МИФфия невыполнима

И это означает, что они получают магическую информацию о приближении врага.

— Мы могли бы поставить защитный экран, если бы знали о характере этой магии, — заметила Танда.

— Мне отсюда выхода нет. — Харольд указал на дверь. — Как только я пытаюсь переступить через порог, создается впечатление, что я натыкаюсь на стену.

— А если попробовать воспользоваться тем путем, которым мы сюда вошли? — спросила Танда.

— В том направлении мне позволено передвигаться через склад черепов до входа в бальный зал, — ответил Харольд. — Там я натыкаюсь на защитный экран.

— А как насчет окон? — поинтересовался я. — В крайнем случае можно попытаться сделать подкоп через пол.

— А вот этого я, честно говоря, не пробовал, — сказал Харольд.

— По-моему, бесполезно, — решительно заявил Ааз.

— Да-а-а… — протянула Танда. — Думаю, что мы имеем дело с так называемым Тюремным заклятием, которое применяется в некоторых местах заключения. Это помещение находится в своего рода невидимом и неразрушаемом пузыре.

— В таком случае возьмем Харольда с собой, — сказал я. — А заклятие как-нибудь снимем.

— Вы пойдете с нами? — спросила Гленда.

— Во всяком случае, попытаюсь, — ответил наш хозяин, не упомянув о золоте, которое причиталось нам за его спасение.

Мы, в силу свойственной нам деликатности, этот вопрос тоже поднимать не стали.

— Итак, учитель, — сказал я, обращаясь к Аазу, — как, по-твоему, мы можем снять заклятия, ибо без этого нам отсюда никак не выбраться? Все пути заблокированы.

Он сердито на меня посмотрел, помолчал немного и ответил менторским тоном: — Известно два основных способа снятия заклятий. Во-первых, можно сотворить контрзаклинание и, во-вторых, лишить магический экран (или любое иное проявление магии!) энергетической подпитки.

— Поскольку дворец насыщен энергией, второй способ вряд ли применим, — сказал я. — А какие контрзаклинания здесь годятся? — Я испробовал все, какие знал, — ответил вместо Ааза Харольд, — и ни одно не сработало.

— Мой наставник даже не пытался меня им обучать, — пожаловался я, глядя на Ааза.

— Я подумаю об этом, когда ты научишься владеть собой, — буркнул тот.

— Оказавшись здесь, я тоже испробовала все заклинания, которые знаю, — вмешалась Гленда. — На защитных экранах, фигурально выражаясь, не осталось ни единой царапины.

— Я бросила в дело все свои магические познания, — мрачно сказала Танда.

Поскольку мы все пока находились в замке, я заключил, что она добилась не больших успехов, чем Гленда.

— И ни в одной из просмотренных мною книг нет даже намека на то, как отсюда выбраться, — произнес Ааз. — По совести говоря, положение наше может быть даже гораздо хуже, чем мы предполагаем. Очевидно, заклятие, превращающее вампиров в коров и не позволяющее вашим людям этих коров истреблять, каким-то образом связано с теми чарами, которые мы хотим разрушить.

— В таком случае, — безнадежно произнес Харольд, — я смогу освободиться, лишь сняв заклятие со всех своих людей и одновременно позволив вампирам убивать их в любое время. Нет, на это я никогда не пойду.

— Однако, — с улыбкой продолжал Ааз, — мы можем спастись, если в нужный момент перекроем источник энергии в горе.

— Но как? — спросил Харольд.

— Мне тоже хотелось бы знать как, — сказал я.

— Мы сделаем это днем, — со смехом бросила Танда, глядя на смеющегося Ааза.

Громче всех почему-то хохотала Гленда.

— Когда все коровы будут на пастбище, — добавил Ааз таким тоном, чтобы я мог прочувствовать всю степень своей тупости.

— Дневной свет и вампиры! — хихикнула Танда.

— О! — воскликнул Харольд. — Как я мог забыть? Ведь солнечный свет — смерть для вампиров.

— Само собой, — громко сказал я, делая вид, что тоже запамятовал, хотя, по правде говоря, ничего не знал о повадках кровососущих.

Да и где я мог об этом узнать? До того, как я попал в это глупое измерение, я не только никогда не видел вампиров, но даже и не слышал о них. И лишь здесь узнал, что их активность каким-то образом связана с полной луной.

— Итак, — резюмировал Харольд, — если нам удастся отключить источник энергии, питающий главное заклинание, половина вампиров планеты тут же погибнет.

— Именно, — сказал Ааз, — а тем, которые окажутся на ночной стороне, срочно придется искать убежище, чтобы укрыться от утреннего солнца.

— У меня к вам только один вопрос, Ааз. Каким образом вы намерены перекрыть поток энергии? — Пусть это останется нашей заботой, — улыбнулся мой наставник.

— Интересно, почему мне не нравится ход ваших мыслей, хотя мне они и не известны? — спросил я. Танда в ответ лишь рассмеялась.

— Не вижу ничего смешного, — обиделся я.

— А мне, напротив, это кажется очень забавным, — сказала Танда.