Расскажу вам свою историю любви и смерти, которые тесно переплелись в моей жизни. А потом и… нежизни… Я ощущаю чувство вины, за то, что по моей вине погибла большая часть поехавшей компании, хотя друзья и утешают меня, что я не должен грызть себя за тот давний проступок, тем более, в том виде, в каком я пребываю сейчас, в виде бессмертного… вампира… Говорят, что вампирам чужды людские эмоции, но я не смог их изжить. Они были частью моей природы… Моей личности. Так же, как и семья… И друзья…
Добавить в моё избранное
323 мин, 40 сек 2469
Однако, ворота покрылись густым слоем пыли. Резные прутья образовывали красивые решетки встроенные в кирпичный фундамент и столбики. Что выглядит особенно красиво даже по прошествии времени…
Сам дом был четырехэтажным, с высоким фундаментом, под жилыми этажами, и высокими стрельчатыми окнами с витражами возвышающимися над землей на добрых десять метров, под «готику» Говорили, что здесь давно уже никто не живет. И слуги даже не заходят в дом. Слуги ухаживали за садом, еще какое-то время после кончины графа, а потом, вовсе забросили и его. Потом сад умер… Деревья высохли, и ветви которые помельче сломались и опали… Сад теперь навевал мрачные предчувствия… Он выглядел пустынно и неуютно. Только печальный ветер выл средь ветвей, подсказывая нам, вернуться, пока еще не поздно…
Местность вокруг дома тоже не внушала оптимизма… С одной стороны к усадьбе вплотную примыкал густой, смешанный лес, лиственных, преймущественно, пород, Под сводом леса была лишь непроглядная тьма. С другой стороны, со стороны дороги, вдалеке тоже виднелся лес, но уже хвойный. Мы приехали днем, где — то в два, или три часа пополудни… Так что нам посчастливилось избежать, парализующего волю, воя волков вдали… Где — то за лесом виднелись огни… Огни большого города. Несомненно, это Москва звала нас в свои объятия…
— Пройдемте на задний двор, — пригласила женщина-гид, и мы прошли на задворки справа от дома, — здесь мы видим обширную застроенную территорию. Здесь содержались животные графа, собаки, лошади, рогатый скот и птица. Когда — то, при жизни графа это выглядело должным образом; но сейчас забор, отделяющий поместье от леса, сколоченный из жердей, закрывающих пролеты между стояков. Столбы сгнили и повалились, почернев, к тому же, от времени. Витек подошел к одному из столбов, и слегка поддел его носком ботинка, столб на удивление легко рассыпался и превратился в кучу трухи. Деревянные сараи тоже сгнили и покосились, но они еще стояли. «Простоят еще пяток лет и тоже рухнут» — сообщил Витек.«Как мы можем видеть, у господина был обширный штат служащих, ведущих хозяйство. Насколько известно истории, со слугами граф был обходителен и обходился образцово. Был вежлив, справедлив, в меру строг. Давайте убедимся в этом, и заглянем в домик для слуг» — вновь дала о себе знать Ольга Николаевна. Она ждала, пока мы сами все осмотрим. Все было в идеальном порядке, чисто и аккуратно. Но сейчас на всем лежал толстый слой пыли. Домик для слуг, видимо, тоже бросили. Но несколько позже, так как известно, что последний человек из штата служащих умер здесь, в домике для слуг убираясь только в своей каморке, до конца, и его нашли здесь же, на диване спальни. Он не убирался в остальных помещениях, когда прочие слуги покинули это место, но в своей каморке, он сохранял чистоту.
Здесь тоже царила чистота и порядок. Как и везде. «Теперь, давайте пройдем в дом, обойдя его с другого торца. Вы видите, что дом, в целом, построен в» готическом стиле«— сказала Ольга Николаевна. Мы видели, что дом имеет три башни, если их можно так назвать, соединенные переходами, по всей высоте здания. Однако, вся сия конструкция зижделась на высокой каменной структуре в один этаж, прямоугольной формы, если взглянуть сверху. Хотя, в общем, это итак, видно, что с торца стена была короче. По углам находились небольшие башенки. С узкими высокими, заостренными кверху, окошками. И двускатными крышами, с коньком, ориентированным вдоль коротких сторон. Бойницы были квадратными с длиной стены в метр величиной.»
Мы вновь оказались перед главным фасадом. К прочной и мощной на вид, защищенной деревянной двери вело каменное крыльцо с периллами из камня же.
Странно, что на дверях были ставни… Да еще у такого, и без того надежного жилища. В духе средневекового замка. Ставни из толстых дубовых досок были обрамлены железными профилями п-образной формы. Гид вновь дала знать о себе: «Мы видели овчарню во дворе, и истории достоверно известно, что граф любил попалить, по воскресеньям, по крупному зверю» Потом мы обошли дом с другого торца и поднялись на высокое крыльцо и постучались в дверь огромным кольцом, Санек толкнул дверь и удивился, что она легко открылась, однако отпрянул наткнувшись на кромешную тьму, вырвавшуюся наружу, словно зверь, которого долго держали в неволе, а потом решили отпустить… Отпыхавшись и избавившись от шока Санек прошел внутрь. Мы последовали за ним внутрь. Гид в это время исчез. Мы этого не заметили сразу.
— Эй а где свет! — кто-то крикнул в темноте, когда мы прошли внутрь через открытую дверь.
