Женя, если ты сейчас же не встанешь и не придешь есть свою кашу, ни на какие аттракционы не попадешь! — сурово крикнула мама из кухни. Сон как рукой сняло. «Как я могла забыть? Мама же обещала в эти выходные пойти в парк кататься на каруселях!».
Добавить в моё избранное
10 мин, 35 сек 10632
Маленькая Женя тут же вскочила с кровати и побежала умываться и завтракать.
— Мам, мам! А мы на американские горки пойдем? А на «лебедей»? А на колесо обозрения? А в вагончик, где ты как будто погружаешься под воду, пойдем? Мам, пойдем?
— Мы пойдем, куда ты захочешь, только ешь, — мама отвернулась заваривать чай и заулыбалась. Какая нетерпеливая дочь, брат ее ведет себя на удивление спокойно, хотя обычно все происходит наоборот.
Дети наконец-то позавтракали, семья собралась и отправилась в парк. Какие чудеса открылись маленькой девочке в этот выходной. Воздушные шарики, сладкая вата, мороженое в вафельных стаканчиках. Сегодня ей было позволено все! Женя бегала от аттракциона к аттракциону и тянула родителей в билетные кассы. Она хотела покататься на всех каруселях сразу. Девочка не хотела терять ни минуты.
Будильник со всей силы полетел в стену. Ненавижу выходные! Голова раскалывается, за окном как будто праздник, почему все так громко орут? Меня охватывало какое-то необъяснимое бешенство. Какая-то безумная паника и гнев одновременно. И голод! Невероятный голод скручивал внутренности в жгут. Надо отвлечься, надо что-то срочно делать, чтобы не думать! Чтобы не думать ни о чем. Лишь бы опять не началось. Боюсь, я не смогу больше держать себя в руках. Но я должен! Я должен!
— Игорек, ну пойдем с нами! Ну, пойдеееем! — уговаривала Женя брата прокатиться с ней на карусели. Брат ни в какую не соглашался.
— Ну и дурак! — бросила Женя и, схватив маму за руку, побежала к билетеру.
Ноги сами вынесли меня на улицу. Голова болела так, что хотелось броситься с моста. Как же я ненавижу этот шум, это веселье. Хочется улететь куда угодно. На Марс! Там точно нет людей. Ненавижу людей!
Не смотря вокруг, я брел, изучая мыски своих ботинок. Задел плечом пару ненавистных мне людей, но они, естественно, не обратили на меня внимание. Они ведь радуются. Гуляют семьями. Эти смеющиеся лица, как хочется стать невидимкой и бить всех, лупить, что есть мочи! Бормоча себе под нос проклятия, я добрел до парка. Ну что ж… раз меня сюда «прибило», зайду, пожалуй. Это несколько разнилось с моим желанием остаться в одиночестве, но я одновременно хотел отвлечься и не думать. Пусть лучше я буду всех люто ненавидеть, чем размышлять о том, о чем я совсем не хотел.
С высоты карусели доносился звонкий смех Жени и испуганные крики ее мамы. Внизу за ними наблюдали отец и брат. Игорь хмурился, ему явно не нравилась вся эта затея. Он бы с удовольствием остался дома и поиграл в приставку. А может быть, пошел на улицу и погонял мяч со своими приятелями. Но эта противная Женька всегда все перетягивает на себя, а родители не могут ей отказать. Как же грустно быть старшим братом!
Я купил проходной билет и зашел в парк. Прошел по аллее мимо визжащих на аттракционах людей и, купив мороженое, присел на лавочку под деревом. Мороженого не хотелось, но чтобы меня не приняли за странного типа, нужно было делать вид, что я весело провожу время. Я почему-то очень переживал, что на меня плохо подумают. Хотя… что-то в моей голове давало мне понять, что выгляжу я все же странно и слишком угрюмо.
Спустившись с аттракциона, Женя громко смеялась и кинулась обнимать папу и брата.
— Игорь, какой же ты глупый! Там было так весело!
Игорь только поморщился и оттолкнул сестру:
— Мам, ну чего она ко мне пристает?
— Милый, что ты такой хмурый? Разве тебе не хочется повеселиться? Пойдем, я хотя бы тебе куплю сладкой ваты, хочешь? Ну, не хмурься! — засмеялась мама.
Мальчик согласился, и они с мамой отправились в ближайший ларек. Папа последовал за ними, а Женя, радостно играя с воздушным шариком, прыгала поблизости.
Купив «вату», семья отправилась к следующему аттракциону, куда их потащила Женя.
— Ну, мааам. Мааам! Ну, пожалуйста! — уговаривала девочка прокатиться на опасной, по мнению мамы, карусели.
— Нет, Женя. Ты еще слишком маленькая для такого веселья. Вот подрастешь, я обязательно разрешу тебе покататься, — семья направилась в другую сторону.
Девочка заплакала. Настроение тут же пропало. Неужели этот прекрасный веселый день, которого она так долго ждала, безнадежно испорчен? Мама ведь обещала мне исполнить все, что я захочу. Дурацкие карусели, дурацкая мама! И шарик сдулся. Женя плелась сзади родителей и брата, тихонько всхлипывая. Игорь же, наоборот, повеселел.
— Конечно, он только и ждал, чтобы я огорчилась! — пробормотала девочка.
Мороженое противно стекало по пальцам липкой массой. Фу, какая мерзость. Я достал платок и вытер руки. Рожок полетел в мусорку рядом с лавочкой, на которой я сидел. Лишь бы никто не заметил моего раздражения. Хотя эти глупые люди так заняты собой, что ничего вокруг не замечают. Пфф, мещане. Эгоисты. Думают только о себе.
