В Перми в одном из мужских монастырей пребывал монах… Больших успехов в деле своем он проявлял… Учеба созедание да покорство было всей основой его жизни в монастыре…
Добавить в моё избранное
12 мин, 43 сек 12974
Собака повернулась, массивной злой мордой с мощными челюстями начала лаять, но лай этот был похож на зверинно-человеческую речь: «Имя, имя, имя»…
Монах бежал по улице, в голове его роились мысли, не понятно взявшиеся откуда: «Имена, я должен узнать имена, имена этих бесов. Имена, имена»… Он не помнит как вбежал в свой старый монастырь… И он словно чувствовал, что ему нужно брать лопату и копать яму в тёмном подвале… Он копал, не зная для чего и что с ним происходит… Но дело, порученное ему, он должен был довести до конца… Вдруг острое лезвие его лопаты наткнулось на что-то… Это был какой-то непонятный предмет… Он поднял его… В его руках была грязная, пыльная, в тёмном переплёте книга, или ежедневник, толи блокнот… Открыв книгу он увидел перед собой пустые потёртые желтоватые страницы… Там ничего не было написано… Пустые листы от корки до корки… Что за чертовщина? Вдруг за спиной он услышал звук, похожий на звук металлических оружейных затворов… Он повернулся и увидел группу солдат с еле различимыми лицами, одетых в обмундирование начала 20-го века… В руках их были старые карабины, направленные на монаха… Солдаты выглядели крайне жутко: кожи на руках и лицах их не было… Это была, по всей видимости, та самая расстрельная команда, которая жила в здании монастыря в начале века, и вершила там свои дела без суда и следствия…
Один из них томным громким басом произнёс: «Ну что, монах, докопался до истины? Это мы и есть бесы. Страшно тебе? Страшно от нашей безнаказанности? Хочешь мы назовём тебе свои имена? Ведь назвав наши имена можно вызвать нас, и тогда мы изнечтожим тех, кто это сделал… И всех причастных к этому… Экзорцисты тоже иногда пытаются узнать наши имена и вызвать нас, но чтобы изнечтожить уже нас… Но это крайне, крайне редко получается… Наши ряды почти никогда не несут потери… Вот видишь, даже ты — монах, но не экзорцист… Мы предельно долго находимся на службе у сатаны… И выполняем его жутчайшие приказы… Меня зовут логгорнжщэхрпэтипрэзх, а вот это — саматан, вот этот — нгаэхрызрононрлюэхвых и с ним рядом нгшуцййыйфолээюмигорнек… Обычно нас получается вызвать сумасшедшим, либо детям, которые перебирая в голове и произнося разные буквы и звуки, того сами не подозревая, выковыривают нас из ада… И мы утаскиваем их души с собой… Правда же гениально устроить наше логово здесь у вас в подвале монастыря?» Монах дрожащим голосом спросил:«Зачем вы мне это говорите?» «А это игра… Мы же любим играть и бесноваться… Да и слава, нам нужна обычная слава… Это ходовой товар в аду… Вот даже ты монах попадешь в ад… Сам потом узнаешь почему… Вот посмотри в твоих руках есть книженция, а записать наши имена ты не можешь… А запомнить это крайне не возможно»… Тогда монах захотел своей кровью написать на пустых листах их имена… Но как он не пытался разрезать себе пальцы остриём лопаты, или прокусить себе губы, язык или пальцы, кровь никак не щла… Монах копал яму в подвале, где не было окон и освещения… И он расставлял вокруг себя свечи… Свечи эти, кстати, в тот момент горели и трещали необыкновенно ярко…
Потому что в подвале стоял стойкий запах серы… Монах взял одну из горящих свечей и начал ходко свечой прописывать имена бесов свечным воском… Бесы лихо переглянулись, головы и челюсти их затряслись… И они все разом прыгнули в тёмную яму, выкопанную монахом… И провалились там… Монах взял книгу и быстро побежал наверх… На этаже в то время у монахов была молитва… Он забежал в помещение… Быстро с придыханием попытался рассказать что с ним произошло в подвале… Потом раскрыл книгу, чтобы зачитать записи… Но в книге даже при дневном свете выведенные прозрачным воском слова не были видны, были не различимы… Тогда монах взял книгу и начал тереть её страницами о свою грязную, пыльную рясу… Пыль и грязь осела и прилипла к воску… И тогда он начал произносить вслух всё что успел записать… Как только он это произнёс, огромные дубовые двери в помещение распахнулись, и в комнату влетели несколько монахов в больших чёрных рясах… Именно влетели, потому что ноги их в тот момент вовсе не касались пола… Эти монахи резким движением скинули с себя рясы, и под ними оказались те самые страшные солдаты из расстрельной команды… Они достали свои карабины и начали палить по монахам… Кровь была повсюду… Тогда монах понял, что же он натворил… Схватил книгу и выбежал на улицу… Бежав по дороге он схватил какую-то верёвку с рекламного щита и побежал в сторону берега Камы… На берегу он нашёл несколько кирпичей, взял их с собой…
Забежал на большой транспортный мост через реку, перелез на край, засунул книгу за пазуху… Обмотал вокруг тела кирпичи найденной верёвкой… И перекрестившись опрокинулся в тёмную мутную камскую воду… Недавно я ходил на рыбалку, и прогуливаясь по берегу Камы, увидел смотанную чёрную мокрую рясу… В рясе была завёрнута книга -толи ежедневник, толи блокнот… Открыв книгу я увидел пустые страницы… Но нечаянно уронив её раскрытую на землю… Я увидел, что прилипшая пыль и грязь к страницам выдавала какие-то непонятные записи…
