Серый сентябрьский денёк, небо полностью затянуто непроходимыми молочными облаками, оттенок которых варьируется от светлого на востоке и до тёмно-серого тона на западе.
Добавить в моё избранное
5 мин, 56 сек 12945
Дует лёгкий ветерок. Солнца нет. Сентябрь, но по-летнему тепло. Это моя самая любимая погода. Как-то всё на улице умиротворённо, тихо, даже людей в такие дни практически не бывает на улицах, а тем более в тихих дворах жилых домом. Хорошо, одни словом. Только не для кого-то. Кто-то не хочет жить и сорвётся сегодня с крыши многоэтажного дома. И застынут навечно пролетающие перед глазами этажи, этажи… А кого-то собьёт машина: вышел из дома в домашнем наряде, на ногах дешёвые резиновые тапки, купил кефир и сладкого к чаю, представлял, как сейчас придёт домой и будет завтракать… Не суждено было этому сбыться. Никогда. По крайней мере, в этом мире и в этот час. И вот уже бездыханное тело лежит распростерто посреди дороги. Так нелепо, так быстро оборвалась жизнь… … Я шла по набережной, смотрела на реку. В такие дни, когда на небе нет даже намёка на солнце, меня особенно тянет к воде. В ней есть какая-то неуловимая, только ей понятная таинственная гармония, которая так и тянет тебя к воде. Тут всегда очень красиво: по берегу небольшой сквер, состоящих сплошь из редких, молоденьких деревьев и кустарников. А чуть поодаль идут в ряд высотки, построенные не так давно — в конце прошлого века.
Эти дома и прилегающий к ним район считаются довольно престижными, не каждому по карману приобрести здесь квартиру. Они серые, кирпичные и высокие. Из окон расстилается красивый вид — река, набережная и ещё полгорода как на ладони.
Я долго-долго стояла и смотрела на воду — а она текла себе, такая же невозмутимая и вечная. Много чего происходит в городе, всё меняется, рождаются и умирают целые поколения, а она всё бежит, бежит… Мне пришла в голову мысль пройтись в сторону расположившихся здесь многоэтажек. Зайти в какой-нибудь двор и посидеть немного на лавочке.
Проснулась какая-то ещё неясная, смутная тревога, такое чувство обычно у меня возникает, когда я рассчитываю время и понимаю, что вот-вот уже начну опаздывать.
Я немного ускорила шаг и уже целенаправленно пошла к возвышающимся домам.
Вот уже я вхожу во двор одного из них и автоматически смотрю вверх. Сердце противно защемило, и я уставилась на подъезд, который был заперт кодированным замком с домофоном.
Я подошла вплотную к двери и прислонилась к коричневому металлу.
Чего я ждала? Не знаю. В голове стало как-то пусто, и я стояла, тупо уставившись перед собой. Двор был абсолютно пустынным. Воскресенье, одиннадцать часов утра, да ещё и погода пасмурная, хотя и тёплая. Наверное, большинству такая не по вкусу для весёлых прогулок.
Вдруг стало так тихо, что я стала слышать биение своего сердца.
Потом раздались шаги — кто-то намеревался выйти из подъезда. Я отпрянула от двери и отошла на несколько шагов. Замок запиликал, и дверь отворилась — из неё вышел молодой мужчина. Я тут же придержала дверь и вошла в подъезд.
Ступени, бесконечные лестничные пролеты… Почему я не воспользовалась лифтом? Нет, слишком долго. Мне нельзя медлить — откуда-то взялась абсолютная уверенность в этом.
Там, на самом последнем этаже будет небольшое открытое пространство. Что-то типа балкона, или даже это, скорее, выступ. Этаж этот не жилой, а технический.
Откуда мне было это знать? Я ни разу не была там, но знала. Перед глазами даже чётко то и дело возникали металлические прутья, а они ведь такие тонкие и совсем не надежные. Кто-то уже давным-давно их выломал. Ради глупого ли развлечения, или же ради того, чтобы сдать на металл. Этого я не знала, да и не важно это. Главное другое — ничто, даже символически теперь не отделяет от безудержного падения. Долгожданной свободы, но свобода ли это будет? Наверное, нет, клетка. Изо дня в день кто-то будет возвращаться сюда и снова падать, падать, бесконечно долго.
Один шаг — и долгожданный полёт в никуда. Точка невозврата. И будет уже всё равно, что скажут другие, как они будут жалеть или проклинать, а может, просто тихо плакать. Этого не узнает никто.
Сердце тяжело стучало, я задыхалась, но бежала, бежала. Когда ж закончатся эти полёты, когда? В глазах потемнело, и неожиданно чётко, как на старой фотоплёнке, проявилась маленькая фигура.
Господи, только бы успеть.
