Без аннотаций.
Добавить в моё избранное
210 мин, 32 сек 1338
Ощущая бесконечные муки через свое раздутое мерзкое, как трупный опарыш червяк тело.
Ласло потерял почти человеческий свой облик. Был похож на раздутый пузырь. Отчего имел второе имя, Пузырь, по своему такому виду. На его с большим острозубым ртом омерзительном лице были темные очки, что прикрывали срощенные и сшитые навечно Сенобита веки. Имел распоротый вертикально толстый живот, что все время был раскрытым. Из-за торчащих там больших крюков, что были на его одежде и не давали его раздутому вширь брюху сомкнуться.
Все эти Сенобиты вышли из мрака темноты и встали полукругом невдалеке от стоящей Джудит Флоэрти и ее подруги за спиной еврейки Гамаль Шаадим.
Щелкунчик громко цокал и щелкал своими оскаленными в вечно открытом рту зубами. Пузырь Ласло издавал булькающие противные внутри себя какие-то шипящие звуки. А стоящая почти напротив Джудит с двумя острыми кривыми серпами в обоих руках Сенобит Николетта, просто молчала скрестив на своей груди свои руки и эти очень острые ножи. Они все трое смотрели на Джудит Флоэрти. И, казалось на нее, смотрела сама ночь и весь кошмарный ужас Ада. Среди свисающих сверху длинных выходящих и уходящих в черную темноту мрака натянутых с крюками цепей.
Вышло еще несколько сенобитов, ужасных и кошмарных. Всего было семь вместе с теми, что вышли до этого.
Последним и восьмым, вышел главный Сенобит Пинхед – булавочноголовый.
Джудит не любила его больше прочих. Он был между ней, и самим демоном драконом Левиафаном. Он был командиром этого своего садистического демонического отряда. И все Сенобиты ему беспрекословно подчинялись. Кроме Джудит, что оспаривала свое право на свободу даже в Аду Левиафана. Он постоянно пытал и мучил ее за эти капризы и неподчинения. Ее пыталась переубедить ее подруга Николетта, но было делом бесполезным. Николетта, сейчас смотрела на нее своими красивыми синими многострадальными хоть и ледяными женскими Сенобита монашки глазами. Возможно, боясь за свою подругу по Аду, не ведая, что решил Левиафан и этот ее командир Пинхед. И Джудит видела это и, как ни странно, ощущала сейчас ее внутреннюю боль и состояние. Они часто были там, в Аду Левиафана вместе. И всегда рядом. Разговаривали негромко о свободе. И Николетта даже знала, что Джудит хочет покинуть этот мир навсегда, но не выдавала ее никому. И вот теперь, стояла, почти напротив своей Адской подруги она. И смотрела в ее карие перепуганные и не моргающие от этого ледяного ужаса женские молодые двадцатидевятилетние глаза.
В то время, как Пинхед вышел из темноты последним и медленно не спеша стал, приближаться и подходить к стоящей практически до бесстыдства голой, гологрудой в одних только узких подтягивающих ее женский волосатый лобок с промежностью танцевальных с надетым на бедра поясом плавках с юбкой вуалью танцовщицы живота Джудит. К ней стоящей за ее спиной такой же практически совершенно голой второй танцовщице беллидэнса еврейке Гамаль Шаадим и стоящему тут же превращенному в неподвижный полумертвый манекен директору и ресторатору Клайву Мак-Харми.
Стоящие перед ней Сенобиты расступились и дали тому дорогу к ней.
Темный принц боли, Ангел страданий, черный священник Ада. Владыка проклятых Левиафана. Один из старейших Сенобитов шкатулки всех чудес адской боли и всевозможных страданий и мук французского мастера умельца Филиппа Лемаршана. Во время первой Мировой войны, капитан британских войск Эллиот Спенсер видел множество смертей и злодеяний, уничтоживших в нем веру в человечество.
Чтобы заглушить свою внутреннюю душевную боль, он опустился в распутство и разврат. Он получил запретный мир страданий и удовольствий не доступный человечеству, открыв шкатулку Филиппа Лемаршана, имеющую еще другое название, КОНФИГУРАЦИЯ ПЛАЧА. И в итоге весь тот мир стал ему самой близкой вотчиной. А зваться стал он Пинхедом – булавочноголовым, потому как всю его безволосую с белой кожей голову покрывали продольные и поперечные разрезы. В пересечении, которых, были вбиты внутрь его головы в сам его человеческий мозг булавки. Пинхед был облачен в длинный из прирощенный к его всему телу черный из кожи плащ, длинный и до самого пола с тугим ремнем на поясе с большой металлической пряжкой. На животе плащ имел большой вырез, где в пупок Пинхеда был воткнут крюк, а на груди был образован глубокими вырезами этакий коллаж из кусочков кровоточащей плоти, прикрепленных к одеянию, и к ранам, образовавшимся на местах этой вырезанной плоти.
Булавочноголовый Пинхед управлял самими летающими цепями и хватающими жертв острыми загнутыми, как крючки рыбака крючьями.
Он был единственный Сенобит, кому была дарована Левиафаном способность, руководить другими Сенобитами в своем подчинении.
Сама же Джудит помнит то, что была самым молодым Сенобитом из всех. Что, она Джудит захваченной в плен Левиафаном и унесенной в его собственный Ад. И при земной человеческой жизни всегда была, как и сейчас умна и божественно красива.
