Детство. Юность. Детство Лиды. Мама Линдагюли (Линды-Гюли), а ее называют по-разному, кому как нравится, так что имен у нее несколько, даже Ли(н)да (так ее называла ее бабушка).
Добавить в моё избранное
37 мин, 48 сек 411
Но «Кузьминична», как называли ее такие же толстые и важные «строгие»(так положено называть в школе и садиках злых тетей), орала на одного, а боялся весь класс, будто бы она каждого пугала. Лида очень боялась ходить в школу. Обожала болеть! Дома тогда мама раньше с работы приходит, по выходным дома все, хоть она была одна в спаленке, но знала, что в кухне готовит мамочка, папочка читает газету или смотрит свои«Новости» или хоккей, спорпрограммы. Хорошее было тоже: вместе Новый год отмечали, а готовились как — весело было, дружно лепили пельмени, украшали елочку. А еще она любила болеть, потому что она сядет на кровати, ведь постельный режим — это прописка, хоть и временная, на маленькой кровати, удобно устроится, и рядом ее лучшие друзья — книжки. Когда была в садике, она очень долго рассматривала каждый рисунок, вникала в каждую детальку, придумывала продолжение сказок или мысленно«заглядывала» за картинки, будто это только фрагмент одной большой картины или фотографии. Так проходили дни. Стопочка справа уменьшалась, к вечеру, и мама аккуратно складывала их обратно в коробку и большие толстые книги -на полки стеллажа. Так она и читать научилась: мама читает, она прижмется, глазками следит, буковки быстро изучила, читать сразу по слогам начала.
А в начальной школе она уже сама готовила книжки, садилась удобней и улетала в свой мир. Сказочный, добрый и светлый.
Как и то, что, когда летние каникулы приближались к концу августа, она уже в начале августа грустила — скоро нужно домой ехать. А гостила она у бабушки — в деревне, откуда родом мама.
Так и здесь, книжки заканчивались, стопочки редели, значит, скоро ужин и спать.
Значит, скоро и в школу.
В начальной школе из одноклассников мало кто что помнит, но несчастных двоечников, из-за которых попадало всем (ну, разве Игорь виноват, что отец пьет, гоняет их, ему негде делать уроки, и получает двойки, не высыпается, спит прямо на уроках — его громогласно будят, пугая всех). У некоторых детей были тики. Отличница «рыжая Наташка» непроизвольно расширяла глаза и возвращала их обратно. Лариса«хрюкала», жалко, красивая тихая девочка. У Лиды тоже был тик — она непроизвольно поднимала голову (тогда от страха, когда учительница орала и называла всех «турками»), так это вошло в привычку. Тетушка беспокоилась за любимую племяшку и говорила: «Как умная лошадь!» Может, это повлияло, но малышка усилием воли сумела преодолеть этот«недуг». Никто не обзывал детей, не унижал. Лиду пугала старуха у доски, Наташку же дома ругали за «четверки», Ларису били.
Начальная школа была завершена статусом «Отличница». Читающий ребенок-дошколенок легко учился и была способной ученицей.
Пока не перешли все, кроме Игорька и Маринки — двоечников, в средний класс.
Пока не взяли их под крыло разные учителя по разным предметам. То дело «Кузьминична» вела все предметы, а теперь — новая«мама» и разные учителя. В основном, злые и не довольные. Они учат всех детей до выпуска, а потому«новобранцы» для них — это«курсанты» по школьной подготовке. Каждый учитель считал, что именно его предмет — самый главный и важней ну просто нет и не будет на свете. Каждый учитель знает больше других, спорить с ним — это уже война.
Но смелых отличников они побаивались и делались сразу же «любимчиками», как и просто отличники. А, если ты не попал в список блатных по предкам или просто повезло быть отличником от ума, то ты — изгой, рядовой да никчёмный. Лида от страха отвечать у них у доски забывала тексты, стихи, запиналась, останавливалась, просто молчала и:
— Садись! «2» или«3»!
А еще они любили добивать родителями:
— У тебя папа такой человек, весь город знает, а ты — лентяй.
Или:
— Твоя мама вон тебя как одевает, обувает, а ты — лодырь, даже это выучить не можешь!
И уж проще простого:
— Ну что, и отец твой был таким, и ты в него весь.
И все три подружки — Лида, Света и Марина, которая пришла к ним в пятом классе, очень боялись ходить в школу. Если было окно или отпускали с последнего урока, все бежали к Лиде — она жила ближе всех к школе, и играли у нее в куклы. До четвертого класса у них было детство.
