Ночь была в самом разгаре. Бледный лик луны освещал каменистую дорогу, петляющую через небольшой лесок. Легкий ветерок теребил траву и листья деревьев. Было тихо. Тишину нарушал лишь едва слышный стрекот насекомых, редкий крик птицы и тихий цокот копыт.
Добавить в моё избранное
245 мин, 26 сек 19197
Ваш отец поручил мне забрать вас отсюда и отвезти домой.
— Домой? Это правда? — глаза девушки засияли. Она и не собиралась особо скрывать свою радость по этому поводу.
— Да, это так, — вступила в разговор мать-настоятельница. — Господин барон предоставил все необходимые бумаги, подписанные им и вашим отцом. Сестра Маргарита уже собрала ваши вещи, и вы можете ехать.
— Спасибо, матушка.
— Надеюсь, ты всегда будешь помнить то, чему тебя научили в этих стенах. Да благословит тебя Господь, дитя мое, — с этими словами она перекрестила девушку.
— Прощайте, матушка.
На этом прощание закончилось. Все та же монахиня вывела их из монастыря, вручив тощий узелок вещей Антуанетты — воспитанницы могли иметь лишь самое необходимое.
Когда девушка увидела Антонио, то ужасно обрадовалась и сразу кинулась к нему. После обычных для такого случая приветствий и расспросов, Антуанетта все же спросила: — Скажи, а почему папа сам не приехал за мной? — Ну… , — не зная, что сказать, Антонио отвел глаза, а потом посмотрел на Алексу.
— Что-то случилось? — сразу заподозрила неладное Антуанетта. — Антонио, скажи, с ним все в порядке?
Он по-прежнему молчал и бросал мрачные взгляды на Алексу.
— Ну скажите же хоть что-нибудь! — требовала ответа девушка.
— Садись в карету, нам до темноты нужно добраться хотя бы до ближайшей таверны, — решительно сказала Алекса. — По дороге я все тебе расскажу.
— Правда? — Да.
Они двинулись в путь. Девушка выжидательно смотрела на вампиршу, и та всей душой чувствовала ее беспокойство. Как ни хотелось Алексе придумать что-нибудь более щадящее, но она знала, что Антуанетта должна узнать правду, должна принять этот удар.
— Прошу, постарайся спокойно выслушать меня, — осторожно начала вампирша, сразу перейдя на «ты»
— Что-то все-таки случилось? Что-то с моим отцом? — Да. Он был тяжело ранен, пуля пробила его легкое. Спасти его было невозможно. Твой отец умер вчера.
— Умер? — глаза девушки расширились. Ей показалось, что от этих слов мир раскололся, погребя ее саму под обломками. — Нет, не может быть! Это невозможно! — залепетала она.
— Но, тем не менее, это так. Мне очень жаль.
— Как? Как это произошло? — спросила Антуанетта, и слезы текли по ее щекам.
Не желая скрывать от нее правду, Алекса рассказала, как все было. Что на карету герцога напали разбойники, один из которых и ранил его, вставшего на защиту. Также сказала, что он погиб как мужчина, а перед смертью попросил ее позаботиться о ней.
Антуанетта слушала, а слезы продолжали течь из ее глаз. Наконец, она ошеломленно произнесла: — Как же мне быть? Как я буду жить без него? Ведь у меня больше никого нет!
И, словно только сейчас осознав всю трагедию, разрыдалась.
Понимая ее горе, Алекса подсела к ней и, мягко обняв за плечи, сказала: — Поплачь, тебе станет легче. И не беспокойся о том, что будет дальше. Я позабочусь о тебе.
Девушка продолжала рыдать. Она плакала, пока слезы в конец не обессилили ее. Антуанетта так и заснула на руках у Алексы, но даже во сне то и дело всхлипывала. Сейчас она казалась вампирше еще более хрупкой, и возникло просто болезненное желание защитить ее. До этого момента Алекса и не догадывалась, что человек может вызвать у нее такие сильные чувства.
Словно разделяя горе этой девушки, пошел дождь. Настоящий ливень. В такую погоду пытаться сегодня же успеть в Венецию было бы безумием. Им опять пришлось остановиться в придорожной таверне. Она тоже оказалась весьма приличной, хотя выбирать особо не приходилось.
Когда карета подъехала к таверне, Антуанетта все еще спала. Не желая ее будить, Алекса взяла ее на руки — это для нее ничего не стоило, если бы она захотела, то без труда могла бы поднять всю эту карету. Закутавшись в плащ, она вышла, направившись прямо в таверну. Антонио же занялся лошадьми.
Внутри было тепло и уютно, это особенно бросалось в глаза после дождливой уличной хляби. Единственным недостатком бело наличие шумной компании двадцати — двадцатипятилетних сынков местных дворян и купцов. Почти все они были пьяны, и в их глазах читалось, что деньги их родителей позволяют им все.
Едва Алекса переступила порог таверны, как Антуанетта проснулась и попросила опустить ее на землю. Видя ее неловкость, вампирша так и поступила. К тому же она отдала девушке свой плащ. Зачем столь юной девушке лишний раз афишировать свое лицо в подобном заведении?
Ведя ее за собой, Алекса отыскала хозяина таверны — толстого и лысеющего мужчину. Она договорилась с ним о трех комнатах, причем настояла, чтобы ее комната и Антуанетты были рядом. Получив ключи, Алекса уже хотела было направиться прямо в комнаты, когда заметила, что один из той шумной компании подошел к ним.
