Ночь была в самом разгаре. Бледный лик луны освещал каменистую дорогу, петляющую через небольшой лесок. Легкий ветерок теребил траву и листья деревьев. Было тихо. Тишину нарушал лишь едва слышный стрекот насекомых, редкий крик птицы и тихий цокот копыт.
Добавить в моё избранное
245 мин, 26 сек 19237
Вернее сначала Алекса почуяла приближение человека, а потом услышала стук.
— Войдите! — резко бросила она, проклиная про себя того, кого принесла нелегкая в столь поздний час. Хотя она уже знала ее имя — это была Мари. Вампирша узнала девушку по запаху, а открывшаяся дверь подтвердила ее догадку.
Мари вошла с большим кувшином воды. Кротко посмотрев на Алексу, она сказала: — Я принесла вам воды для умывания, сеньор. Подумала, что она вам понадобиться.
— Спасибо, Мари, — холодно ответила вампирша, — Поставь кувшин на умывальный столик.
— Хорошо, — губы служанки растянулись в обворожительной улыбке.
Поставив кувшин, девушка подняла небрежно брошенный Алексой камзол и бережно повесила его на спинку стула. Потом подошла к начавшей умываться вампирше и, снова взяв в руки кувшин, сказала: — Разрешите вам помочь, сеньор.
В ее голосе Алекса не могла не заметить подобострастие и еще — соблазн. Но все же от помощи она не отказалась. Поливать самой себе было очень неудобно.
Но вскоре поведение служанки стало ее настораживать. Вот она поправила свои роскошные каштановые волосы томным, кокетливым жестом. Вот наклонилась сильнее, чем нужно. Так склоняются куртизанки, чтобы показать, так сказать, товар лицом. Подавая полотенце, Мари, как бы невзначай, постаралась прикоснуться к ней.
Господи! Да она просто в открытую соблазняла ее, причем весьма умело. Эта догадка весьма развеселила Алексу. Воистину, притворяясь мужчиной, ей не грозит умереть от скуки. Губы вампирши сами собой расползлись в улыбке.
Приняв ее на свой счет, Мари стала действовать смелее. Придвинувшись к Алексе практически вплотную, она снова прикоснулась к ее рукам (вернее его, как она искренне полагала!) и кокетливо проговорила: — У вас очень нежные руки, сеньор.
— Правда? — лукаво спросила вампирша.
— Да, — страстно выдохнула Мари, а ее руки уже чуть ли не обнимали ее. Пальцы прошлись по светлым волосам, дотронулись до лица. — Вы мне очень нравитесь, сеньор. Я была бы счастлива узнать вас поближе, — проворные руки уже расстегивали верхнюю пуговицу жилета Алексы.
Вампирша уже собиралась отстранить ее, так как дело грозило зайти слишком далеко, но ее чувства вдруг подсказали, что что-то здесь не чисто. Во взгляде Мари помимо желания читалось еще что-то, не вязавшееся с данной ситуацией. Чтобы узнать, что же ее так насторожило, Алекса решила применить свои ментальные способности. Захватив девушку взглядом, она стала проникать в ее мысли.
То, что она прочла там, удивило и разгневало ее. Оказывается, эта служанка была подослана к ней Флорой. Как низко! В ней поднялся гнев. Нет, она этого так не оставит.
А Мари, попав под очарование вампирши, ничего не замечала, и продолжала говорить: — Вы можете полностью мне доверять! Ради вас я готова на все, сеньор Алекс. Вы очаровываете меня. Мне хотелось бы узнать о вас все, — с этими словами она легко избавилась от своего скромного платья служанки, и уже тянулась, чтобы поцеловать ее.
— Ты прекрасна, моя крошка, — ответила Алекса, изобразив восхищение. Но улыбка ее была хищной, — Значит, ты хочешь ближе узнать меня? — Да-да! — воскликнула она, осыпая лицо вампира поцелуями.
Но все ее ласки разжигали отнюдь не ту страсть, на которую она рассчитывала. Жажда Алексы, растревоженная еще на балу, вновь подняла голову, и она вовсе не собиралась с ней бороться. К чему отказываться от такого пира?
Вампирша вдохнула аромат, исходящий от кожи девушки, позволяя жажде разгореться с новой силой. Она провела пальцами по лицу Мари, шее, — точно так же, как делала это служанка минуту назад. Рука на миг замерла там, где под тонкой кожей пульсировала вена.
Но Алекса ни на секунду не забывала, что перед ней не просто очередная жертва. В этот раз все было по-другому. Окутывая девушку своей силой, вампирша погружала ее в глубокий транс. Мари сама крепко прижалась к ней и склонила голову, открывая беззащитную шею.
В этот момент глаза Алексы полностью утратили всю человечность. Обнажив клыки в полу-улыбке-полу-оскале, она погрузила их в нежную розовую плоть, с наслаждением ощущая аромат крови, заполнявший ее рот. Она пила и пила, вместе с тем заполняя головку Мари всевозможными образами.
Тело девушки безвольно обмякло в ее руках. Не отрываясь от своей трапезы, вампирша легко, словно пушинку, подняла ее и отнесла на свою кровать. Она отстранилась лишь тогда, когда сердце служанки уже грозило выпрыгнуть из груди.
Оставив девушку на постели в глубоком обмороке, Алекса села в резное кресло и, достав кружевной платок, будничным жестом стерла кровь с губ. Дело было сделано. Та, что лежала сейчас на шелковых простынях, отныне навсегда принадлежала ей. Сознательно погрузив ее в глубокий транс, вампирша завладела всеми ее мыслями и чувствами. Сама того не подозревая, Мари стала ее рабыней. Теперь Алексе будет известен каждый ее шаг.
