Обходчик путей

Ни один работник метро не заблудится в метро.

— Будто на работе оказался, — пробурчал я.

И резко заткнулся. Мой голос звучал приглушённо. Я его с трудом расслышал. И дело было не в акустике. Звуковые колебания будто распространялись под водой.

Я не испугался. Просто мне стало неуютно.

— Ау? Проверка связи.

На этот раз голос звучал нормально.

Может, я просто долго бродил тут в тишине и…?

Мне не хотелось стать прародителем ещё одного суеверия. Я сделал вид, что ничего не случилось, и пошёл дальше. Тут всякое могло показаться. Темнота — лучшая подруга страха.

Через несколько метров я понял, что продвигаюсь практически на ощупь. Либо фонарь решил передохнуть, либо у него сели батарейки. В рюкзаке лежали запасные. Только я кое-что не предусмотрел — менять их придётся в темноте. В абсолютной темноте, при которой вообще ничего не видно. И почему я не додумался взять ещё один фонарь?

Телефон не поможет — не хватит мощности. Кончено, обходчикам не привыкать ходить по тёмным тоннелям. Но без света я буду отличной мишенью для крыс.

И тут до меня, наконец, дошло. Я так увлёкся мыслями о суевериях, что не заметил этого: по пути мне не встретилась ни одна крыса. Да что там — вообще никаких живых существ тут не было. А это в отличие от инопланетян и мутантов не байка. Я сам видел огромных грызунов, которые при желании могли бы откусить тебе палец. И в тоннелях их должно быть очень много. Но нет. Ни одной! То ли что-то их отпугнуло, то ли сожрало.

Похоже, надо было возвращаться. Не хотелось выяснять, куда пропали крысы. Но, сделав несколько шагов, я понял, что домой попаду не скоро. Вокруг было темно. Очень темно.

— Дело не в батарейках, да? — спросил я у фонаря.

До сумасшествия и разговоров с неодушевлёнными предметами ещё не дошло. Просто решил о кое-что проверить. Гипотеза подтвердилась. Я себя еле слышал. Эта «темнота» поглощала и звук, и свет. Фонарь отчаянно сражался с ней, но проигрывал. На расстоянии вытянутой руки уже ничего не было видно. Окружавший меня кокон света постепенно уменьшался.

Я присел на корточки и обхватил руками рюкзак. Ходить по незнакомым туннелям с фонарём — запросто. Делать то же самое в темноте — самоубийство.

— Мне конец? — спросил я у неизвестности.

Ответом мне были приглушённые звуки.

— Эй! Кто там? — неуверенно поинтересовался я.

«Звуки» стали громче. Либо кто-то пришёл ко мне на помощь… Либо нет. Так или иначе, скрываться было бесполезно. Рано или поздно меня найдут.

— Ау? — прокричал я в темноту.

— Уже битый час сижу и жду, пока меня съедят. Побыстрее, пожалуйста!

— Прекрати паясничать! Ори, вой, поколоти во что-нибудь.

— Василий? — удивлённо спросил я.

— Ты где?

Голос звучал приглушённо. Но я его узнал.

— Понятия не имею! — ответил Василий.

— Тараторь дальше. И погромче. Тут сложно ориентироваться.

Я не знал, где находился мой напарник. Но он определённо приближался.

— Ты как меня нашёл? — спросил я.

— Просто! Эта гадина уже не в первый раз туристов заманивает. Я сразу понял, что она тебя к себе притянула. Спасибо, что хоть записку оставил!

— Василий! Пока я не умер, развей моё любопытство. Какого чёрта здесь происходит?

— Нашёл, блин, время! Эй, не смей его трогать, слышишь?

— Что? — не понял я.

— Это не тебе, — сказал Василий и появился в моём поле зрения.

— Ты совсем дебил что ли?

Я опустил голову.

— Ладно. Потом тебе уши начищу. Сейчас надо выбраться отсюда.

— Но… Как?

— Просто, — сказал Василий.

— Иди в том направлении — уткнёшься носом в стену. Рядом труба. Двигайся по ней вправо. Дальше уже сам сориентируешься.

— Стоп. А ты?

— Обоих она не отпустит. Жрать хочет.

— Чего?! — ошалел я.

— Иди. Туда. Живо, — сурово сказал Василий и сделал шаг назад.

— Погоди!

Я попытался остановить старика, но его уже поглотила темень.

— Василий!

— Иди к стене! Быстро! Пока она отвлеклась!

Я не мог понять, в какой стороне находится мой напарник. Его приглушённый голос доносился со всех сторон.

— Василий, ты где?! — прокричал я.

— Если будешь меня искать — заблудишься. Двигай отсюда, пока не поздно!

— Да чёрт бы тебя побрал!

Я взял фонарь и побежал туда, куда показал напарник. И врезался лицом в стену. На ней действительно была труба.

— Василий?

Ответа не последовало. Я поднял фонарь, но по-прежнему ничего не было видно. «Она» будто питалась светом.

— Темень непроглядная. Даже с фонарём ничего не различить. Запнёшься, ногу сломаешь, как потом тебя искать в этих лабиринтах? — повторил я слова напарника и пошёл по трубе вправо.