Без аннотаций.
Добавить в моё избранное
210 мин, 32 сек 1337
И в какой-то момент, показалось, что оно там, остановилось совсем. Как все вокруг.
Цепи пролетели сквозь весь зал, туда и обратно со всех сторон, хватая своими острыми кривыми крючьями саму черную ледяную адскую темноту и точно впившись в кого-то, сильно натянулись со своим присущим только им жутким скрежетом и звоном.
Наступила полная гробовая мрачная и жуткая тишина, но это все продлилось совсем недолго.
Из полной темноты и из далекого одного из углов огромного ресторанного зала вышла похожая на человека фигура. С руками и ногами.
В блестящем черном из кожи костюме, что, буквально сросся с его живым израненным телом. Его черный тот костюм, всегда кровоточил, как и подобная одежда других Сенобитов, не менее изуродованных, как этот. Они были всегда с ним и сопровождали его везде по самому Аду Левиафана. И приходили вместе с ним всегда, когда было нужно. Они были живыми демоническими формами шкатулки, рук умельца мастера французского средневековья Филиппа Лемаршана. Этой маленькой с золотым загадочным орнаментом и магическими знаками коробки, что приобрела задаром в антикварной лавке старьевщика Бени Кунца Джудит Флоэрти. Вход и врата в мир страданий и мучений из которого выхода практически не было. Бени Кунц так и не сказал ей, кто эту коробку ему оставил. Может из-за страха, может, был заодно с тем, кого она не знала, но был важной фигурой в мире ее повелителя и Бога.
Джудит знала их и их имена. Ведь она была одной из них. Но, сейчас она была не среди них и не с ними. Но, они пришли к ней.
Этот первый Сенобит, что вышел из темноты самого мрака, был по имени Щелкунчик, Болтун – скрежещущий зубами. Он всегда издавал звуки, не затыкаясь совершенно ни на минуту. Болтун был правой рукой главного Сенобита Пинхеда. Ужасающий палач, фаворит Левиафана. Дитя страданий, созданный слепым и одним из самых искалеченных. С помощью шкатулки Лемаршана, в которой была заключена вся сила и весь мир демона и дракона Левиафана, он искал избавление от мук, но обрел лишь снисхождение боли.
Его одиночество и страдания, всегда сопровождаются эхом звука его щелкающих зубов. Этот служитель ада имел отличительные свои особенности. Из-за ужасных ожогов, он имеет бесформенное, безухое и безносое лицо с крючьями, оттягивающими в стороны его губы. Из-за чего хорошо всегда его видны постоянно щелкающие челюсти. А сквозь вырезы приросшего к его измученному человекоподобному телу одеяния, на самой груди и животе, видны зашитые грубыми хирургическими швами разрезы.
Второй жуткой фигурой вышедшей из темноты была Николетта.
Джудит узнала ее. Она была близка ей. По страданиям, блаженству и радости самой боли. И она тоже явилась к ней вместе с Болтуном и Щелкунчиком, палачом своего властителя страданий, кошмаров и ужаса. Именно Николетта привела Джудит окончательно в былую свою Сенобита память, заставив своим появлением, вспомнить сейчас вообще все.
Этот Сенобит, наверное, был самый менее покалеченный и узнаваемый как человек и женщина из всех других служителей Ада демона и дракона Левиафана.
Николетта, когда-то была обычной монашкой при католической церкви. Но, поддалась дьявольским соблазнам и опустилась в похоть и разврат, что привели ее в сам разверзшийся под ее ногами Ад. Это было очень давно еще до того, как оказалась Джудит в плену шкатулки Лемаршана.
Николетта рассказала Джудит про некоего незнакомца, что она тайно приютила в своей церкви от преследования инквизицией. Он был хранителем и доверенным самого Левиафана. Ощутив все испорченные развратные влечения грешницы монашки, он дал ей дар головоломки.
Николетта имела отличительные особенности. Безволосая и иссиня-белая голова. Нос проткнут насквозь длинным острым гвоздем. Из разреза в горле отходит проволочная странная конструкция, продетая сквозь щеки.
Синие холодные бесчувственные женские все еще не потерявшие былой красоты католички монашки глаза. Завернутая в черную облегающую все ее гибкое тело кожу. В руках два кривых коротких ножа-серпа.
Они, там, в Аду были практически сестрами.
В лабиринтах самого Ада Левиафана было еще много Сенобитов. Но, общалась Джудит не со всеми. Лишь с близкими ей по страданиям, радости блаженству боли. И одной из них была именно Николетта.
Третьим, кто вышел из самой тьмы в большой ресторанный зал был хорошо Джудит знакомый Ласло, что при жизни еще когда-то человеком был презренным ничтожным и всеми проклинаемым существом. Он был самым отъявленным грешником. Его ненасытная тяга к темным грехам и извращенным порокам и удовольствиям привела к шкатулке Лемаршана, как мотылька к губительному пламени. Открыв ее, Ласло открыл путь к другим плотским непередаваемым удовольствиям и порокам. Ласло получил в награду невообразимую боль и полурабское существование Сенобита. Он потерял глаза навсегда и был лишен дара речи. Однако он стал способен получать наслаждение даже с зашитыми глазами.
