Я проснулась сразу, легко, не сделав ни одного движения — просто открыла глаза и увидела настенные круглые часы. В комнате было сумеречно и прохладно. Сон!
Добавить в моё избранное
5 мин, 54 сек 14871
Я продолжала держаться за одеяло, как за спасательный круг. И ждала, ждала, ждала. Чего не знаю, но ждала… Но время шло, часы тикали, в прихожей все так же без изменений, да и свет как горел так и горел.
Видимо кто-то начинает сходить с ума, пришла я к неутешительному выводу. И тихонько иронично над собой посмеялась.
— Нужно теплого молока попить. Говорят, успокаивает, — сказала я вслух и отбросила одеяло в сторону.
Чуть помедлила, еще раз осмотрелась — все в порядке. Конечно, мне было до сих пор страшно и жутко, но ничего не происходило, сколько бы я себе не накручивала и не рисовала.
На кухню шла оглядываясь. Привычка с детства. Да и нынешняя ночь поспособствовала параноидному обострению. Но самое главное, все эти сны очень сильно напоминали о давно забытых страхах, что меня не очень-то радовало. Поход к психиатру перспектива далеко не заманчивая.
Поставила в микроволновку стакан молока, подождала тридцать секунд, вынула и выпила залпом. Вот теперь точно всё — жить можно.
Пока шла обратно, тихонько напевала себе под нос. Но проходя мимо входной двери, меня привлек какой-то странный звук. Подошла поближе и прислушалась. Точно. Кто-то ковырялся в замке и это явно не какой-нибудь родственничек (у папки с мамкой на всякий случай имелись ключи от нашей квартиры), а самый настоящий вор. В ужасе бросилась к двери и схватила ручку. Еще в детстве, я испытала глубокое потрясение, когда возвращаясь с дачи, мы с папой обнаружили, что нас ограбили. Он был в таком же состоянии, но не из-за воровства, а потому что именно в ту самую ночь, когда это произошло, я должна была быть одна дома. Только по счастливой случайности, в десятом часу вечера он позвонил и предложил приехать. Отходила от этого страха я долго.
И сейчас, крепко держа металлическую ручку, я чувствовала просто зверский ужас, словно снова стала двенадцатилетним ребенком.
— Мы сейчас полицию вызовем, — крикнула я.
Ковыряние в замке прекратились, но через несколько секунд снова издевательски возобновились.
— Толя вызывай полицию.
И вдруг почувствовала, что дверь очень сильно потянули в противоположную от меня сторону, потом наступила тишина. Гробовая тишина, которая ввела меня в оцепенение и поглотила целиком.
Мои руки, словно навалились свинцом, и как бы я не хотела, пальцы расцепились, и дверь чуть приоткрылась.
Я стояла и не могла сдвинуться с места. Не могла убежать, будто ноги отказали мне служить. Не могла говорить. Просто стояла и смотрела в эту приоткрывшуюся между дверью и косяком щель. Состояние было такое, словно я стояла у самого края бездны, всматриваясь в пугающую глубь неизвестности, которая там затаилась, готовая в любой момент выпрыгнуть из своего убежища навстречу. Достаточно легкого толчка и бездна поглотит меня, засасывая всё глубже, глубже… И из-за проема резко появилась человеческая рука… Открыла глаза… Часы… Потолок… — Красивая.
— Да.
— Как долго она в коме?
— Уже почти пять месяцев.
— Надеюсь, она выкарабкается.
— Мы все надеемся, — заключил врач, потом измерил у девушки давление, что-то записал в карточке, еще раз взглянул на нее и ушел.
Видимо кто-то начинает сходить с ума, пришла я к неутешительному выводу. И тихонько иронично над собой посмеялась.
— Нужно теплого молока попить. Говорят, успокаивает, — сказала я вслух и отбросила одеяло в сторону.
Чуть помедлила, еще раз осмотрелась — все в порядке. Конечно, мне было до сих пор страшно и жутко, но ничего не происходило, сколько бы я себе не накручивала и не рисовала.
На кухню шла оглядываясь. Привычка с детства. Да и нынешняя ночь поспособствовала параноидному обострению. Но самое главное, все эти сны очень сильно напоминали о давно забытых страхах, что меня не очень-то радовало. Поход к психиатру перспектива далеко не заманчивая.
Поставила в микроволновку стакан молока, подождала тридцать секунд, вынула и выпила залпом. Вот теперь точно всё — жить можно.
Пока шла обратно, тихонько напевала себе под нос. Но проходя мимо входной двери, меня привлек какой-то странный звук. Подошла поближе и прислушалась. Точно. Кто-то ковырялся в замке и это явно не какой-нибудь родственничек (у папки с мамкой на всякий случай имелись ключи от нашей квартиры), а самый настоящий вор. В ужасе бросилась к двери и схватила ручку. Еще в детстве, я испытала глубокое потрясение, когда возвращаясь с дачи, мы с папой обнаружили, что нас ограбили. Он был в таком же состоянии, но не из-за воровства, а потому что именно в ту самую ночь, когда это произошло, я должна была быть одна дома. Только по счастливой случайности, в десятом часу вечера он позвонил и предложил приехать. Отходила от этого страха я долго.
И сейчас, крепко держа металлическую ручку, я чувствовала просто зверский ужас, словно снова стала двенадцатилетним ребенком.
— Мы сейчас полицию вызовем, — крикнула я.
Ковыряние в замке прекратились, но через несколько секунд снова издевательски возобновились.
— Толя вызывай полицию.
И вдруг почувствовала, что дверь очень сильно потянули в противоположную от меня сторону, потом наступила тишина. Гробовая тишина, которая ввела меня в оцепенение и поглотила целиком.
Мои руки, словно навалились свинцом, и как бы я не хотела, пальцы расцепились, и дверь чуть приоткрылась.
Я стояла и не могла сдвинуться с места. Не могла убежать, будто ноги отказали мне служить. Не могла говорить. Просто стояла и смотрела в эту приоткрывшуюся между дверью и косяком щель. Состояние было такое, словно я стояла у самого края бездны, всматриваясь в пугающую глубь неизвестности, которая там затаилась, готовая в любой момент выпрыгнуть из своего убежища навстречу. Достаточно легкого толчка и бездна поглотит меня, засасывая всё глубже, глубже… И из-за проема резко появилась человеческая рука… Открыла глаза… Часы… Потолок… — Красивая.
— Да.
— Как долго она в коме?
— Уже почти пять месяцев.
— Надеюсь, она выкарабкается.
— Мы все надеемся, — заключил врач, потом измерил у девушки давление, что-то записал в карточке, еще раз взглянул на нее и ушел.
Страница 2 из 2
