Чернолесная

Я плыл ей навстречу, как будто это моя судьба, хотя я не верил в судьбу. Я смотрел ей прямо в глаза. Я разрешил ей убить себя… На какой-то миг мне показалось, что она понимает меня. Я бы не сказал, что хотел смерти… но я и не был против.

Я опрокинул назад голову, подставил горло. Было немного страшно. Я в последний раз выдохнул. Девочка замахнулась рукой, развела ножницы. Плыть оставалось немного… секунд 5… Прости меня мама… прости Кать… прости Андрюха, что не спас… прости Саня. Думаю, я скоро вас увижу… … темнота… … абсолютная тишина… … на душе спокойно… Хмм… странно. Я вроде слышу звук. Что-то вроде гула. Как будто от подводной лодки… Стук. Кто-то стучит. Как молотом по наковальне. Почему я это слышу?

Ай! Больно! Что за фигня? Боль? Ааа! Ааа!

— Может ему клешню пришить?

— Это бред… давай челюсть изменим. Будет своя пиранья. Наш болотный уже не справляется.

— А что так? ЧП?

— Почти. Один чуть не убежал. Вместе с этим вот был (после этих слов я почувствовал удар в живот).

— И что? Поймали?

— Да куда бы он делся. Без ноги-то. Конечно, поймали.

— Их двое было?

— Да.

Я понял, что они говорили о Сашке. Его поймали. Но нас было трое. Значит, Андрюха жив!

— Ладно, хрен с тобой — пришивай клешню.

— Вот так бы сразу!

Далее послышался топот, лязг металла, похоже, брали скальпель (я прекрасно помнил этот звук) — Рубаем по локоть?

— Только сустав не раздроби.

— Конечно. Коли анестезию.

— Сейчас принесу.

— Шуруй быстрее!

Топот… шаги удалялись… скрип двери… стук.

— Я просто славный малый… Люблю пытать людей… Проснись, солдатик бравый… С улыбкой до ушей… Тот кто остался в комнате, со спокойной душой напевал эту песенку, периодически насвистывая мелодию.

Скрип двери. Шаги приближались.

— Принёс?

— Эмм… тут такое дело… — Ну что опять не так?

— Кончились ампулы… — КАК?

— Та пачка была последней.

— Ну так иди и достань!

— А с этим что?

— Ну, он крепкий… думаю и без анестезии переживёт.

— Давай тогда с улыбки начнём.

— Ага, он грустный какой-то. Давай фломастер.

— А без меток никак?

— Ты меня поучи ещё. Живее. И скальпель прихвати.

… — Вот.

… — По-моему, прелестно.

— Можно резать.

— Аааа! Больно!

— Смотри-ка! Очнулся!

— Но это ведь нас не остановит?

— Нет конечно!

— Аааа! Аааа!

— С улыбкой всё. Осталось только зашить.

— Может снять с него повязку?

— Не стоит.

— Ай!

— Потерпи, свинка.

— Ааа!

— Чуть-чуть осталось.

— Больно… — Ух, а сейчас-то что будет! Где тут мой топор?

— А вот он. Ахах!

— Вот теперь держись. На счёт 5, рублю.

— Нет! Пожалуйста!

— Раз… — Стой! За что?

— Два… — Прошу, не надо!

[Хрясть!] — Ааа! Ааа!

— Извини — обманул. Я плохо считаю. Ахах! Хочешь развеселю?

— Аах… ааа… — У тебя кость крепкая. Сейчас ещё удар будет. Как всегда — на счёт 5.

— Ахах!

— Раз… [Хрясть!] — [Мат] Аааа! [Мат] — Ругаться не хорошо. Мы тебе сейчас и язык подкорректируем!

— Сначала с рукой разберись, корректор!

— Мда. Вот и клешня. Нужно будет правильно соединить сухожилия, кости. Всё должно работать как часы… Фонарик есть?

— Да — в кармане. Сейчас… ахах! Угадай что у меня затерялось!

— И что же?

— Ампула с анестетиком.

— Ну ты и [Мат]… а если бы он сдох?

— Ну не сдох же! Тем более, операция ещё не окончена. Коли…