Монах бежал по улице, в голове его роились мысли, не понятно взявшиеся откуда: «Имена, я должен узнать имена, имена этих бесов. Имена, имена»… Он не помнит как вбежал в свой старый монастырь… И он словно чувствовал, что ему нужно брать лопату и копать яму в тёмном подвале… Он копал, не зная для чего и что с ним происходит… Но дело, порученное ему, он должен был довести до конца… Вдруг острое лезвие его лопаты наткнулось на что-то… Это был какой-то непонятный предмет… Он поднял его… В его руках была грязная, пыльная, в тёмном переплёте книга, или ежедневник, толи блокнот… Открыв книгу он увидел перед собой пустые потёртые желтоватые страницы… Там ничего не было написано… Пустые листы от корки до корки… Что за чертовщина? Вдруг за спиной он услышал звук, похожий на звук металлических оружейных затворов… Он повернулся и увидел группу солдат с еле различимыми лицами, одетых в обмундирование начала 20-го века… В руках их были старые карабины, направленные на монаха… Солдаты выглядели крайне жутко: кожи на руках и лицах их не было… Это была, по всей видимости, та самая расстрельная команда, которая жила в здании монастыря в начале века, и вершила там свои дела без суда и следствия…
Один из них томным громким басом произнёс: «Ну что, монах, докопался до истины? Это мы и есть бесы. Страшно тебе? Страшно от нашей безнаказанности? Хочешь мы назовём тебе свои имена? Ведь назвав наши имена можно вызвать нас, и тогда мы изнечтожим тех, кто это сделал… И всех причастных к этому… Экзорцисты тоже иногда пытаются узнать наши имена и вызвать нас, но чтобы изнечтожить уже нас… Но это крайне, крайне редко получается… Наши ряды почти никогда не несут потери… Вот видишь, даже ты — монах, но не экзорцист… Мы предельно долго находимся на службе у сатаны… И выполняем его жутчайшие приказы… Меня зовут логгорнжщэхрпэтипрэзх, а вот это — саматан, вот этот — нгаэхрызрононрлюэхвых и с ним рядом нгшуцййыйфолээюмигорнек… Обычно нас получается вызвать сумасшедшим, либо детям, которые перебирая в голове и произнося разные буквы и звуки, того сами не подозревая, выковыривают нас из ада… И мы утаскиваем их души с собой… Правда же гениально устроить наше логово здесь у вас в подвале монастыря?» Монах дрожащим голосом спросил:«Зачем вы мне это говорите?» «А это игра… Мы же любим играть и бесноваться… Да и слава, нам нужна обычная слава… Это ходовой товар в аду… Вот даже ты монах попадешь в ад… Сам потом узнаешь почему… Вот посмотри в твоих руках есть книженция, а записать наши имена ты не можешь… А запомнить это крайне не возможно»… Тогда монах захотел своей кровью написать на пустых листах их имена… Но как он не пытался разрезать себе пальцы остриём лопаты, или прокусить себе губы, язык или пальцы, кровь никак не щла… Монах копал яму в подвале, где не было окон и освещения… И он расставлял вокруг себя свечи… Свечи эти, кстати, в тот момент горели и трещали необыкновенно ярко…
Потому что в подвале стоял стойкий запах серы… Монах взял одну из горящих свечей и начал ходко свечой прописывать имена бесов свечным воском… Бесы лихо переглянулись, головы и челюсти их затряслись… И они все разом прыгнули в тёмную яму, выкопанную монахом… И провалились там… Монах взял книгу и быстро побежал наверх… На этаже в то время у монахов была молитва… Он забежал в помещение… Быстро с придыханием попытался рассказать что с ним произошло в подвале… Потом раскрыл книгу, чтобы зачитать записи… Но в книге даже при дневном свете выведенные прозрачным воском слова не были видны, были не различимы… Тогда монах взял книгу и начал тереть её страницами о свою грязную, пыльную рясу… Пыль и грязь осела и прилипла к воску… И тогда он начал произносить вслух всё что успел записать… Как только он это произнёс, огромные дубовые двери в помещение распахнулись, и в комнату влетели несколько монахов в больших чёрных рясах… Именно влетели, потому что ноги их в тот момент вовсе не касались пола… Эти монахи резким движением скинули с себя рясы, и под ними оказались те самые страшные солдаты из расстрельной команды… Они достали свои карабины и начали палить по монахам… Кровь была повсюду… Тогда монах понял, что же он натворил… Схватил книгу и выбежал на улицу… Бежав по дороге он схватил какую-то верёвку с рекламного щита и побежал в сторону берега Камы… На берегу он нашёл несколько кирпичей, взял их с собой…
Забежал на большой транспортный мост через реку, перелез на край, засунул книгу за пазуху… Обмотал вокруг тела кирпичи найденной верёвкой… И перекрестившись опрокинулся в тёмную мутную камскую воду… Недавно я ходил на рыбалку, и прогуливаясь по берегу Камы, увидел смотанную чёрную мокрую рясу… В рясе была завёрнута книга -толи ежедневник, толи блокнот… Открыв книгу я увидел пустые страницы… Но нечаянно уронив её раскрытую на землю… Я увидел, что прилипшая пыль и грязь к страницам выдавала какие-то непонятные записи…
Страница 2 из 4
