Эта история заставила меня поверить в реальность сверхъестественных сил. Я верю в них с 27 апреля 1986. И вы тоже поверите…
Добавить в моё избранное
5 мин, 20 сек 13873
Мои руки слегка дрожали.
Воскресение, третье августа 1986 года. Около семи вечера. Я снова приехала в гости к бабушке Ире. Вечером я решила навестить Таню, поболтать с ней. Во всяком случае, так я сказала бабушке. На самом деле я хотела поговорить с ней о том, что уже больше трех месяцев не давало мне покоя. Каким же было мое разочарование, когда я узнала, что Дмитрий Степанович умер.
Я рассказала Тане о том, что произошло в конце апреля. Таню мой рассказ совсем не удивил.
— Он предсказывал, сколько я себя помню, — усмехнулась Таня.
— Предсказывал снег, дождь, хотя не видел неба, предсказывал болезни и смерти соседей. Никогда не называл дат, но сообщал подробности. А бабушка всегда крестилась, когда он начинал говорить и никому о его пророчествах не рассказывала.
Таня прочитала немой вопрос в моих глазах и кивнула:
— Ты права, это он звонил твоим родителям.
— Но зачем ему это?
— Зачем? Вся его жизнь была кошмарным сном, которым он ни с кем не мог поделиться. Ему никто не хотел верить, потому что в такие вещи верить просто запрещено. Что же толку в видениях, если все равно никому не можешь помочь? Я думаю, что всю жизнь он чувствовал свою вину, потому что не мешал сбываться видениям.
— Он помог нам.
— Да. Знаешь, вечером, за день до того как он умер, я пришла пожелать ему спокойной ночи, а он вдруг сказал: «Я помог им». И улыбнулся. Он никогда при мне не улыбался. Тогда я не поняла, о чем он. А следующим утром дедушки не стало. У него была такая улыбка, как будто он завершил дело всей своей жизни, — грустно добавила Таня.
Вот она, единственная реальная мистическая история в моей жизни. Выходит, что я знала человека, который предсказал величайшую техногенную катастрофу в истории Украины. Об этой истории не знал никто, кроме меня и Тани. Мои родители, истинно советские люди, ни за что не поверили бы в нее и до сих пор относятся к тому звонку как к счастливой случайности. Но тот звонок куда больше чем просто случайность. Благодаря ему Дмитрий Степанович, который всю жизнь чувствовал себя виноватым из-за того, что никому не мог помочь, простил себя и ушел с самым лучшим чувством — чувством исполненного долга.
Воскресение, третье августа 1986 года. Около семи вечера. Я снова приехала в гости к бабушке Ире. Вечером я решила навестить Таню, поболтать с ней. Во всяком случае, так я сказала бабушке. На самом деле я хотела поговорить с ней о том, что уже больше трех месяцев не давало мне покоя. Каким же было мое разочарование, когда я узнала, что Дмитрий Степанович умер.
Я рассказала Тане о том, что произошло в конце апреля. Таню мой рассказ совсем не удивил.
— Он предсказывал, сколько я себя помню, — усмехнулась Таня.
— Предсказывал снег, дождь, хотя не видел неба, предсказывал болезни и смерти соседей. Никогда не называл дат, но сообщал подробности. А бабушка всегда крестилась, когда он начинал говорить и никому о его пророчествах не рассказывала.
Таня прочитала немой вопрос в моих глазах и кивнула:
— Ты права, это он звонил твоим родителям.
— Но зачем ему это?
— Зачем? Вся его жизнь была кошмарным сном, которым он ни с кем не мог поделиться. Ему никто не хотел верить, потому что в такие вещи верить просто запрещено. Что же толку в видениях, если все равно никому не можешь помочь? Я думаю, что всю жизнь он чувствовал свою вину, потому что не мешал сбываться видениям.
— Он помог нам.
— Да. Знаешь, вечером, за день до того как он умер, я пришла пожелать ему спокойной ночи, а он вдруг сказал: «Я помог им». И улыбнулся. Он никогда при мне не улыбался. Тогда я не поняла, о чем он. А следующим утром дедушки не стало. У него была такая улыбка, как будто он завершил дело всей своей жизни, — грустно добавила Таня.
Вот она, единственная реальная мистическая история в моей жизни. Выходит, что я знала человека, который предсказал величайшую техногенную катастрофу в истории Украины. Об этой истории не знал никто, кроме меня и Тани. Мои родители, истинно советские люди, ни за что не поверили бы в нее и до сих пор относятся к тому звонку как к счастливой случайности. Но тот звонок куда больше чем просто случайность. Благодаря ему Дмитрий Степанович, который всю жизнь чувствовал себя виноватым из-за того, что никому не мог помочь, простил себя и ушел с самым лучшим чувством — чувством исполненного долга.
Страница 2 из 2
