Без аннотаций.
Добавить в моё избранное
210 мин, 32 сек 1351
И обязательно сделаешь, то, что нужно и необходимо сделать ради своего спасения и избавления от вечного плена и самой адской кошмарной вечности. Ты, наверное, забыла совсем — произнесла Гамаль Шаадим — Но, нам отпущено не много совсем времени на решение своей участи. Или мы сделаем это. Или нет. Или ты хочешь, чтобы тебя снова заковали в проволоку и шипы. Чтобы острый терновый металлический венец пронзал целую вечность твою голову и мозг. И тебя в таком виде препроводили в обитель Бога Левиафана. Для дальнейших мучительных многострадальных истязаний.
— Ты стояла за моей спиной как восковая неподвижная заколдованная кукла и все же все слышала! – произнесла ей, вспомнив упоминание имени своей подруги Пинхедом и удивившись Джудит Флоэрти – Кто ты, Гамаль!
— Не важно, Джуди — та ей произнесла – Важно сделать то, что обещано. И наша цель Оливер Макафферти. Ты, надеюсь, помнишь это. Пинхед требует его жизнь тело и душу от обоих нас. И, чтобы мы сделали это своими руками. У нас не так много времени на это, девочка моя любимая.
Хмель, как то внезапно прошел из ее девичьей головы, и она протрезвела, понимая уже все и переоценивая теперь все сказанное ее подругой. Да и Гамаль Шаадим уже не была пьяной. Этот алкоголь на них двоих даже в смеси двух вин и шампанского долго не действовал.
Джудит вспомнилась эта опять в ее дамской сумочке адская шкатулка. Что она притащила в свой ресторан. И, наверное, она там и осталась в их раздевалке и гримерке в личном ее шкафчике с одеждой. Так как, она очнулась уже в квартире Гамаль Шаадим. В том, в чем ее привезла Гамаль к себе домой. Время на переодевание не было. Джудит вынесли, практическим в том, в чем мать родила из ресторана на руках охранника Кирка Стампа в его машину под присмотром Гамаль Шаадим, что была тоже в том, в чем танцевала и развлекала до драки и погрома пьяных гостей.
И Джудит думала, сейчас, зачем ее опять открыла. Как когда-то в первый раз. Отчаявшись в своей одинокой молодой жизни. Другой жизни уличной проститутки. Ибо, вспомнила уже все после встречи с Сенобитами Левиафана. Все свои пороки и грехи. Всех своих мужчин, что были у Нью-Йоркской путаны. Жертва дикого зверского насилия. Умопомешательство и психушка. А там, в долгой безвылазной отсидке с самой собой и в одиночной камере. Полное отчаяние и безысходность. Разочарование самой жизнью и вместо желания умереть, желание, чего-то куда большего, чем даже любовь и секс.
Именно эта шкатулка Лемаршана забрала, тогда ее себе. И сейчас привела ее сюда после затяжного буйного нового умопомешательства и вспыхнувшей неуправляемой любовной дикой страсти и желании бурного развращенного секса с этим ублюдком красавцем темнокожим мулатом Оливером Макафферти.
— «Это все этот жаждущий ее обратного возвращения, дальнейших страданий и мучений булавочноголовый Пинхед. Надвигающийся снова на мою женскую голову Ад» — подумала Джудит Флоэрти — Но, я не намерена, так просто сдаваться теперь. Не намерена«.»
Там в своем ресторане прошлой ночью Джудит потеряла над собой и своими любовными чувствами контроль. Просто у женщины молодой, лет двадцатидевяти не было давно мужчины. Вот и получилось то, что получилось. Она открыла шкатулку и получила последствия. А могло все быть и иначе, не возьми она ее из лавки того продавца Бени Кунца. Но, теперь уже все было не важно. Сейчас главной целью было свое освобождение. Любой ценой и любыми методами, как ей сказала ее подруга по беллидэнсу и по жизни сорокалетняя еврейка Гамаль Шаадим.
Гамаль назвала Оливера Макафферти их целью. Его избрал Пинхед своей жертвой. Но, Джудит не хотела сейчас этого делать. Она, почему-то стала жалеть его. Она винила себя за свой дурной поступок. Оливер нравился Джудит. Сильно нравился. Хоть и был сейчас ей также точно и противен. Но всему виной, эта шкатулка и ставящий ей свои условия Сенобит Пинхед.
— Надо взять еще бутылочку, чего-нибудь такого крепенького к этой закуске. Не есть же это все впустую — произнесла Гамаль ей — Мы все же в ресторане. Твоего горячо любимого Оливера Макафферти.
Она ловко ушла и уклонилась от неудобного вопроса своей подруги Джудит Флоэрти, переведя разговор на Шампанское Дом Периньон, за 1950 долларов.
— Причем тут шампанское и этот Оливер Макафферти? Причем тут, именно он? — произнесла Джудит Флоэрти – Ты уходишь и оскорбительно уклоняешься от моего вопроса, Гамаль.
— Нет, не ухожу и уклоняюсь, а направляю тебя — произнесла она Джудит.
— А вообще все, что ты сейчас мне поведала — снова произнесла Гамаль Джудит — Это история насколько правдива?