Ласло потерял почти человеческий свой облик. Был похож на раздутый пузырь. Отчего имел второе имя, Пузырь, по своему такому виду. На его с большим острозубым ртом омерзительном лице были темные очки, что прикрывали срощенные и сшитые навечно Сенобита веки. Имел распоротый вертикально толстый живот, что все время был раскрытым. Из-за торчащих там больших крюков, что были на его одежде и не давали его раздутому вширь брюху сомкнуться.
Все эти Сенобиты вышли из мрака темноты и встали полукругом невдалеке от стоящей Джудит Флоэрти и ее подруги за спиной еврейки Гамаль Шаадим.
Щелкунчик громко цокал и щелкал своими оскаленными в вечно открытом рту зубами. Пузырь Ласло издавал булькающие противные внутри себя какие-то шипящие звуки. А стоящая почти напротив Джудит с двумя острыми кривыми серпами в обоих руках Сенобит Николетта, просто молчала скрестив на своей груди свои руки и эти очень острые ножи. Они все трое смотрели на Джудит Флоэрти. И, казалось на нее, смотрела сама ночь и весь кошмарный ужас Ада. Среди свисающих сверху длинных выходящих и уходящих в черную темноту мрака натянутых с крюками цепей.
Вышло еще несколько сенобитов, ужасных и кошмарных. Всего было семь вместе с теми, что вышли до этого.
Последним и восьмым, вышел главный Сенобит Пинхед – булавочноголовый.
Джудит не любила его больше прочих. Он был между ней, и самим демоном драконом Левиафаном. Он был командиром этого своего садистического демонического отряда. И все Сенобиты ему беспрекословно подчинялись. Кроме Джудит, что оспаривала свое право на свободу даже в Аду Левиафана. Он постоянно пытал и мучил ее за эти капризы и неподчинения. Ее пыталась переубедить ее подруга Николетта, но было делом бесполезным. Николетта, сейчас смотрела на нее своими красивыми синими многострадальными хоть и ледяными женскими Сенобита монашки глазами. Возможно, боясь за свою подругу по Аду, не ведая, что решил Левиафан и этот ее командир Пинхед. И Джудит видела это и, как ни странно, ощущала сейчас ее внутреннюю боль и состояние. Они часто были там, в Аду Левиафана вместе. И всегда рядом. Разговаривали негромко о свободе. И Николетта даже знала, что Джудит хочет покинуть этот мир навсегда, но не выдавала ее никому. И вот теперь, стояла, почти напротив своей Адской подруги она. И смотрела в ее карие перепуганные и не моргающие от этого ледяного ужаса женские молодые двадцатидевятилетние глаза.
В то время, как Пинхед вышел из темноты последним и медленно не спеша стал, приближаться и подходить к стоящей практически до бесстыдства голой, гологрудой в одних только узких подтягивающих ее женский волосатый лобок с промежностью танцевальных с надетым на бедра поясом плавках с юбкой вуалью танцовщицы живота Джудит. К ней стоящей за ее спиной такой же практически совершенно голой второй танцовщице беллидэнса еврейке Гамаль Шаадим и стоящему тут же превращенному в неподвижный полумертвый манекен директору и ресторатору Клайву Мак-Харми.
Стоящие перед ней Сенобиты расступились и дали тому дорогу к ней.
Темный принц боли, Ангел страданий, черный священник Ада. Владыка проклятых Левиафана. Один из старейших Сенобитов шкатулки всех чудес адской боли и всевозможных страданий и мук французского мастера умельца Филиппа Лемаршана. Во время первой Мировой войны, капитан британских войск Эллиот Спенсер видел множество смертей и злодеяний, уничтоживших в нем веру в человечество.
Чтобы заглушить свою внутреннюю душевную боль, он опустился в распутство и разврат. Он получил запретный мир страданий и удовольствий не доступный человечеству, открыв шкатулку Филиппа Лемаршана, имеющую еще другое название, КОНФИГУРАЦИЯ ПЛАЧА. И в итоге весь тот мир стал ему самой близкой вотчиной. А зваться стал он Пинхедом – булавочноголовым, потому как всю его безволосую с белой кожей голову покрывали продольные и поперечные разрезы. В пересечении, которых, были вбиты внутрь его головы в сам его человеческий мозг булавки. Пинхед был облачен в длинный из прирощенный к его всему телу черный из кожи плащ, длинный и до самого пола с тугим ремнем на поясе с большой металлической пряжкой. На животе плащ имел большой вырез, где в пупок Пинхеда был воткнут крюк, а на груди был образован глубокими вырезами этакий коллаж из кусочков кровоточащей плоти, прикрепленных к одеянию, и к ранам, образовавшимся на местах этой вырезанной плоти.
Булавочноголовый Пинхед управлял самими летающими цепями и хватающими жертв острыми загнутыми, как крючки рыбака крючьями.
Он был единственный Сенобит, кому была дарована Левиафаном способность, руководить другими Сенобитами в своем подчинении.
Сама же Джудит помнит то, что была самым молодым Сенобитом из всех. Что, она Джудит захваченной в плен Левиафаном и унесенной в его собственный Ад. И при земной человеческой жизни всегда была, как и сейчас умна и божественно красива.
Страница 19 из 59
