— Госпожа Мари, а вы точно уверены? — совсем юная охотница вглядывалась во вход тюрьмы Гластхейма. Она поежилась, когда до нее долетели стоны и скрежет железа о железо.
Добавить в моё избранное
5 мин, 13 сек 15057
— Неправда, он жив, жив, — Мари пыталась вырваться, но тщетно. А зомби, между тем, подходил все ближе и ближе. Он вытянул руку с острыми когтями.
— Мари, Мари. Помоги мне.
Девушка все же вырвалась, оставив кусок кашне в руке рыцаря, и подбежала к своему возлюбленному, кинулась на шею.
Тот обнял ее.
— Вот дура то… — Крестонсец пришпорил свою пеку.
— Он же убьет тебя.
Зомби посмотрел на юношу, улыбнулся, показав длинные, заостренные до бритвенной остроты зубы, разжал объятья, оставив девушку, и прыгнул. Тело, не обладающее при жизни особой силой, со скоростью распрямившейся пружины, взмыло вверх и приземлилось на пеку, прямо перед крестоносцем. Две сильные руки обхватили голову юноши, и резко повернули. Раздался хруст позвонков, и обмякшее тело крестоносца начало сползать на пол. Испуганная птица заклекотала, сбросила с себя и зомби, и своего мертвого хозяина, и убежала вглубь тюрьмы.
Мари с ужасом смотрела на своего любимого. Нет, сильно он не изменился. Просто стал очень бледным, и глаза мутные. Да еще эти когти и зубы. А так, это же он. Он, но не живой. Зомби.
А зомби деловито повернул еще несколько раз голову крестоносца, с силой дернул, и оторвал ее. На пол хлынула кровь. Бывший лучник упал на пол, и начал жадно ее лакать.
Мари закусила губу, чтобы не закричать.
Зомби оторвался от лужи.
— Мари, мне плохо. Мне это нужно. Иначе я превращусь в обычного зомби с прогнившими мозгами, — с этими словами он сорвал доспехи с крестоносца, острыми зубами впился в его тело, выдирая куски мяса, и жадно их заглатывая, почти не жуя.
Девушка свернулась калачиком на полу, ее трясло от ужаса. Ведь это не правда, ведь не правда же? Не может такого быть?
Зомби насытился, утер окровавленный рот плащом крестоносца.
— Мари, Мари, помоги, мне будет нужно еще.
Пристка с трудом встала, подошла к своему возлюбленному, обняла его и заплакала.
— Хорошо, хорошо. Я помогу. Я не оставлю тебя. Никогда. А теперь пойдем, поищем место, где тебя можно спрятать.
Легким белым облаком взлетает фата над лицом счастливой невесты.
Бьется, бьется тело в закрытую дверь. Распухший язык медленно ворочается во рту. Растрескавшиеся губы шепчут:
— Мари, Мари, помоги мне.
Но мы то ведь живы?
— Мари, Мари. Помоги мне.
Девушка все же вырвалась, оставив кусок кашне в руке рыцаря, и подбежала к своему возлюбленному, кинулась на шею.
Тот обнял ее.
— Вот дура то… — Крестонсец пришпорил свою пеку.
— Он же убьет тебя.
Зомби посмотрел на юношу, улыбнулся, показав длинные, заостренные до бритвенной остроты зубы, разжал объятья, оставив девушку, и прыгнул. Тело, не обладающее при жизни особой силой, со скоростью распрямившейся пружины, взмыло вверх и приземлилось на пеку, прямо перед крестоносцем. Две сильные руки обхватили голову юноши, и резко повернули. Раздался хруст позвонков, и обмякшее тело крестоносца начало сползать на пол. Испуганная птица заклекотала, сбросила с себя и зомби, и своего мертвого хозяина, и убежала вглубь тюрьмы.
Мари с ужасом смотрела на своего любимого. Нет, сильно он не изменился. Просто стал очень бледным, и глаза мутные. Да еще эти когти и зубы. А так, это же он. Он, но не живой. Зомби.
А зомби деловито повернул еще несколько раз голову крестоносца, с силой дернул, и оторвал ее. На пол хлынула кровь. Бывший лучник упал на пол, и начал жадно ее лакать.
Мари закусила губу, чтобы не закричать.
Зомби оторвался от лужи.
— Мари, мне плохо. Мне это нужно. Иначе я превращусь в обычного зомби с прогнившими мозгами, — с этими словами он сорвал доспехи с крестоносца, острыми зубами впился в его тело, выдирая куски мяса, и жадно их заглатывая, почти не жуя.
Девушка свернулась калачиком на полу, ее трясло от ужаса. Ведь это не правда, ведь не правда же? Не может такого быть?
Зомби насытился, утер окровавленный рот плащом крестоносца.
— Мари, Мари, помоги, мне будет нужно еще.
Пристка с трудом встала, подошла к своему возлюбленному, обняла его и заплакала.
— Хорошо, хорошо. Я помогу. Я не оставлю тебя. Никогда. А теперь пойдем, поищем место, где тебя можно спрятать.
Легким белым облаком взлетает фата над лицом счастливой невесты.
Бьется, бьется тело в закрытую дверь. Распухший язык медленно ворочается во рту. Растрескавшиеся губы шепчут:
— Мари, Мари, помоги мне.
Но мы то ведь живы?
Страница 2 из 2
