Наш город встретил лето 1981 года привычно. Обыденно отметили майские праздники, шустрой толпой в несколько семей отсадили картошку. Неожиданно весело было в День Пионерии — сломалось колесо обозрения и мы, толпа почти пятиклашек, возбужденно орали и свистели из кабинки, когда одна отчаянная девчонка слезла по решетчатой ферме, а смущенные восьмиклассники неуклюже отлаивались от ржущих наблюдателей.
Добавить в моё избранное
9 мин, 44 сек 19748
Спустя примерно неделю в том самом сарае, где мы случайно обнаружили проём в стене, нашли повесившеюся бабку Чолика. Нашли не случайно: бабка сама загодя позвала соседок в этот сарай, вроде как подарить им что-то ценное. Соседки, естессно, пришли за халявой и обнаружили то, что до сих пор хранится в особых папках МВД и закрытых судебно-психиатрических архивах.
За тем самым, с мясом оторванным бабкой листом крагиса находилось узкое пространство, куда аккуратно, но мог протиснуться взрослый мужик. И там же нашли открытой плотную основательную крышку, которая вела в полуосыпавшуюся шахтную штольню. Лешай обнаружил эту штольню при постройке своих фундаментальных сараев. Аккуратно почистил, провел свет и соорудил тот самый стенд. Правоохранительные органы, насколько я знаю, так и не смогли докопаться, когда этот упырь начал собирать свою коллекцию. Экспонаты он никак не маркировал, но сортировал по только ему одному понятному алгоритму: один отдельно, те два чуть выше, эти пять в стороне… Догадались, нет?
Лешай собирал зубы. Обычные человеческие зубы.
Так как в этой жуткой коллекции находились зубы пораженные кариесом, полусгнившие, следствие предположило, что он имел доступ к утилизируемому хирургическому материалу. А по простому — в основном пиздил вырванные моляры и премоляры в стоматологической поликлинике, но ведь в штольне нашли и вполне себе здоровые наборы явно из одной челюсти. Центральное же место на этом стенде занимали зубы несчастного Чолика — маленькие, безжалостно обломанные и со следами плоскогубцев.
Следствие, насколько я знаю, так и не дало ответ: кто на самом деле был этот Лешай, кто были эти несчастные, чьи куски плоти были влеплены в стенд заброшенной штольни. И, самое главное, почему он так запредельно жестоко расправился со своим внуком.
Лешай исчез бесследно.
Какие-то далекие родственники быстро распродали имущество, что-то просто вывезли на свалку, а сам дом заколотили, сараи развалили, штольню закопали… Врать не буду, большое и крепкое строение быстро превратилось в популярный аттракцион. Там бухали, ночевали, трахались особо отмороженные граждане и безбашенная молодежь. Дом держался долго, и только в самом конце прошлого века частично обрушился от постоянных весенних паводков.
Окончательно его раскатали по бревнам аккурат в миллениум… Послесловие этого кошмара я узнал уже в новом, XXI веке. Мы тогда бухали на очередной встрече выпускников, куда я с трудом вырвался из областной столицы, вспомнил о моем первом настоящем детском ужасе, и мой одноклассник, замначальника ОУР города, поведал вот какую историю:
— Общались мы тогда с Черой, ну, Вовкой Черных, ты ж его помнишь по Зэчатам? Взяли чисто, без претензий, разговаривали мирно, курили, чай пили. Бабку Ульяну твою вспоминал, тебя… Так вот, рассказал он мне про этого Лешая. Сам он не участвовал, но божился, что не звон это, а чистая правда… Короче, спрятался Лешай в заброшенной заимке на мелкой речушке Бунгарап, быстром и студеном притоке реки Иня. Прятался недолго, выщщемили его урки в конце сентября 1981 г. Придушили, прижгли, вопросы всякие задавали… Не вынесли урки ответов, голову, руки-ноги отрубили. А перед казнью вырвали ему все зубы. Живому, плоскогубцами… Останки выкинули в речушку… Хариус падаль не жрет, раки в Бунгарапе не водятся, уплыли останки этого демона в Иню, там и растворились.
Так и закончился для меня тот давний кошмар. Время — прекрасный целитель, но вот память наша оставляет те самые шрамы, из которых мы и состоим во веки веков.
За тем самым, с мясом оторванным бабкой листом крагиса находилось узкое пространство, куда аккуратно, но мог протиснуться взрослый мужик. И там же нашли открытой плотную основательную крышку, которая вела в полуосыпавшуюся шахтную штольню. Лешай обнаружил эту штольню при постройке своих фундаментальных сараев. Аккуратно почистил, провел свет и соорудил тот самый стенд. Правоохранительные органы, насколько я знаю, так и не смогли докопаться, когда этот упырь начал собирать свою коллекцию. Экспонаты он никак не маркировал, но сортировал по только ему одному понятному алгоритму: один отдельно, те два чуть выше, эти пять в стороне… Догадались, нет?
Лешай собирал зубы. Обычные человеческие зубы.
Так как в этой жуткой коллекции находились зубы пораженные кариесом, полусгнившие, следствие предположило, что он имел доступ к утилизируемому хирургическому материалу. А по простому — в основном пиздил вырванные моляры и премоляры в стоматологической поликлинике, но ведь в штольне нашли и вполне себе здоровые наборы явно из одной челюсти. Центральное же место на этом стенде занимали зубы несчастного Чолика — маленькие, безжалостно обломанные и со следами плоскогубцев.
Следствие, насколько я знаю, так и не дало ответ: кто на самом деле был этот Лешай, кто были эти несчастные, чьи куски плоти были влеплены в стенд заброшенной штольни. И, самое главное, почему он так запредельно жестоко расправился со своим внуком.
Лешай исчез бесследно.
Какие-то далекие родственники быстро распродали имущество, что-то просто вывезли на свалку, а сам дом заколотили, сараи развалили, штольню закопали… Врать не буду, большое и крепкое строение быстро превратилось в популярный аттракцион. Там бухали, ночевали, трахались особо отмороженные граждане и безбашенная молодежь. Дом держался долго, и только в самом конце прошлого века частично обрушился от постоянных весенних паводков.
Окончательно его раскатали по бревнам аккурат в миллениум… Послесловие этого кошмара я узнал уже в новом, XXI веке. Мы тогда бухали на очередной встрече выпускников, куда я с трудом вырвался из областной столицы, вспомнил о моем первом настоящем детском ужасе, и мой одноклассник, замначальника ОУР города, поведал вот какую историю:
— Общались мы тогда с Черой, ну, Вовкой Черных, ты ж его помнишь по Зэчатам? Взяли чисто, без претензий, разговаривали мирно, курили, чай пили. Бабку Ульяну твою вспоминал, тебя… Так вот, рассказал он мне про этого Лешая. Сам он не участвовал, но божился, что не звон это, а чистая правда… Короче, спрятался Лешай в заброшенной заимке на мелкой речушке Бунгарап, быстром и студеном притоке реки Иня. Прятался недолго, выщщемили его урки в конце сентября 1981 г. Придушили, прижгли, вопросы всякие задавали… Не вынесли урки ответов, голову, руки-ноги отрубили. А перед казнью вырвали ему все зубы. Живому, плоскогубцами… Останки выкинули в речушку… Хариус падаль не жрет, раки в Бунгарапе не водятся, уплыли останки этого демона в Иню, там и растворились.
Так и закончился для меня тот давний кошмар. Время — прекрасный целитель, но вот память наша оставляет те самые шрамы, из которых мы и состоим во веки веков.
Страница 3 из 3