— У, какая куколка! — пьяно усмехнулся он.
— Домой? Это правда? — глаза девушки засияли. Она и не собиралась особо скрывать свою радость по этому поводу.
— Да, это так, — вступила в разговор мать-настоятельница. — Господин барон предоставил все необходимые бумаги, подписанные им и вашим отцом. Сестра Маргарита уже собрала ваши вещи, и вы можете ехать.
— Спасибо, матушка.
— Надеюсь, ты всегда будешь помнить то, чему тебя научили в этих стенах. Да благословит тебя Господь, дитя мое, — с этими словами она перекрестила девушку.
— Прощайте, матушка.
На этом прощание закончилось. Все та же монахиня вывела их из монастыря, вручив тощий узелок вещей Антуанетты — воспитанницы могли иметь лишь самое необходимое.
Когда девушка увидела Антонио, то ужасно обрадовалась и сразу кинулась к нему. После обычных для такого случая приветствий и расспросов, Антуанетта все же спросила: — Скажи, а почему папа сам не приехал за мной? — Ну… , — не зная, что сказать, Антонио отвел глаза, а потом посмотрел на Алексу.
— Что-то случилось? — сразу заподозрила неладное Антуанетта. — Антонио, скажи, с ним все в порядке?
Он по-прежнему молчал и бросал мрачные взгляды на Алексу.
— Ну скажите же хоть что-нибудь! — требовала ответа девушка.
— Садись в карету, нам до темноты нужно добраться хотя бы до ближайшей таверны, — решительно сказала Алекса. — По дороге я все тебе расскажу.
— Правда? — Да.
Они двинулись в путь. Девушка выжидательно смотрела на вампиршу, и та всей душой чувствовала ее беспокойство. Как ни хотелось Алексе придумать что-нибудь более щадящее, но она знала, что Антуанетта должна узнать правду, должна принять этот удар.
— Прошу, постарайся спокойно выслушать меня, — осторожно начала вампирша, сразу перейдя на «ты»
— Что-то все-таки случилось? Что-то с моим отцом? — Да. Он был тяжело ранен, пуля пробила его легкое. Спасти его было невозможно. Твой отец умер вчера.
— Умер? — глаза девушки расширились. Ей показалось, что от этих слов мир раскололся, погребя ее саму под обломками. — Нет, не может быть! Это невозможно! — залепетала она.
— Но, тем не менее, это так. Мне очень жаль.
— Как? Как это произошло? — спросила Антуанетта, и слезы текли по ее щекам.
Не желая скрывать от нее правду, Алекса рассказала, как все было. Что на карету герцога напали разбойники, один из которых и ранил его, вставшего на защиту. Также сказала, что он погиб как мужчина, а перед смертью попросил ее позаботиться о ней.
Антуанетта слушала, а слезы продолжали течь из ее глаз. Наконец, она ошеломленно произнесла: — Как же мне быть? Как я буду жить без него? Ведь у меня больше никого нет!
И, словно только сейчас осознав всю трагедию, разрыдалась.
Понимая ее горе, Алекса подсела к ней и, мягко обняв за плечи, сказала: — Поплачь, тебе станет легче. И не беспокойся о том, что будет дальше. Я позабочусь о тебе.
Девушка продолжала рыдать. Она плакала, пока слезы в конец не обессилили ее. Антуанетта так и заснула на руках у Алексы, но даже во сне то и дело всхлипывала. Сейчас она казалась вампирше еще более хрупкой, и возникло просто болезненное желание защитить ее. До этого момента Алекса и не догадывалась, что человек может вызвать у нее такие сильные чувства.
Словно разделяя горе этой девушки, пошел дождь. Настоящий ливень. В такую погоду пытаться сегодня же успеть в Венецию было бы безумием. Им опять пришлось остановиться в придорожной таверне. Она тоже оказалась весьма приличной, хотя выбирать особо не приходилось.
Когда карета подъехала к таверне, Антуанетта все еще спала. Не желая ее будить, Алекса взяла ее на руки — это для нее ничего не стоило, если бы она захотела, то без труда могла бы поднять всю эту карету. Закутавшись в плащ, она вышла, направившись прямо в таверну. Антонио же занялся лошадьми.
Внутри было тепло и уютно, это особенно бросалось в глаза после дождливой уличной хляби. Единственным недостатком бело наличие шумной компании двадцати — двадцатипятилетних сынков местных дворян и купцов. Почти все они были пьяны, и в их глазах читалось, что деньги их родителей позволяют им все.
Едва Алекса переступила порог таверны, как Антуанетта проснулась и попросила опустить ее на землю. Видя ее неловкость, вампирша так и поступила. К тому же она отдала девушке свой плащ. Зачем столь юной девушке лишний раз афишировать свое лицо в подобном заведении?
Ведя ее за собой, Алекса отыскала хозяина таверны — толстого и лысеющего мужчину. Она договорилась с ним о трех комнатах, причем настояла, чтобы ее комната и Антуанетты были рядом. Получив ключи, Алекса уже хотела было направиться прямо в комнаты, когда заметила, что один из той шумной компании подошел к ним.
— У, какая куколка! — пьяно усмехнулся он.
Страница 6 из 67
