Те, кто охотится в ночи

— Помяни обо мне, — еле слышно прошелестело в мозгу. — Скажи Господу, я делал что мог. Попроси за меня, когда он убьет тебя…

Глава 13

— Вы в самом деле намереваетесь убить меня? — Эшер закрыл за собой железную решетку, повернул в замке тяжелый ключ и прошел в тесный вестибюль, где Исидро выискивал что-то в конторке среди бумаг.

Вампир приостановился и бесстрастно оглядел его. Как всегда, трудно было истолковать этот взгляд: то ли презрение к смертному, то ли удивление, а может быть, вампир просто проголодался. Как бы там ни было, на вопрос Эшера дон Симон не ответил.

— Что вы думаете об этом брате-францисканце? — спросил он.

— Кроме того, что он сумасшедший? Вы это имеете в виду? — Эшер достал пару восковых пластин (вроде тех, что он постоянно таскал с собой, когда работал на министерство иностранных дел!) и принялся методично снимать оттиски со всех ключей. — Вряд ли это наш обвиняемый.

— Потому что он здесь, а не в Лондоне? Выкиньте это из головы. Он тих, как пылинка, Джеймс. Он мог последовать за нами в Париж, подслушать кое-какие наши разговоры и разыграть сумасшествие…

— Подслушать — на латыни? — На английском, коль скоро у него в приятелях были Райс и Шотландец. Обычно мы обучаем друг друга языкам и указываем друг другу на изменения в языке той страны, где в данный момент обитаем. Для нас очень важно не привлекать внимания. То, что он живет, скрываясь в катакомбах, еще не означает, что он не выходит, невидимый, на улицы. По крайней мере, он осведомлен обо всем, что происходило после свержения короля… А его обмолвка насчет того, что плоть Шотландца скрючилась и обуглилась на костях под лучами полуденного солнца…

— Означает, что он при этом присутствовал? — Эшер подковырнул ногтем и извлек из воска последний ключ, прикидывая, насколько близко к истине предположение минорита о том, что Исидро замышляет убить его. — Но вы же сами сказали, что Шотландца видели много позже…

— Я сказал: «Кое-кто клялся, что видел его» — сведение такое же недостоверное, как и сведения нашего религиозного друга. Способности Шотландца быть незаметным тоже должны были со временем возрасти. Достоверных фактов нет со времен террора, самые свежие — полувековой давности.

Эшер стер остатки воска с бородок и вновь повесил ключи на крюк возле решетчатой двери. — А другие, кого он назвал? — Двое из них, по меньшей мере, мертвы — даже трое, если ля Фламанд — та самая дама, с которой я познакомился во время пикардийских войн. О Круа впервые слышу… — Он подождал, пока Эшер откроет входную дверь, затем увернул фитиль фонаря, и пламя угасло. Эшер подумал с усмешкой, что трюк Исидро со свечами, видимо, не срабатывает, когда речь заходит о трех четвертях дюйма тканого фитиля и резервуаре, полном керосина.

— Итак, мы имеем троих — или даже четверых, если вы намерены включить в список и Гриппена, а заодно придумать, как ему удалось разрешить проблему дневного света. — Эшер шагнул через порог на темную рю Дарю.

— Никто из тех, кого он назвал, не подавал признаков жизни в течение столетий.

— Это вовсе не означает, что они не прячутся где-то, как брат Антоний, становясь, по вашим словам, все терпимее к чесноку, серебру и прочим неприятностям.

— Но и не снимает подозрений с самого брата Антония. — Вы верите, что он убийца?

Мгновенная усмешка тронула тонкие губы Исидро.

— Нет. Но у нас слишком мало кандидатов на эту роль.

Эхо их шагов отражалось от грязных кирпичных стен, когда они шли сквозь сплетение узких улочек в направлении бульвара. Трудно было сказать, который теперь час: свинцовый мрак заполнял ночные бистро, проституток тоже видно не было.

— «Я убивал снова и снова» — так он сказал… — задумчиво проговорил Исидро. — И еще:«Я должен был искупить…» Убийство других вампиров может быть квалифицировано как вершина убийства. Кстати, вы не планируете что-либо подобное, если представится случай?

Эшер посмотрел на спутника и встретил спокойный взгляд холодных странных глаз. Оставив вопрос без ответа, он сказал: — Если бы он хотел уничтожить себе подобных, то начал бы отсюда, не утруждая себя поездками в Лондон. А если убийца — его ровесник, обладающий такими же способностями, то брат Антоний — единственная надежда в наших поисках.

— Если он согласится, — заметил Исидро. Они пересекли улицу. Эшер уловил легкое движение в темном переулке справа и приглушенное взволнованное бормотание. Видимо, местные хулиганы, посовещавшись, приняли мудрое решение не приставать к этой паре прохожих. — И потом, где гарантия, что, даже если уговорить его выбраться из-под земли, он примкнет к нам, а не к убийце?

Эшер содрогнулся, вспомнив возникновение из тьмы маленького монаха, холодные щекочущие пальчики, их страшную силу. Он вспомнил свою реакцию при первом столкновении с вампирами и в чем-то понял Исидро. Может быть, и вправду не стоило будить спящего зверя.