Кодекс чести

Троих обслужила и вырубилась, так я подумал. Я сделал движение, словно примериваясь накрыть подушкой ее лицо. Черт, не подумал бы, что это так трудно. Она же пырнула, я сам видел, легко, словно кусок мяса. И меня хотела. Что же я? А вдруг она проснется? Я не решался, застыл над ней как дурак, мои глаза тем временем привыкли к полумраку, и я увидел, что ее-то глаза были закрыты не до конца. Я торопливо накрыл ее лицо, испытывая отвращение к себе. Я ждал, что она начнет брыкаться, царапаться, но она была неподвижна. Так продолжалось секунды две, потом я отнял подушку и взглянул внимательнее. Похоже, она была мертва. Я покрылся ледяным потом. Наверняка сюда уже едут менты, надо драпать. И срочно. Мой обострившийся слух заметил чье-то дыхание, я обернулся, ожидая удара, но в комнате никого не было. Дышала Тонька. Более того, ее слегка трясло. Я сразу подумал о всяких вампирах и зомби, может быть, она сейчас превращается во что-то такое. Кучу фильмов видел и читал всякое такое, подумал, что справлюсь. Главное, не дать себя укусить. Тело дернулось и обмякло. Мне стало любопытно и страшно одновременно. Я протянул руку и осторожно коснулся ее шеи, готовясь отпрыгнуть, если она сейчас вскочит. Кожа была прохладной, пульс прерывистым. Я спешно отнял руку, и только сейчас увидел шприц. Он лежал на кровати, скатившись под ее руку. Смертельный вирус? Я усмехнулся самому себе. Следовало бы меньше смотреть по ящику всякой фигни. Обычный передоз. Или подстроенный. Скорее всего, второе. Душить не имело смысла. И все же что-то меня останавливало в этой комнате. Неужели жалость? Когда вспомнил про нож, меня как жаром обдало. Ругая себя за забывчивость, стер с рукоятки отпечатки.

Можно было уходить, и все же я медлил. В последний раз глянул на Тоньку. Я вышел из квартиры и столкнулся с мужиком, кто-то из местных, должно быть. Он странно глянул, явно ожидая меня узнать. Он описал бы меня ментам, и пришлось бы всю жизнь скрываться. А еще оставались те трое, и до них мне самому не добраться. Я вернулся в квартиру, вытащил телефон. Ноль-два? Ноль-три? Дать ей помереть или не дать? И сосед — я ведь мог бы в глазок посмотреть и, крадучись, уйти. Мог, но не стал. Я другой.

— Алло, «скорая»?