Однажды, когда она пришла в школу, как обычно, быстро переоделась, поела, пошла играть в куколки… Она очень расстроилась, когда у нее не выходило играть. Что-то не идет. Ну, как так? Такой же день, казалось бы, еще впереди таких дней было бы много…
Долго она плакала, пока не пришла ее мама.
Потом их самой любимой песней стала:
«Куда у ходит детство? В какие города?»
И где найти нам средство, чтоб вновь попасть туда?
Оно уйдет НЕСЛЫШНО, пока ВЕСЬ ГОРОД СПИТ.
И письма не напишет, и вряд ли позвонит«.»
Они сидели, обнявшись, плакали обе. Подходил отец, обнимал их обеих и слезы тоже предательски потекли по мужественному лицу любимого папулечки.
А в начальной школе она уже сама готовила книжки, садилась удобней и улетала в свой мир. Сказочный, добрый и светлый.
Как и то, что, когда летние каникулы приближались к концу августа, она уже в начале августа грустила — скоро нужно домой ехать. А гостила она у бабушки — в деревне, откуда родом мама.
Так и здесь, книжки заканчивались, стопочки редели, значит, скоро ужин и спать.
Значит, скоро и в школу.
В начальной школе из одноклассников мало кто что помнит, но несчастных двоечников, из-за которых попадало всем (ну, разве Игорь виноват, что отец пьет, гоняет их, ему негде делать уроки, и получает двойки, не высыпается, спит прямо на уроках — его громогласно будят, пугая всех). У некоторых детей были тики. Отличница «рыжая Наташка» непроизвольно расширяла глаза и возвращала их обратно. Лариса«хрюкала», жалко, красивая тихая девочка. У Лиды тоже был тик — она непроизвольно поднимала голову (тогда от страха, когда учительница орала и называла всех «турками»), так это вошло в привычку. Тетушка беспокоилась за любимую племяшку и говорила: «Как умная лошадь!» Может, это повлияло, но малышка усилием воли сумела преодолеть этот«недуг». Никто не обзывал детей, не унижал. Лиду пугала старуха у доски, Наташку же дома ругали за «четверки», Ларису били.
Начальная школа была завершена статусом «Отличница». Читающий ребенок-дошколенок легко учился и была способной ученицей.
Пока не перешли все, кроме Игорька и Маринки — двоечников, в средний класс.
Пока не взяли их под крыло разные учителя по разным предметам. То дело «Кузьминична» вела все предметы, а теперь — новая«мама» и разные учителя. В основном, злые и не довольные. Они учат всех детей до выпуска, а потому«новобранцы» для них — это«курсанты» по школьной подготовке. Каждый учитель считал, что именно его предмет — самый главный и важней ну просто нет и не будет на свете. Каждый учитель знает больше других, спорить с ним — это уже война.
Но смелых отличников они побаивались и делались сразу же «любимчиками», как и просто отличники. А, если ты не попал в список блатных по предкам или просто повезло быть отличником от ума, то ты — изгой, рядовой да никчёмный. Лида от страха отвечать у них у доски забывала тексты, стихи, запиналась, останавливалась, просто молчала и:
— Садись! «2» или«3»!
А еще они любили добивать родителями:
— У тебя папа такой человек, весь город знает, а ты — лентяй.
Или:
— Твоя мама вон тебя как одевает, обувает, а ты — лодырь, даже это выучить не можешь!
И уж проще простого:
— Ну что, и отец твой был таким, и ты в него весь.
И все три подружки — Лида, Света и Марина, которая пришла к ним в пятом классе, очень боялись ходить в школу. Если было окно или отпускали с последнего урока, все бежали к Лиде — она жила ближе всех к школе, и играли у нее в куклы. До четвертого класса у них было детство.
Однажды, когда она пришла в школу, как обычно, быстро переоделась, поела, пошла играть в куколки… Она очень расстроилась, когда у нее не выходило играть. Что-то не идет. Ну, как так? Такой же день, казалось бы, еще впереди таких дней было бы много…
Долго она плакала, пока не пришла ее мама.
Потом их самой любимой песней стала:
«Куда у ходит детство? В какие города?»
И где найти нам средство, чтоб вновь попасть туда?
Оно уйдет НЕСЛЫШНО, пока ВЕСЬ ГОРОД СПИТ.
И письма не напишет, и вряд ли позвонит«.»
Они сидели, обнявшись, плакали обе. Подходил отец, обнимал их обеих и слезы тоже предательски потекли по мужественному лицу любимого папулечки.
Страница 2 из 10
