Расскажу вам свою историю любви и смерти, которые тесно переплелись в моей жизни. А потом и… нежизни… Я ощущаю чувство вины, за то, что по моей вине погибла большая часть поехавшей компании, хотя друзья и утешают меня, что я не должен грызть себя за тот давний проступок, тем более, в том виде, в каком я пребываю сейчас, в виде бессмертного… вампира… Говорят, что вампирам чужды людские эмоции, но я не смог их изжить. Они были частью моей природы… Моей личности. Так же, как и семья… И друзья…
Добавить в моё избранное
323 мин, 40 сек 2607
— Значит… вы… вам — … пи — … ры? — этот вопрос был тяжелым для девушки. Она слышала о таких существах… из мифов… но чтобы… столкнуться… с целой парой… Это оказалось выше ее сил.
— Именно, — ответила девушка — вампир, — но я повторяю, вам ничего не грозит от нас. Мы пришли лишь посмотреть на дом, вспомнить… Но раз уж вы нас увидели…
— Я еще не встречала… таких вампиров… — произнесла девушка, — добрых… честных…
— Вам повезло… в таком случае… — улыбнулась Елена.
— А разве… другие… вампиры… ДРУГИЕ? — ДРУГИЕ… — ответила Лена. — Они могут оказаться… коварными… жестокими… и без предисловий впиться вам в горло, поэтому, после нашего визита, обзаведитесь серебряными цепочками на шеи. Ибо серебро несколько отталкивает вампиров. Но надеяться сильно на него не стоит… Можно конечно… исхитриться, и вонзить вампиру в сердце заточенный серебряный крест. Или другие средства…
— Мы всегда считали…
— Что… вампиры — существа… выдуманные? — спросила Лена.
— Откуда они произошли? — спросил паренек, молчавший до этого.
— Мы сами не знаем…
— Странно…
— Ничего странного, на самом деле, — произнесла девушка, Просто это и для нас — тайна, окруженная таинственным ореолом… вечной непостижимости…
— Как вы забавно говорите, — восхитилась Иришка.
— Что тут забавного? — я напустил на лицо чуть-чуть серьезности, — мы сами, племя пьющих кровь, не знаем достоверно, нашего первоисточника. Кто стал первым…
— Даже не знаю, что сказать…
— А ничего не надо… говорить, — произнесла Лена, — может, когда-нибудь ответ на этот вопрос всплывет сам собой. Хотя… вряд ли стоит на это всерьез рассчитывать.
— Да, наверное, вы правы. Женщина и мужчина лишь напряженно слушали наш разговор, когда в пятом часу начало светать. Небо на востоке начало подавать признаки скорого рассвета.
— Устройте нас, пожалуйста… в подвале, — попросила Лена хозяйку, — мы вам не помешаем. И больше не вторгнемся в вашу мирную жизнь. После того, как уйдем из этого дома.
— Надеюсь, — вы не пожалели, что заглянули к нам.
— О, нет, что вы хозяюшка! Кстати… нас удивило, почему вы так смело пригласили нас… Несмотря на наш странный вид? — У вас в глазах чувствуется… мудрость, что ли…
— Спасибо.
Мы прошли на кухню, где в полу находился люк в подполье. Я открыл его без особого труда и в ноздри мне проник приятный аромат сырой земли. Туда проникало немного света… но все же это лучше, чем спать в комнате, где дневной свет наверняка убьет тебя. Я спустился вниз по шатким ступенькам и поискал что-то, чем можно закрыть маленькие окошки, но мой труд оказался напрасен, ибо окна уже были забиты… Я ощущал себя несколько слабоватым. Найдя какие-то большие тряпки я расстелил их прямо на полу, и пригласил Лену спуститься следом. Она уже изнемогала от утомления. Я предложил ей проползти глубже, где было меньше света. И прополз сам. Ибо это была уже не комната, даже… а вырытая в земле пещерка. Окна на улицу просто засыпаны. Мы беспокойно проспали до вечера, я спал почти как человек… Мне снился парижанин… В нем было что-то. жуткое… Может… подсознание рисует его ужасным убийцей… когда он отродясь не убивал других вампиров… лена тоже спала тревожно, ей казалось, похоже, что жильцы хотят их вероломно убить… Она прижалась ко мне плотнее, и я почувствовал дрожь ее бессмертной плоти. Мы проснулись инстинктивно… с заходом солнца. И попрощавшись с хозяевами бывшего, когда-то родным, дома, вышли одевшись-обувшись за ограду. Мы решили пойти тем же путем, что и пришли сюда. Запад догорал после захода солнца, и небо было еще немного светлым. Виднелись переливы красного… желтого, голубого, синего… и других цветов… Я заметил, что у двора Бориных, на нас пристально смотрит какая-то компания местной молодежи… Причем в их взгляде не ощущалось агрессии, а скорее наоборот… смутный страх… Но я мы не стали задерживаться. Нам нужно было попасть домой. Однако, посидев немного на непустом берегу… мы с Леной наблюдали, как плещутся местные девчонки… кого-то из них я знал, другие, видимо — лица новые в этих местах… Хотя… если учесть… сколько я уже не был здесь… трудно сказать, сколько они здесь жили. Может быть они вообще приехали летом на отдых к бабкам-дедкам … Им явно весело… Они живы… счастливы в своей жизни… Они еще поведают все радости и горести этой жизни… Но ведь в том и состоит жизнь… которую можно было бы назвать Жизнью… Ибо что есть жизнь, как непрерывный поток событий… Но это никак не бессмертие… тем более, ложное… Тело уже мертво… Оно просто сохраняется в том виде. В каком приняло смерть… Да… мы — ожившие трупы… питающиеся жизненными соками… и страданиями умирающих… Но мы думаем… чувствуем… движемся… Любим… в конце концов. С той лишь разницей, … что все эти способности усиливаются… в эн — раз…
А я счастья при жизни не познал… Даже… та любовь, что объединяла нас с Яной, вспыхнувшая спонтанно, причиняла лишь страдания…
— Именно, — ответила девушка — вампир, — но я повторяю, вам ничего не грозит от нас. Мы пришли лишь посмотреть на дом, вспомнить… Но раз уж вы нас увидели…
— Я еще не встречала… таких вампиров… — произнесла девушка, — добрых… честных…
— Вам повезло… в таком случае… — улыбнулась Елена.