Цепи пролетели сквозь весь зал, туда и обратно со всех сторон, хватая своими острыми кривыми крючьями саму черную ледяную адскую темноту и точно впившись в кого-то, сильно натянулись со своим присущим только им жутким скрежетом и звоном.
Наступила полная гробовая мрачная и жуткая тишина, но это все продлилось совсем недолго.
Из полной темноты и из далекого одного из углов огромного ресторанного зала вышла похожая на человека фигура. С руками и ногами.
В блестящем черном из кожи костюме, что, буквально сросся с его живым израненным телом. Его черный тот костюм, всегда кровоточил, как и подобная одежда других Сенобитов, не менее изуродованных, как этот. Они были всегда с ним и сопровождали его везде по самому Аду Левиафана. И приходили вместе с ним всегда, когда было нужно. Они были живыми демоническими формами шкатулки, рук умельца мастера французского средневековья Филиппа Лемаршана. Этой маленькой с золотым загадочным орнаментом и магическими знаками коробки, что приобрела задаром в антикварной лавке старьевщика Бени Кунца Джудит Флоэрти. Вход и врата в мир страданий и мучений из которого выхода практически не было. Бени Кунц так и не сказал ей, кто эту коробку ему оставил. Может из-за страха, может, был заодно с тем, кого она не знала, но был важной фигурой в мире ее повелителя и Бога.
Джудит знала их и их имена. Ведь она была одной из них. Но, сейчас она была не среди них и не с ними. Но, они пришли к ней.
Этот первый Сенобит, что вышел из темноты самого мрака, был по имени Щелкунчик, Болтун – скрежещущий зубами. Он всегда издавал звуки, не затыкаясь совершенно ни на минуту. Болтун был правой рукой главного Сенобита Пинхеда. Ужасающий палач, фаворит Левиафана. Дитя страданий, созданный слепым и одним из самых искалеченных. С помощью шкатулки Лемаршана, в которой была заключена вся сила и весь мир демона и дракона Левиафана, он искал избавление от мук, но обрел лишь снисхождение боли.
Его одиночество и страдания, всегда сопровождаются эхом звука его щелкающих зубов. Этот служитель ада имел отличительные свои особенности. Из-за ужасных ожогов, он имеет бесформенное, безухое и безносое лицо с крючьями, оттягивающими в стороны его губы. Из-за чего хорошо всегда его видны постоянно щелкающие челюсти. А сквозь вырезы приросшего к его измученному человекоподобному телу одеяния, на самой груди и животе, видны зашитые грубыми хирургическими швами разрезы.
Второй жуткой фигурой вышедшей из темноты была Николетта.
Джудит узнала ее. Она была близка ей. По страданиям, блаженству и радости самой боли. И она тоже явилась к ней вместе с Болтуном и Щелкунчиком, палачом своего властителя страданий, кошмаров и ужаса. Именно Николетта привела Джудит окончательно в былую свою Сенобита память, заставив своим появлением, вспомнить сейчас вообще все.
Этот Сенобит, наверное, был самый менее покалеченный и узнаваемый как человек и женщина из всех других служителей Ада демона и дракона Левиафана.
Николетта, когда-то была обычной монашкой при католической церкви. Но, поддалась дьявольским соблазнам и опустилась в похоть и разврат, что привели ее в сам разверзшийся под ее ногами Ад. Это было очень давно еще до того, как оказалась Джудит в плену шкатулки Лемаршана.
Николетта рассказала Джудит про некоего незнакомца, что она тайно приютила в своей церкви от преследования инквизицией. Он был хранителем и доверенным самого Левиафана. Ощутив все испорченные развратные влечения грешницы монашки, он дал ей дар головоломки.
Николетта имела отличительные особенности. Безволосая и иссиня-белая голова. Нос проткнут насквозь длинным острым гвоздем. Из разреза в горле отходит проволочная странная конструкция, продетая сквозь щеки.
Синие холодные бесчувственные женские все еще не потерявшие былой красоты католички монашки глаза. Завернутая в черную облегающую все ее гибкое тело кожу. В руках два кривых коротких ножа-серпа.
Они, там, в Аду были практически сестрами.
В лабиринтах самого Ада Левиафана было еще много Сенобитов. Но, общалась Джудит не со всеми. Лишь с близкими ей по страданиям, радости блаженству боли. И одной из них была именно Николетта.
Третьим, кто вышел из самой тьмы в большой ресторанный зал был хорошо Джудит знакомый Ласло, что при жизни еще когда-то человеком был презренным ничтожным и всеми проклинаемым существом. Он был самым отъявленным грешником. Его ненасытная тяга к темным грехам и извращенным порокам и удовольствиям привела к шкатулке Лемаршана, как мотылька к губительному пламени. Открыв ее, Ласло открыл путь к другим плотским непередаваемым удовольствиям и порокам. Ласло получил в награду невообразимую боль и полурабское существование Сенобита. Он потерял глаза навсегда и был лишен дара речи. Однако он стал способен получать наслаждение даже с зашитыми глазами.
Страница 18 из 59