— Настолько же, насколько библейская история про Адама и Еву — ответила ей Гамаль Шаадим – К тому же есть возможность самим ее проверить на правдивость. Если все пойдет, так как нужно.
— Ты опять про, что-то, Гамаль! — Джудит даже возмущенно ей произнесла – Зачем, ты так все делаешь!
— Ты стояла за моей спиной как восковая неподвижная заколдованная кукла и все же все слышала! – произнесла ей, вспомнив упоминание имени своей подруги Пинхедом и удивившись Джудит Флоэрти – Кто ты, Гамаль!
— Не важно, Джуди — та ей произнесла – Важно сделать то, что обещано. И наша цель Оливер Макафферти. Ты, надеюсь, помнишь это. Пинхед требует его жизнь тело и душу от обоих нас. И, чтобы мы сделали это своими руками. У нас не так много времени на это, девочка моя любимая.
Хмель, как то внезапно прошел из ее девичьей головы, и она протрезвела, понимая уже все и переоценивая теперь все сказанное ее подругой. Да и Гамаль Шаадим уже не была пьяной. Этот алкоголь на них двоих даже в смеси двух вин и шампанского долго не действовал.
Джудит вспомнилась эта опять в ее дамской сумочке адская шкатулка. Что она притащила в свой ресторан. И, наверное, она там и осталась в их раздевалке и гримерке в личном ее шкафчике с одеждой. Так как, она очнулась уже в квартире Гамаль Шаадим. В том, в чем ее привезла Гамаль к себе домой. Время на переодевание не было. Джудит вынесли, практическим в том, в чем мать родила из ресторана на руках охранника Кирка Стампа в его машину под присмотром Гамаль Шаадим, что была тоже в том, в чем танцевала и развлекала до драки и погрома пьяных гостей.
И Джудит думала, сейчас, зачем ее опять открыла. Как когда-то в первый раз. Отчаявшись в своей одинокой молодой жизни. Другой жизни уличной проститутки. Ибо, вспомнила уже все после встречи с Сенобитами Левиафана. Все свои пороки и грехи. Всех своих мужчин, что были у Нью-Йоркской путаны. Жертва дикого зверского насилия. Умопомешательство и психушка. А там, в долгой безвылазной отсидке с самой собой и в одиночной камере. Полное отчаяние и безысходность. Разочарование самой жизнью и вместо желания умереть, желание, чего-то куда большего, чем даже любовь и секс.
Именно эта шкатулка Лемаршана забрала, тогда ее себе. И сейчас привела ее сюда после затяжного буйного нового умопомешательства и вспыхнувшей неуправляемой любовной дикой страсти и желании бурного развращенного секса с этим ублюдком красавцем темнокожим мулатом Оливером Макафферти.
— «Это все этот жаждущий ее обратного возвращения, дальнейших страданий и мучений булавочноголовый Пинхед. Надвигающийся снова на мою женскую голову Ад» — подумала Джудит Флоэрти — Но, я не намерена, так просто сдаваться теперь. Не намерена«.»
Там в своем ресторане прошлой ночью Джудит потеряла над собой и своими любовными чувствами контроль. Просто у женщины молодой, лет двадцатидевяти не было давно мужчины. Вот и получилось то, что получилось. Она открыла шкатулку и получила последствия. А могло все быть и иначе, не возьми она ее из лавки того продавца Бени Кунца. Но, теперь уже все было не важно. Сейчас главной целью было свое освобождение. Любой ценой и любыми методами, как ей сказала ее подруга по беллидэнсу и по жизни сорокалетняя еврейка Гамаль Шаадим.
Гамаль назвала Оливера Макафферти их целью. Его избрал Пинхед своей жертвой. Но, Джудит не хотела сейчас этого делать. Она, почему-то стала жалеть его. Она винила себя за свой дурной поступок. Оливер нравился Джудит. Сильно нравился. Хоть и был сейчас ей также точно и противен. Но всему виной, эта шкатулка и ставящий ей свои условия Сенобит Пинхед.
— Надо взять еще бутылочку, чего-нибудь такого крепенького к этой закуске. Не есть же это все впустую — произнесла Гамаль ей — Мы все же в ресторане. Твоего горячо любимого Оливера Макафферти.
Она ловко ушла и уклонилась от неудобного вопроса своей подруги Джудит Флоэрти, переведя разговор на Шампанское Дом Периньон, за 1950 долларов.
— Причем тут шампанское и этот Оливер Макафферти? Причем тут, именно он? — произнесла Джудит Флоэрти – Ты уходишь и оскорбительно уклоняешься от моего вопроса, Гамаль.
— Нет, не ухожу и уклоняюсь, а направляю тебя — произнесла она Джудит.
— А вообще все, что ты сейчас мне поведала — снова произнесла Гамаль Джудит — Это история насколько правдива?
— Настолько же, насколько библейская история про Адама и Еву — ответила ей Гамаль Шаадим – К тому же есть возможность самим ее проверить на правдивость. Если все пойдет, так как нужно.
— Ты опять про, что-то, Гамаль! — Джудит даже возмущенно ей произнесла – Зачем, ты так все делаешь!
Страница 32 из 59
