Пермский монах

Не сказать, чтоб затворником он был. Да и вообще о жизни его церковной я описать не в силах… Да речь тут вовсе не о религии и вере наверное, а о том как стал знаком монах тот с нечистой силой… И пусть слова в рассказе этом путаться будут, так как тяжело описывать происходящее с тем монахом… Но рассказать я думаю об этом стоит… Жил монах в монастыре — келья его находилась чуть ли не в подвале, старого обшарпанного здания… В здании том, где ныне пребывал монастырь в годы репрессий жили расстрельные команды… это группы вооруженных солдат по долгу службы связанные с убийством политзаключенных, которых свозили в Пермь в те годы…

Наверное город тогда еще назывался Молотов и имел множество промышленных заводов, где работали они днём и ночью, да суть поди-ка и не в том, хотя я рассматриваю версию эту как вполне сносную… Жил монах, молился иногда в город выходил, затворником он полным не был… Работы выполнял разные по манастырю-ремонт, заготовка дров для печи… Не в тягость было для него все это… Однажды в темном подвале старого монастыря решено было копать яму в земле овощную… Наш монах вызвался на работу эту… Ряса была у него старая, потертая и подумал он, грешным делом, что мол выкопаю я яму и выдадут мне новую рясу… Копал он один вечерами, почти уж ночью… Долго копал, целую неделю… Руки обмозолил, да измарался весь… Земля была как гранит, лопата не шла и часто ломалась… В один выходной под вечер вышел монах в город, за чаем пошел…

И вот уже когда отходил от магазина, то подбежала старушка к нему и в слезах говорит: — Помоги мне, монах, помоги! Внучке моей вовсе плохо, помирает, врачи говорят, что болезнь какая-то, но я то знаю что не болезнь это вовсе, а бесы в ней! Бесы вселились и терзают! Забрать с собой хотят, мрази проклятые. Помоги, монах, молитвой помоги! Ты сможешь, выгони их, я во сне видела, что ты помог внучке… Монах не знал что сказать или сделать… Ответил он старушке: — Это не богоугодное дело, это экзорцизм он запрешен в церкви и я даже молитв таких не знаю«… Бабка сунула в карман черной распахнутой куртки монаха кучку помятых денег… Монах оторопел и ведомый за рукав куртки костлявой рукой бабки побрел с ней, сам того не желая… Подойдя к старому покасившемуся деревянному дому, где-то на отшибе, монах перешагнул через порог в темную холодную комнату… По среди дома стояла небольшая кровать, на кровати лежали скамканные рваные, пропитанные потом, кровью и блевотными массами серые грязные простыни… На кровати ни кого не было… — Дурит меня что-ли бабка?!»: — подумал монах…

Старушка толкнула монаха ближе, а сама выпрыгнула из комнаты, закрыв за собой дверь на самодельный железный огромный ржавый засов… Монах прислушался и услышал шорох под кроватью… Затем страшным голосом, словно, как у простуженного ребенка из под кровати тихо донеслась песня с простым мотивом, текст примерно такой был:» — иди мою могилку копать, в подвале копать, монах твою мать!»… Монах подошел к кровати и вдруг кто-то, выкрикивая странные слова на непонятном языке, начал плевать на его ботинки и подол рясы, обильной кровавой слюной… Монах заглянул под кровать, а там над исцарапанным полом, вцепившись черными ногтями за дно кровати висела голая тощая девушка, хотя девушкой это было сложно назвать… Волосы были скручены в грязные пучки, кожа местами порвана и покусанна ею же самой«…— ну что ты за мной пришел?! Экзорцист, ты же экзорцист?! Давай начнем обряд! Имя, ты знаешь мое имя? Я вот твое не знаю, ведь я тебя сюда не звал, но ты не уйдешь от сюда просто так, я даже скажу ОТСЮДОВА — мне так больше нравится… Может напишешь, как я выгляжу, ведь всем, сука, будет интересно, как я выгляжу… Гоголь, Булгаков вот описывали меня, Давай напиши какой я красавчик! Ааа, тебе некуда записать и не чем? Хочешь подарю свиток, ну блокнот или ежедневник? МОЙ папа привел тебя сюда да? Тебе нравится мой папа, этот облик нравится ему больше всего… Старушечка! А может вот это обличие тебе нравится больше?»…

Как только она произнесла это, в комнату, тот час же вбежал мальчик и крикнул монаху: — Помогите моей маме! В ней бесы!. Уродливая девушка уже, словно обезьяна на жерди, сидела на карточках на душке кровати и ехидно скалилась и продолжала говорить разными странными голосами:» — Хорошее обличие, да? Жаль, что не идеальное»… Мальчик развернулся и пошел на его затылке виднелась глубокая рана с осколками черепа… «— НУ что начнем молитвы?!»… Девушка схватила простынь и завернулась в нее с головой… Монах испугался и стал вспоминать молитвы и несвязно произносить… Вдруг на уровне рта, через простынь начала обильно просачиваться кровь… Затем дикий смех… Жуткий страх сковывал монаха и он не найдя ни чего лучшего, просто побежал из дома… Пробегая мимо двери он не увидел ни старуху ни мальчика, а увидел он огромную черную собаку, сидевшую в тёмном углу деревянного дома… Эта собака скалилась и как-будто просясь домой скребла громоздкими когтистыми чёрными лапами угол… В углу при этом раздавался громкий объемлющий треск…