Дмитрич вздрогнул от грохота двери тамбура, захлопнувшейся за его спиной. Электричка давно уже набрала полный ход и теперь сильно раскачивалась, существенно затрудняя продвижение старика по составу. Окинув взором очередной вагон, старик вздрогнул снова, но уже не от резкого звука. «Нашел таки! Ты смотри, не подвела чуйка, как знал, ей-богу знал!» Неясно хмыкая, дед прошел вглубь вагона, ближе к предмету своего интереса.
Добавить в моё избранное
28 мин, 34 сек 4121
Кирилл лежал на спине, отбросив в сторону отворот спальника, все чаще издавая неясные стоны, и взгляду открывался недвусмысленный бугор на его шортах. «Еб*нутся» — смутившись, проговорила Алиса, но все же растолкала парня. Пока тот пытался понять, где находится, послышалось неясное бормотание Павла:«Милая, родная, я пришел, я рядом, родная»…. «Ну это даже не смешно» — девушка рассердилась и устроила побудку. Когда все проморгались, Алиса набросилась на смущенных парней:
— Вы что, в духовные практики ударились? Это что за сеанс групповой астральной дрочки?!
Те не нашлись, что ответить, а Дмитрич вообще не понимал, что происходит. Кирилл было хотел что-то пошутить, но махнул рукой, пробормотал «Ну и хер с ним» и влез обратно в спальник. Но отойти ко сну ему не удалось: Павел пробормотал, глядя на дистанционный пульт своей камеры:«Ребят, там камера… Она снимать сейчас начала».
Не успел он договорить, как лес к северо-востоку пронзила ослепительная вспышка молнии. Фотокомбайн сработал на возмущения электрического поля, вызванногогрозой, и начал делать снимки.
— Вот уж не хватало под грозу попасть, — проговорил очнувшийся наконец ото сна Дмитрич.
— Я облаков не вижу, — задрав голову, заметил Кирилл.
— Вон, все звезды видно. Паш, ты на простой фотик тоже снимай, похоже, что-то есть.
Виктор взбодрился — наконец-то, хоть что-то! Не «тарелочки», конечно, но и гром среди ясного неба, хоть и ночью — не абы-что. Павел приладил камеру на компактный штатив и фотографировал участок неба со вспышками на долгой выдержке. Он надеялся «поймать» молнию, чтобы затем можно было лучше рассмотреть аномалию.
Гроза продолжалась еще минут пять и прекратилась так же внезапно, как и началась. Прождав еще час, и не заметив никаких признаков новой грозы, решили снова ложится. Четверка, измотанная дневным походом, быстро погрузилась в глубокий сон без сновидений. Лишь Дмитрич не спал. Выждав для верности пол часа, он поднялся, стараясь не шуметь, и подошел к камере на штативе. Обернулся, прислушавшись — не проснулся ли кто? Ничего не заметив, старик включил камеру, и начал просматривать снимки грозы. Молнию Павлу удалось изловить на трех снимках. Дмитрич внимательно просмотрел каждый на максимальном увеличении. Он хмурился, ведя взглядом по извивающемуся жгуту громового разряда на крохотном экране камеры. Его тщание оправдал третий снимок — на нем был запечатлен особо сильный разряд, многократно ветвящийся, он начинался высоко в небо, а его «корни» тянулись к верхушкам сосен. Навстречу«корням», из-под крон деревьев, к небу протягивались черные «ростки» — они мягко изгибались во многих местах, плавно утоньшаясь к верху. Они были видны только на фоне озаренного вспышкой молнии леса, теряясь в черном небе. Дмитрич нахмурился еще сильнее и удалил снимок. Просмотрев остальные фотографии грозы еще раз, для верности, старик кивнул и установил камеру обратно на штатив. Возвращаясь к спальнику, он заметил первый отблеск начавшего разгораться зарева на востоке.«Минут сорок еще покемарить можно» — подумал проводник и мгновенно заснул.
После подъема Павел первым делом проверил фотоловушку. Камера, включившись за пару мгновений до первого раската грома, снимала до утра. Увы, она не была направлена в сторону грозы, поэтому на записи видны были только дно и стенки оврага, нерегулярно озаряющиеся далекими разрядами. За завтраком Виктор молчал, не вступая в жаркое обсуждение очередного коллективного кошмара. Он уже обдумывал итоги похода, упорядочивал полученные сведения. Получалось не густо — кроме сомнительных сновидений и фольклорного материала, рассказанного Дмитричем, исследователям паранормального попалась только необычная гроза. Пресловутый Козий яр, увы, не оправдал ожиданий. Остаться еще на пару дней, продолжить наблюдения?
От раздумий его отвлек комариный писк. Вопреки обычному поведению, прошлым вечером и ночью мелкие кровопивцы не досаждали пятерке. Возможно, на насекомых повлияла надвигающаяся гроза. С рассветом комары будто решили наверстать упущенное и с утроенной силой принялись за экспедицию. Виктор прихлопнул комара, посмотрел несколько мгновений на кровавое пятно на ладони, и сказал проводнику:
— Все. Дмитрич, пора нам обратно. Хватит с нас туристической романтики.
Группа восприняла решение «командира» с большим воодушевлением. По правде говоря, мысль«Пора домой!» вертелась в голове у каждого из четверки с самого подъема.
