Механизм

Как и наблюдавшие за сценой«казни» монтажники, он не издал ни звука, только дергался, когда лопасти сжирали очередной сантиметр его плоти. На лице его замёрзло выражение ужаса, который умер, едва успев родиться.

Наконец, ноги Проськова подогнулись в коленях и уронили на пол нижнюю часть живота; голова упала сверху и откатилась в сторону. Обагренные дымящейся кровью лопасти замерли; створки решетки со стуком схлопнулись. Черные шнуры, зашуршав, втянулись в корпус.

Напоследок агрегат вздрогнул и застыл. Из-под решетки закапала кровь.

Только тогда оба монтажника заорали — в голос — и бросились прочь из «отсека»… — Ты что-то совсем разволновалась, — мужчина потрепал жену по плечу.

— Трясёт же всю… И куришь уже четвертую, не много тебе будет?

Она промолчала, дрожащими пальцами стряхнула пепел. Когда снова заговорила, голос ее уже не модулировал — звучал как-то безжизненно, словно самое страшное уже было рассказано. Она-то знала, что это не так.

— Следствие, конечно, вели в закрытом режиме. И, конечно, занимались этим не простые опера, а ребята прямо с Лубянки. Но они впали в полную прострацию. Пытались отследить, откуда поступил на стройку агрегат — никаких концов. Тем более не нашли никаких признаков существования Главного завода. Тех двоих монтажников обвинили в убийстве офицера госбезопасности. Но экспертиза показала, что к Проськову, пока он был еще жив, никто и пальцем не притронулся. Бывший прораб — с ним я и разговаривала — сказал, что лубянские поначалу зверствовали, но потом притихли. Всем было просто страшно. Ведь происходило нечто немыслимое, необъяснимое, сверхъестественное. И знаешь, что страшнее всего?

— Уже теряюсь в догадках.

— Когда Шевчук с Маркухиным удрали из «отсека», тот некоторое время оставался пустым. Ну, если не считать огрызков лейтенанта и самого механизма. Минут через десять туда набилось народу, но… механизма уже не было. И с тех пор его никто не видел. Но ходили слухи, что вскоре после того, как в дом въехали первые жильцы, один из них погиб примерно также. Поругался с женой на почве пьянки и ушел на чердак — приканчивать бутылку в одиночестве. Утром на него наткнулся лифтер… — Задумка с экспериментом, я так понимаю, провалилась?

— Да, хотя не понимаю, почему… Так или иначе, проект свернули, здание доукомплектовали — и всё. Воображаю, сколько там до сих пор аппаратуры по перекрытиям простаивает. Может быть, аналитики грамотно оценили степень опасности, и начальство не захотело рисковать своими же. Плохо так говорить, но… забавно, что первой жертвой стал один из будущих экспериментаторов. Я уверена, что до последнего момента он чувствовал себя одним из хозяев жизни… — Хозяева-то хозяевами, — мужчина тоже вытянул из пачки новую сигарету. Он пытался вспомнить, есть ли у него запас в кармане куртки.

— Но что там насчет этой скважины, которую пробурили под фундаментом? Зачем она понадобилась?

Женщина снова замолчала. Формулировала то, что хотела сказать.

— Тут всё очень уж сложно, — произнесла она после длинной паузы.

— Не исключено, что все эти опыты — только верхушка айсберга, а на самом деле… Дом ведь построили на геологически нестабильном участке. Они могли ожидать, что рано или поздно что-то поднимется из глубины. Вот почему операторов посадили на самом чердаке, хотя куда проще и удобнее было сделать им рабочие места в пустых квартирах.

— Не так уж это и удобно, — возразил мужчина.

— Тогда бы их могли заметить соседи.

— Не обязательно, — женщина пожала плечами.

— Выдали бы себя за жильцов — вполне даже логично. Но они выбрали именно чердак.

— Ожидая, когда ЧТО-ТО поднимется с глубины? Тебе не кажется, что это уже… слишком притянуто за уши?

— А в остальное ты поверил? — без особой надежды спросила женщина.

— С трудом, — честно признался мужчина.

— Если бы я не знал, что ты потратила кучу времени на какие-то исследования… но мне и в голову не приходило, что тут такой сюжет. ОТК Главного завода… Скважина на два километра… Слишком уж круто.

Некоторое время в комнате было тихо. Женщина не обижалась — она понимала, что поверить в ее историю можно только с существенными оговорками. Так сказать — три пишем, один в уме. Он и так отреагировал очень адекватно — даже делал замечания. Умные замечания. Замечания по делу.

Что за Главный завод?

Для чего скважина в фундаменте?

— Я много об этом думала, — сказала она.

— Видишь ли, когда начались большие стройки, здания возводили не только в высоту. Во многих случаях — особенно для крупных промышленных предприятий — создавалась разветвленная подземная сеть коммуникаций. Строители забирались в землю слишком глубоко, и, видимо, вскрыли какие-то тектонические пустоты… А там могло что-то быть. То самое настоящее зло.