— А разве… другие… вампиры… ДРУГИЕ? — ДРУГИЕ… — ответила Лена. — Они могут оказаться… коварными… жестокими… и без предисловий впиться вам в горло, поэтому, после нашего визита, обзаведитесь серебряными цепочками на шеи. Ибо серебро несколько отталкивает вампиров. Но надеяться сильно на него не стоит… Можно конечно… исхитриться, и вонзить вампиру в сердце заточенный серебряный крест. Или другие средства…
— Мы всегда считали…
— Что… вампиры — существа… выдуманные? — спросила Лена.
— Откуда они произошли? — спросил паренек, молчавший до этого.
— Мы сами не знаем…
— Странно…
— Ничего странного, на самом деле, — произнесла девушка, Просто это и для нас — тайна, окруженная таинственным ореолом… вечной непостижимости…
— Как вы забавно говорите, — восхитилась Иришка.
— Что тут забавного? — я напустил на лицо чуть-чуть серьезности, — мы сами, племя пьющих кровь, не знаем достоверно, нашего первоисточника. Кто стал первым…
— Даже не знаю, что сказать…
— А ничего не надо… говорить, — произнесла Лена, — может, когда-нибудь ответ на этот вопрос всплывет сам собой. Хотя… вряд ли стоит на это всерьез рассчитывать.
— Да, наверное, вы правы. Женщина и мужчина лишь напряженно слушали наш разговор, когда в пятом часу начало светать. Небо на востоке начало подавать признаки скорого рассвета.
— Устройте нас, пожалуйста… в подвале, — попросила Лена хозяйку, — мы вам не помешаем. И больше не вторгнемся в вашу мирную жизнь. После того, как уйдем из этого дома.
— Надеюсь, — вы не пожалели, что заглянули к нам.
— О, нет, что вы хозяюшка! Кстати… нас удивило, почему вы так смело пригласили нас… Несмотря на наш странный вид? — У вас в глазах чувствуется… мудрость, что ли…
— Спасибо.
Мы прошли на кухню, где в полу находился люк в подполье. Я открыл его без особого труда и в ноздри мне проник приятный аромат сырой земли. Туда проникало немного света… но все же это лучше, чем спать в комнате, где дневной свет наверняка убьет тебя. Я спустился вниз по шатким ступенькам и поискал что-то, чем можно закрыть маленькие окошки, но мой труд оказался напрасен, ибо окна уже были забиты… Я ощущал себя несколько слабоватым. Найдя какие-то большие тряпки я расстелил их прямо на полу, и пригласил Лену спуститься следом. Она уже изнемогала от утомления. Я предложил ей проползти глубже, где было меньше света. И прополз сам. Ибо это была уже не комната, даже… а вырытая в земле пещерка. Окна на улицу просто засыпаны. Мы беспокойно проспали до вечера, я спал почти как человек… Мне снился парижанин… В нем было что-то. жуткое… Может… подсознание рисует его ужасным убийцей… когда он отродясь не убивал других вампиров… лена тоже спала тревожно, ей казалось, похоже, что жильцы хотят их вероломно убить… Она прижалась ко мне плотнее, и я почувствовал дрожь ее бессмертной плоти. Мы проснулись инстинктивно… с заходом солнца. И попрощавшись с хозяевами бывшего, когда-то родным, дома, вышли одевшись-обувшись за ограду. Мы решили пойти тем же путем, что и пришли сюда. Запад догорал после захода солнца, и небо было еще немного светлым. Виднелись переливы красного… желтого, голубого, синего… и других цветов… Я заметил, что у двора Бориных, на нас пристально смотрит какая-то компания местной молодежи… Причем в их взгляде не ощущалось агрессии, а скорее наоборот… смутный страх… Но я мы не стали задерживаться. Нам нужно было попасть домой. Однако, посидев немного на непустом берегу… мы с Леной наблюдали, как плещутся местные девчонки… кого-то из них я знал, другие, видимо — лица новые в этих местах… Хотя… если учесть… сколько я уже не был здесь… трудно сказать, сколько они здесь жили. Может быть они вообще приехали летом на отдых к бабкам-дедкам … Им явно весело… Они живы… счастливы в своей жизни… Они еще поведают все радости и горести этой жизни… Но ведь в том и состоит жизнь… которую можно было бы назвать Жизнью… Ибо что есть жизнь, как непрерывный поток событий… Но это никак не бессмертие… тем более, ложное… Тело уже мертво… Оно просто сохраняется в том виде. В каком приняло смерть… Да… мы — ожившие трупы… питающиеся жизненными соками… и страданиями умирающих… Но мы думаем… чувствуем… движемся… Любим… в конце концов. С той лишь разницей, … что все эти способности усиливаются… в эн — раз…
А я счастья при жизни не познал… Даже… та любовь, что объединяла нас с Яной, вспыхнувшая спонтанно, причиняла лишь страдания…
Страница 68 из 87