— Ну и хорошо. Посидели денек в лесу — и хватит, чего зря комара кормить. Уж простите, что без «тарелочек» как-то обошлось, если не гроза — даже стыдно бы как-то было.
Сборы не заняли много времени. Вновь Дмитрич повел за собой в лес нестройную колонну усталой, непривычной к походам городской молодежи. Виктор шел, ни разу не обернувшись на овраг. Он мысленно уже составлял отчет об экспедиции для журнала, пытаясь придать устойчивость шаткой пока конструкции повествования.
— Вы что, в духовные практики ударились? Это что за сеанс групповой астральной дрочки?!
Те не нашлись, что ответить, а Дмитрич вообще не понимал, что происходит. Кирилл было хотел что-то пошутить, но махнул рукой, пробормотал «Ну и хер с ним» и влез обратно в спальник. Но отойти ко сну ему не удалось: Павел пробормотал, глядя на дистанционный пульт своей камеры:«Ребят, там камера… Она снимать сейчас начала».
Не успел он договорить, как лес к северо-востоку пронзила ослепительная вспышка молнии. Фотокомбайн сработал на возмущения электрического поля, вызванногогрозой, и начал делать снимки.
— Вот уж не хватало под грозу попасть, — проговорил очнувшийся наконец ото сна Дмитрич.
— Я облаков не вижу, — задрав голову, заметил Кирилл.
— Вон, все звезды видно. Паш, ты на простой фотик тоже снимай, похоже, что-то есть.
Виктор взбодрился — наконец-то, хоть что-то! Не «тарелочки», конечно, но и гром среди ясного неба, хоть и ночью — не абы-что. Павел приладил камеру на компактный штатив и фотографировал участок неба со вспышками на долгой выдержке. Он надеялся «поймать» молнию, чтобы затем можно было лучше рассмотреть аномалию.
Гроза продолжалась еще минут пять и прекратилась так же внезапно, как и началась. Прождав еще час, и не заметив никаких признаков новой грозы, решили снова ложится. Четверка, измотанная дневным походом, быстро погрузилась в глубокий сон без сновидений. Лишь Дмитрич не спал. Выждав для верности пол часа, он поднялся, стараясь не шуметь, и подошел к камере на штативе. Обернулся, прислушавшись — не проснулся ли кто? Ничего не заметив, старик включил камеру, и начал просматривать снимки грозы. Молнию Павлу удалось изловить на трех снимках. Дмитрич внимательно просмотрел каждый на максимальном увеличении. Он хмурился, ведя взглядом по извивающемуся жгуту громового разряда на крохотном экране камеры. Его тщание оправдал третий снимок — на нем был запечатлен особо сильный разряд, многократно ветвящийся, он начинался высоко в небо, а его «корни» тянулись к верхушкам сосен. Навстречу«корням», из-под крон деревьев, к небу протягивались черные «ростки» — они мягко изгибались во многих местах, плавно утоньшаясь к верху. Они были видны только на фоне озаренного вспышкой молнии леса, теряясь в черном небе. Дмитрич нахмурился еще сильнее и удалил снимок. Просмотрев остальные фотографии грозы еще раз, для верности, старик кивнул и установил камеру обратно на штатив. Возвращаясь к спальнику, он заметил первый отблеск начавшего разгораться зарева на востоке.«Минут сорок еще покемарить можно» — подумал проводник и мгновенно заснул.
После подъема Павел первым делом проверил фотоловушку. Камера, включившись за пару мгновений до первого раската грома, снимала до утра. Увы, она не была направлена в сторону грозы, поэтому на записи видны были только дно и стенки оврага, нерегулярно озаряющиеся далекими разрядами. За завтраком Виктор молчал, не вступая в жаркое обсуждение очередного коллективного кошмара. Он уже обдумывал итоги похода, упорядочивал полученные сведения. Получалось не густо — кроме сомнительных сновидений и фольклорного материала, рассказанного Дмитричем, исследователям паранормального попалась только необычная гроза. Пресловутый Козий яр, увы, не оправдал ожиданий. Остаться еще на пару дней, продолжить наблюдения?
От раздумий его отвлек комариный писк. Вопреки обычному поведению, прошлым вечером и ночью мелкие кровопивцы не досаждали пятерке. Возможно, на насекомых повлияла надвигающаяся гроза. С рассветом комары будто решили наверстать упущенное и с утроенной силой принялись за экспедицию. Виктор прихлопнул комара, посмотрел несколько мгновений на кровавое пятно на ладони, и сказал проводнику:
— Все. Дмитрич, пора нам обратно. Хватит с нас туристической романтики.
Группа восприняла решение «командира» с большим воодушевлением. По правде говоря, мысль«Пора домой!» вертелась в голове у каждого из четверки с самого подъема.
— Ну и хорошо. Посидели денек в лесу — и хватит, чего зря комара кормить. Уж простите, что без «тарелочек» как-то обошлось, если не гроза — даже стыдно бы как-то было.
Сборы не заняли много времени. Вновь Дмитрич повел за собой в лес нестройную колонну усталой, непривычной к походам городской молодежи. Виктор шел, ни разу не обернувшись на овраг. Он мысленно уже составлял отчет об экспедиции для журнала, пытаясь придать устойчивость шаткой пока конструкции повествования.
Страница 7 из 9
