Убийца Джейн

— я обернулась, удивившись. Это была Марси.

— И с его собственным старшим братом! — она поддельные ахнула.

— Заткнись! — крикнула я. Я оглянулась на Лю, чтобы убедиться, что он ничего не слышал. И он не слышал.

— Давай просто пойдем на урок, — проворчала я.

Прошло два дня, пока не зазвонил телефон, на звонок ответила моя мама. Через несколько минут она вышла и сказала мне:

— Джефф выходит из больницы сегодня, Джейн.

Я посмотрела на нее и сказала:

— Это замечательно!

— Похоже, что мы там бесплатно объедимся на несколько дней вперед! — усмехнулась она.

Несколько часов прошло, и я слышала визг тормозящих шин возле дома Джеффа. Я выглянула в окно и увидела машину отца Джеффа перед его домом.

«Джефф вернулся», — подумала я. Из любопытства я решила посмотреть, как он теперь выглядит. Боже милосердный, лучше бы я этого не делала.

Его отец вышел из машины. Затем его мама. После — Лю. Но то, как выглядел Джефф, превзошло все мои самые смелые ожидания. У него были длинные черные волосы до плеч, белая, едва ли не прозрачная кожа, и эта улыбка… Эта была та самая улыбка, которую я видела, когда он был в классе после того, как он избил Рэнди, Кита, и Тони.

Но Джефф смотрел прямо на меня, в мои глаза. У меня было ощущение, что этот сумасшедший, садистский взгляд пробрался прямо в мою душу. Меня до сих пор трясет от мысли об этом взгляде, даже сейчас, когда я печатаю это. Казалось, он смотрел на меня в течение нескольких часов с улыбкой на лице, пока не отвернулся. Я видела, как он вошел в дом вместе с родителями. Я не могла даже вздохнуть, пока дверь, наконец, не закрылась за ним. Мои родители зашли в гостиную и спросили меня, что случилось.

Моим единственным ответом был долгий, громкий крик. Тогда я упала в обморок.

Когда я, наконец, очнулась, на улице уже стемнело. Моих родителей не было в их спальне. В доме было мертвенно тихо. Я встала и пошла вниз. На мне была ночная сорочка, которую я долго не надевала, до тех пор, пока не упала в обморок. Я спустилась вниз по лестнице, на кухню. Горел свет, что было необычно, потому что мои родители всегда говорили мне, что обязательно нужно выключать за собой свет, прежде чем покинуть комнату.

На столе лежала записка.

Я взяла ее в руки.

Нацарапанный на бумаге текст был следующий:

«Ты не придешь на ужин? Твои друзья уже здесь».

Меня начало трясти. Я выронила записку. Я подошла к окну гостиной и выглянула наружу. В доме Джеффа горел свет. Я знала, что я должна была пойти туда, но я была в ужасе от моего осознания. Я покачала головой и посмотрела снова. Я видела, как Джефф, опираясь на подоконник в его доме, смотрел на меня с ножом в руке, лезвие которого касалось стекла окна.

Он все еще улыбался.

Я начала, шаг за шагом, отступать от окна, не отрывая глаз от Джеффа. Тогда я повернулась и побежала подальше от окна на кухню. Когда я добежала до крайней точки, откуда было видно окно Джеффа, все, что я могла видеть, это мазок чего-то красного на окне.

Я обернулась и окинула взглядом кухню. Казалось, все на своем месте, даже ножи. Я схватила один из них и крепко стиснула в руке. Тогда я нашла телефон и попыталась набрать 911. Но телефонная линия была разъединена. Я понятия не имела, где мобильный телефон папы, или где он мог бы быть. Я не хочу идти наверх, чтобы искать там его. Я не хочу получить удар ножом в спину, пока я буду искать его, и если бы я пошла, чтобы позвать одного из соседей на помощь, Джефф мог бы убить или ранить кого-то из тех, кто у него, возможно, в плену. Так что есть только один выбор. Придется бороться с Джеффом в одиночку.

Я схватила нож покрепче и пошла к входной двери, надела ботинки, и вышла на улицу. Моя рука задержалась на ручке двери, когда я собиралась выйти. Но я знала, что мне делать. Я повернула ручку двери и двинулась через улицу к дому Джеффа.

Чем ближе я подходила к его дому, тем медленнее шла. Мои колени задрожали, ладони вспотели, и я начала дышать быстрее и мельче, до того, как осознала, что я стою совершенно неподвижно на переднем пороге, тяжело дыша, как собака. Я цепко ухватилась пальцами за ручку двери, зажмурилась и дернула ее на себя.

Я стояла в дверях, держа в правой руке нож, а в левой дверную ручку, слишком испуганная, чтобы открыть глаза. Пока я не услышала голос:

— Вижу, ты пришла. Я рад, что ты сделала это, друг.

Я резко открыла глаза и из моей груди вырвался крик.

Его большие глаза глядели на меня, не мигая, а с его широкой улыбки стекала кровь. Он вырезал улыбку на своем лице! Прежде чем потерять сознание, я увидела его запачканную в крови одежду.

Очнувшись, я обнаружила себя за обеденным столом. В моей руке уже не было ножа, и когда я подняла голову, я увидела людей, сидящих за столом. Это были мои родители, родители Джеффа, его брат Лю и мои друзья.