушиться на него с руганью, когда увидела случайно грусть в его глазах. И слезу, готовую упасть со щеки: — Алексей, — спросила жена Татьяна, женщина лет сорока, но на удивление прекрасная, — что с тобой стряслось? — Я видел нечто…
— Что… Не томи…
— Молодого человека… вампира…
— Ты пил! Нет… не похоже… — жена заглянула в глаза мужчине. Ища следы пьянки, но не находила их… Странно. Тебе не померещилось? Они знали друг друга давно. И проблема погружения в пучину алкоголизма знакома многим семьям — долгожилам… Когда супруги знают друг друга едва не с детства.
— Говорю тебе… видел. — произнес спокойным отсутствующим голосом мужчина, — И он плакал… Кровавыми слезами… Он не стал раскрывать причины своей слабости…
— Как он выглядел? — Типичный неформал… — произнес мужчина, — но притом воспитанный, вежливый… почтительный, — продолжал мужчина. — Таких не сыщещь днем с огнем… Хотя он и одет в косуху, джинсы… сапоги… почти до колен… Видимо, мода на такие сапоги скоро вернется… Из семидесятых — восьмидесятых… Когда парни-рокеры ходили в чем-то подобном… Я сам когда-то слушал рок… Зарубежный… когда его к нам запустили… Это была красивая музыка… хоть и громкая…
Страница 61 из 87