— Войдите! — резко бросила она, проклиная про себя того, кого принесла нелегкая в столь поздний час. Хотя она уже знала ее имя — это была Мари. Вампирша узнала девушку по запаху, а открывшаяся дверь подтвердила ее догадку.
Мари вошла с большим кувшином воды. Кротко посмотрев на Алексу, она сказала: — Я принесла вам воды для умывания, сеньор. Подумала, что она вам понадобиться.
— Спасибо, Мари, — холодно ответила вампирша, — Поставь кувшин на умывальный столик.
— Хорошо, — губы служанки растянулись в обворожительной улыбке.
Поставив кувшин, девушка подняла небрежно брошенный Алексой камзол и бережно повесила его на спинку стула. Потом подошла к начавшей умываться вампирше и, снова взяв в руки кувшин, сказала: — Разрешите вам помочь, сеньор.
В ее голосе Алекса не могла не заметить подобострастие и еще — соблазн. Но все же от помощи она не отказалась. Поливать самой себе было очень неудобно.
Но вскоре поведение служанки стало ее настораживать. Вот она поправила свои роскошные каштановые волосы томным, кокетливым жестом. Вот наклонилась сильнее, чем нужно. Так склоняются куртизанки, чтобы показать, так сказать, товар лицом. Подавая полотенце, Мари, как бы невзначай, постаралась прикоснуться к ней.
Господи! Да она просто в открытую соблазняла ее, причем весьма умело. Эта догадка весьма развеселила Алексу. Воистину, притворяясь мужчиной, ей не грозит умереть от скуки. Губы вампирши сами собой расползлись в улыбке.
Приняв ее на свой счет, Мари стала действовать смелее. Придвинувшись к Алексе практически вплотную, она снова прикоснулась к ее рукам (вернее его, как она искренне полагала!) и кокетливо проговорила: — У вас очень нежные руки, сеньор.
— Правда? — лукаво спросила вампирша.
— Да, — страстно выдохнула Мари, а ее руки уже чуть ли не обнимали ее. Пальцы прошлись по светлым волосам, дотронулись до лица. — Вы мне очень нравитесь, сеньор. Я была бы счастлива узнать вас поближе, — проворные руки уже расстегивали верхнюю пуговицу жилета Алексы.
Вампирша уже собиралась отстранить ее, так как дело грозило зайти слишком далеко, но ее чувства вдруг подсказали, что что-то здесь не чисто. Во взгляде Мари помимо желания читалось еще что-то, не вязавшееся с данной ситуацией. Чтобы узнать, что же ее так насторожило, Алекса решила применить свои ментальные способности. Захватив девушку взглядом, она стала проникать в ее мысли.
То, что она прочла там, удивило и разгневало ее. Оказывается, эта служанка была подослана к ней Флорой. Как низко! В ней поднялся гнев. Нет, она этого так не оставит.
А Мари, попав под очарование вампирши, ничего не замечала, и продолжала говорить: — Вы можете полностью мне доверять! Ради вас я готова на все, сеньор Алекс. Вы очаровываете меня. Мне хотелось бы узнать о вас все, — с этими словами она легко избавилась от своего скромного платья служанки, и уже тянулась, чтобы поцеловать ее.
— Ты прекрасна, моя крошка, — ответила Алекса, изобразив восхищение. Но улыбка ее была хищной, — Значит, ты хочешь ближе узнать меня? — Да-да! — воскликнула она, осыпая лицо вампира поцелуями.
Но все ее ласки разжигали отнюдь не ту страсть, на которую она рассчитывала. Жажда Алексы, растревоженная еще на балу, вновь подняла голову, и она вовсе не собиралась с ней бороться. К чему отказываться от такого пира?
Вампирша вдохнула аромат, исходящий от кожи девушки, позволяя жажде разгореться с новой силой. Она провела пальцами по лицу Мари, шее, — точно так же, как делала это служанка минуту назад. Рука на миг замерла там, где под тонкой кожей пульсировала вена.
Но Алекса ни на секунду не забывала, что перед ней не просто очередная жертва. В этот раз все было по-другому. Окутывая девушку своей силой, вампирша погружала ее в глубокий транс. Мари сама крепко прижалась к ней и склонила голову, открывая беззащитную шею.
В этот момент глаза Алексы полностью утратили всю человечность. Обнажив клыки в полу-улыбке-полу-оскале, она погрузила их в нежную розовую плоть, с наслаждением ощущая аромат крови, заполнявший ее рот. Она пила и пила, вместе с тем заполняя головку Мари всевозможными образами.
Тело девушки безвольно обмякло в ее руках. Не отрываясь от своей трапезы, вампирша легко, словно пушинку, подняла ее и отнесла на свою кровать. Она отстранилась лишь тогда, когда сердце служанки уже грозило выпрыгнуть из груди.
Оставив девушку на постели в глубоком обмороке, Алекса села в резное кресло и, достав кружевной платок, будничным жестом стерла кровь с губ. Дело было сделано. Та, что лежала сейчас на шелковых простынях, отныне навсегда принадлежала ей. Сознательно погрузив ее в глубокий транс, вампирша завладела всеми ее мыслями и чувствами. Сама того не подозревая, Мари стала ее рабыней. Теперь Алексе будет известен каждый ее шаг.
Страница 45 из 67