Мой взгляд пал на девочку с наполовину сдувшимся шариком.
— Мам, мам! А мы на американские горки пойдем? А на «лебедей»? А на колесо обозрения? А в вагончик, где ты как будто погружаешься под воду, пойдем? Мам, пойдем?
— Мы пойдем, куда ты захочешь, только ешь, — мама отвернулась заваривать чай и заулыбалась. Какая нетерпеливая дочь, брат ее ведет себя на удивление спокойно, хотя обычно все происходит наоборот.
Дети наконец-то позавтракали, семья собралась и отправилась в парк. Какие чудеса открылись маленькой девочке в этот выходной. Воздушные шарики, сладкая вата, мороженое в вафельных стаканчиках. Сегодня ей было позволено все! Женя бегала от аттракциона к аттракциону и тянула родителей в билетные кассы. Она хотела покататься на всех каруселях сразу. Девочка не хотела терять ни минуты.
Будильник со всей силы полетел в стену. Ненавижу выходные! Голова раскалывается, за окном как будто праздник, почему все так громко орут? Меня охватывало какое-то необъяснимое бешенство. Какая-то безумная паника и гнев одновременно. И голод! Невероятный голод скручивал внутренности в жгут. Надо отвлечься, надо что-то срочно делать, чтобы не думать! Чтобы не думать ни о чем. Лишь бы опять не началось. Боюсь, я не смогу больше держать себя в руках. Но я должен! Я должен!
— Игорек, ну пойдем с нами! Ну, пойдеееем! — уговаривала Женя брата прокатиться с ней на карусели. Брат ни в какую не соглашался.
— Ну и дурак! — бросила Женя и, схватив маму за руку, побежала к билетеру.
Ноги сами вынесли меня на улицу. Голова болела так, что хотелось броситься с моста. Как же я ненавижу этот шум, это веселье. Хочется улететь куда угодно. На Марс! Там точно нет людей. Ненавижу людей!
Не смотря вокруг, я брел, изучая мыски своих ботинок. Задел плечом пару ненавистных мне людей, но они, естественно, не обратили на меня внимание. Они ведь радуются. Гуляют семьями. Эти смеющиеся лица, как хочется стать невидимкой и бить всех, лупить, что есть мочи! Бормоча себе под нос проклятия, я добрел до парка. Ну что ж… раз меня сюда «прибило», зайду, пожалуй. Это несколько разнилось с моим желанием остаться в одиночестве, но я одновременно хотел отвлечься и не думать. Пусть лучше я буду всех люто ненавидеть, чем размышлять о том, о чем я совсем не хотел.
С высоты карусели доносился звонкий смех Жени и испуганные крики ее мамы. Внизу за ними наблюдали отец и брат. Игорь хмурился, ему явно не нравилась вся эта затея. Он бы с удовольствием остался дома и поиграл в приставку. А может быть, пошел на улицу и погонял мяч со своими приятелями. Но эта противная Женька всегда все перетягивает на себя, а родители не могут ей отказать. Как же грустно быть старшим братом!
Я купил проходной билет и зашел в парк. Прошел по аллее мимо визжащих на аттракционах людей и, купив мороженое, присел на лавочку под деревом. Мороженого не хотелось, но чтобы меня не приняли за странного типа, нужно было делать вид, что я весело провожу время. Я почему-то очень переживал, что на меня плохо подумают. Хотя… что-то в моей голове давало мне понять, что выгляжу я все же странно и слишком угрюмо.
Спустившись с аттракциона, Женя громко смеялась и кинулась обнимать папу и брата.
— Игорь, какой же ты глупый! Там было так весело!
Игорь только поморщился и оттолкнул сестру:
— Мам, ну чего она ко мне пристает?
— Милый, что ты такой хмурый? Разве тебе не хочется повеселиться? Пойдем, я хотя бы тебе куплю сладкой ваты, хочешь? Ну, не хмурься! — засмеялась мама.
Мальчик согласился, и они с мамой отправились в ближайший ларек. Папа последовал за ними, а Женя, радостно играя с воздушным шариком, прыгала поблизости.
Купив «вату», семья отправилась к следующему аттракциону, куда их потащила Женя.
— Ну, мааам. Мааам! Ну, пожалуйста! — уговаривала девочка прокатиться на опасной, по мнению мамы, карусели.
— Нет, Женя. Ты еще слишком маленькая для такого веселья. Вот подрастешь, я обязательно разрешу тебе покататься, — семья направилась в другую сторону.
Девочка заплакала. Настроение тут же пропало. Неужели этот прекрасный веселый день, которого она так долго ждала, безнадежно испорчен? Мама ведь обещала мне исполнить все, что я захочу. Дурацкие карусели, дурацкая мама! И шарик сдулся. Женя плелась сзади родителей и брата, тихонько всхлипывая. Игорь же, наоборот, повеселел.
— Конечно, он только и ждал, чтобы я огорчилась! — пробормотала девочка.
Мороженое противно стекало по пальцам липкой массой. Фу, какая мерзость. Я достал платок и вытер руки. Рожок полетел в мусорку рядом с лавочкой, на которой я сидел. Лишь бы никто не заметил моего раздражения. Хотя эти глупые люди так заняты собой, что ничего вокруг не замечают. Пфф, мещане. Эгоисты. Думают только о себе.
Мой взгляд пал на девочку с наполовину сдувшимся шариком.
Страница 1 из 3