Я остановилась, несколько минут я не могла ни дышать, ни двигаться.
Я стояла и просто смотрела, пытаясь удержать её от падения взглядом.
Будто бы, решись она прыгнуть, её спас бы один только взгляд.
Я стала приближаться. Сгорбленная она сидела. Она замерла, словно из воска на самом краю, желая в последний раз сделать свой шаг. Шаг в бездонную пропасть.
Я подошла почти вплотную и слышала мерное дыхание. Нет, это не тот человек, что только кричит о том, что он сведёт счеты с жизнью, чтобы эгоистично привлечь к себе внимание друзей, родственников. Такие люди просто подлые шантажисты. Нет, передо мной настоящая самоубийца, которая уже твёрдо приняла своё решение, поэтому уже нет никаких слёз, душевных терзаний и мыслей.
Эти дома и прилегающий к ним район считаются довольно престижными, не каждому по карману приобрести здесь квартиру. Они серые, кирпичные и высокие. Из окон расстилается красивый вид — река, набережная и ещё полгорода как на ладони.
Я долго-долго стояла и смотрела на воду — а она текла себе, такая же невозмутимая и вечная. Много чего происходит в городе, всё меняется, рождаются и умирают целые поколения, а она всё бежит, бежит… Мне пришла в голову мысль пройтись в сторону расположившихся здесь многоэтажек. Зайти в какой-нибудь двор и посидеть немного на лавочке.
Проснулась какая-то ещё неясная, смутная тревога, такое чувство обычно у меня возникает, когда я рассчитываю время и понимаю, что вот-вот уже начну опаздывать.
Я немного ускорила шаг и уже целенаправленно пошла к возвышающимся домам.
Вот уже я вхожу во двор одного из них и автоматически смотрю вверх. Сердце противно защемило, и я уставилась на подъезд, который был заперт кодированным замком с домофоном.
Я подошла вплотную к двери и прислонилась к коричневому металлу.
Чего я ждала? Не знаю. В голове стало как-то пусто, и я стояла, тупо уставившись перед собой. Двор был абсолютно пустынным. Воскресенье, одиннадцать часов утра, да ещё и погода пасмурная, хотя и тёплая. Наверное, большинству такая не по вкусу для весёлых прогулок.
Вдруг стало так тихо, что я стала слышать биение своего сердца.
Потом раздались шаги — кто-то намеревался выйти из подъезда. Я отпрянула от двери и отошла на несколько шагов. Замок запиликал, и дверь отворилась — из неё вышел молодой мужчина. Я тут же придержала дверь и вошла в подъезд.
Ступени, бесконечные лестничные пролеты… Почему я не воспользовалась лифтом? Нет, слишком долго. Мне нельзя медлить — откуда-то взялась абсолютная уверенность в этом.
Там, на самом последнем этаже будет небольшое открытое пространство. Что-то типа балкона, или даже это, скорее, выступ. Этаж этот не жилой, а технический.
Откуда мне было это знать? Я ни разу не была там, но знала. Перед глазами даже чётко то и дело возникали металлические прутья, а они ведь такие тонкие и совсем не надежные. Кто-то уже давным-давно их выломал. Ради глупого ли развлечения, или же ради того, чтобы сдать на металл. Этого я не знала, да и не важно это. Главное другое — ничто, даже символически теперь не отделяет от безудержного падения. Долгожданной свободы, но свобода ли это будет? Наверное, нет, клетка. Изо дня в день кто-то будет возвращаться сюда и снова падать, падать, бесконечно долго.
Один шаг — и долгожданный полёт в никуда. Точка невозврата. И будет уже всё равно, что скажут другие, как они будут жалеть или проклинать, а может, просто тихо плакать. Этого не узнает никто.
Сердце тяжело стучало, я задыхалась, но бежала, бежала. Когда ж закончатся эти полёты, когда? В глазах потемнело, и неожиданно чётко, как на старой фотоплёнке, проявилась маленькая фигура.
Господи, только бы успеть.
Я остановилась, несколько минут я не могла ни дышать, ни двигаться.
Я стояла и просто смотрела, пытаясь удержать её от падения взглядом.
Будто бы, решись она прыгнуть, её спас бы один только взгляд.
Я стала приближаться. Сгорбленная она сидела. Она замерла, словно из воска на самом краю, желая в последний раз сделать свой шаг. Шаг в бездонную пропасть.
Я подошла почти вплотную и слышала мерное дыхание. Нет, это не тот человек, что только кричит о том, что он сведёт счеты с жизнью, чтобы эгоистично привлечь к себе внимание друзей, родственников. Такие люди просто подлые шантажисты. Нет, передо мной настоящая самоубийца, которая уже твёрдо приняла своё решение, поэтому уже нет никаких слёз, душевных терзаний и мыслей.
Страница 1 из 2