Свет появился, со словами: «Выключатель возле бара. Как мы увидели,»
это говорил человек за стойкой.
Меня зовут Борис Андреевич. Я администратор и управляющий дома — музея. И бармен.
Коля, а куда Ольга делась? — изумленно спросил Витек.
— А куда? — Ее нет здесь.
— Ольга Николаевна лишь должна была, по договору, сопроводить вас до дома. Внутрь его.
Сам дом был четырехэтажным, с высоким фундаментом, под жилыми этажами, и высокими стрельчатыми окнами с витражами возвышающимися над землей на добрых десять метров, под «готику» Говорили, что здесь давно уже никто не живет. И слуги даже не заходят в дом. Слуги ухаживали за садом, еще какое-то время после кончины графа, а потом, вовсе забросили и его. Потом сад умер… Деревья высохли, и ветви которые помельче сломались и опали… Сад теперь навевал мрачные предчувствия… Он выглядел пустынно и неуютно. Только печальный ветер выл средь ветвей, подсказывая нам, вернуться, пока еще не поздно…
Местность вокруг дома тоже не внушала оптимизма… С одной стороны к усадьбе вплотную примыкал густой, смешанный лес, лиственных, преймущественно, пород, Под сводом леса была лишь непроглядная тьма. С другой стороны, со стороны дороги, вдалеке тоже виднелся лес, но уже хвойный. Мы приехали днем, где — то в два, или три часа пополудни… Так что нам посчастливилось избежать, парализующего волю, воя волков вдали… Где — то за лесом виднелись огни… Огни большого города. Несомненно, это Москва звала нас в свои объятия…
— Пройдемте на задний двор, — пригласила женщина-гид, и мы прошли на задворки справа от дома, — здесь мы видим обширную застроенную территорию. Здесь содержались животные графа, собаки, лошади, рогатый скот и птица. Когда — то, при жизни графа это выглядело должным образом; но сейчас забор, отделяющий поместье от леса, сколоченный из жердей, закрывающих пролеты между стояков. Столбы сгнили и повалились, почернев, к тому же, от времени. Витек подошел к одному из столбов, и слегка поддел его носком ботинка, столб на удивление легко рассыпался и превратился в кучу трухи. Деревянные сараи тоже сгнили и покосились, но они еще стояли. «Простоят еще пяток лет и тоже рухнут» — сообщил Витек.«Как мы можем видеть, у господина был обширный штат служащих, ведущих хозяйство. Насколько известно истории, со слугами граф был обходителен и обходился образцово. Был вежлив, справедлив, в меру строг. Давайте убедимся в этом, и заглянем в домик для слуг» — вновь дала о себе знать Ольга Николаевна. Она ждала, пока мы сами все осмотрим. Все было в идеальном порядке, чисто и аккуратно. Но сейчас на всем лежал толстый слой пыли. Домик для слуг, видимо, тоже бросили. Но несколько позже, так как известно, что последний человек из штата служащих умер здесь, в домике для слуг убираясь только в своей каморке, до конца, и его нашли здесь же, на диване спальни. Он не убирался в остальных помещениях, когда прочие слуги покинули это место, но в своей каморке, он сохранял чистоту.
Здесь тоже царила чистота и порядок. Как и везде. «Теперь, давайте пройдем в дом, обойдя его с другого торца. Вы видите, что дом, в целом, построен в» готическом стиле«— сказала Ольга Николаевна. Мы видели, что дом имеет три башни, если их можно так назвать, соединенные переходами, по всей высоте здания. Однако, вся сия конструкция зижделась на высокой каменной структуре в один этаж, прямоугольной формы, если взглянуть сверху. Хотя, в общем, это итак, видно, что с торца стена была короче. По углам находились небольшие башенки. С узкими высокими, заостренными кверху, окошками. И двускатными крышами, с коньком, ориентированным вдоль коротких сторон. Бойницы были квадратными с длиной стены в метр величиной.»
Мы вновь оказались перед главным фасадом. К прочной и мощной на вид, защищенной деревянной двери вело каменное крыльцо с периллами из камня же.
Странно, что на дверях были ставни… Да еще у такого, и без того надежного жилища. В духе средневекового замка. Ставни из толстых дубовых досок были обрамлены железными профилями п-образной формы. Гид вновь дала знать о себе: «Мы видели овчарню во дворе, и истории достоверно известно, что граф любил попалить, по воскресеньям, по крупному зверю» Потом мы обошли дом с другого торца и поднялись на высокое крыльцо и постучались в дверь огромным кольцом, Санек толкнул дверь и удивился, что она легко открылась, однако отпрянул наткнувшись на кромешную тьму, вырвавшуюся наружу, словно зверь, которого долго держали в неволе, а потом решили отпустить… Отпыхавшись и избавившись от шока Санек прошел внутрь. Мы последовали за ним внутрь. Гид в это время исчез. Мы этого не заметили сразу.
— Эй а где свет! — кто-то крикнул в темноте, когда мы прошли внутрь через открытую дверь.
Свет появился, со словами: «Выключатель возле бара. Как мы увидели,»
это говорил человек за стойкой.
Меня зовут Борис Андреевич. Я администратор и управляющий дома — музея. И бармен.
Коля, а куда Ольга делась? — изумленно спросил Витек.
— А куда? — Ее нет здесь.
— Ольга Николаевна лишь должна была, по договору, сопроводить вас до дома. Внутрь его.
Страница 8 из 87
