Яма

Саша дремал, сжимая холодными пальцами включенный телефон. С одной стороны он понимал, что надо бы экономить зарядку, с другой боялся остаться в полной темноте. А темнота здесь, в глубине, была не такая, как наверху, лунный свет практически не доходил до дна ямы, без вспышки невозможно было разглядеть даже очертания предметов. И вот в тишине, разрываемой шелестом листвы где-то наверху да уханьем совы, раздался глухой хруст. Совсем рядом.

Саша вздрогнул, сглатывая вязкую слюну. Он подсветил телефоном бледное лицо Олега и холодный луч вспышки потонул в мутных глазах. Широкие зрачки, обрамленные тусклой серой радужкой, проглатывали свет. Парень поежился, плотнее кутаясь в спальник.

— Это все мне кажется, — прошептал он, ладонь коснулась мокрого от испарины лба.

Он с ужасом смотрел на лицо друга, который стал похож на кого-то другого. На человека, которого Саша никогда не знал. А тот, другой Олег больше никогда не перекинется с ним словом. Прошло меньше двенадцати часов, и жизнь стала совсем другой.

— Как же это так, — прошептал он.

— Прости меня, тебе не надо было нянчиться со мной.

Губы трупа дрогнули. Саша вскочил на ноги, упираясь пятками в землю, луч света задрожал в такт похолодевшим рукам. Он сунул мобильник в карман и замер. Только сердце бешено колотилось в зажатом от страха горле. Кислая слюна пошла в рот, голова закружилась. Саша дышал хрипло, облизывал губы и прислушивался. Прямо перед ним что-то зашевелилось, зашуршало одеждой, тихо звякнули металлические карабины рюкзака.

— Нет, нет, нет, нет, — как заведенный повторял он, пот градом катился по вискам.

— Пожалуйста, нет, нет, нет.

Он слышал, как где-то в темноте переворачивается тело, хрустнув шейными позвонками. Холодные пальцы впились во влажную землю, приподнимая труп над ней, а затем вновь тело упало на то же место. Послышался чавкающий удар. И еще раз. Еще. Удар. Вновь и вновь труп опускался на камень всем своим весом, в воздухе разливался густой аромат свежей крови. Тошнота стала невыносимой, Саша отвернулся, желудок дернуло, как будто кто-то сильный ударил в живот, и его вырвало желчью прямо на спальник.

— Прекрати. Пожалуйста, — простонал парень, дрожащими руками доставая мобильный телефон из кармана.

Тело Олега лежало в той же позе и не шевелилось, только горячая струйка крови текла из раздробленной шеи, скапливалась рядом в лужицу цвета вареной свеклы. Парень широко открытыми глазами наблюдал, как бледные пальцы трупа загребают жирную, похожую на свежий деготь землю, как мышцы под рубашкой друга напрягаются, приподнимая тело, словно мешок с мясом. Удар. Кровь брызнула из открытой раны, рот Олега приоткрылся, обнажая ряды зубов, из легких со свистом вышел воздух.

Саша знал, что очень сильно ударился головой, и не хотел верить в происходящее. Он наблюдал, как наблюдает человек, чье тело парализовано неведомой болезнью и ни один сустав не может прийти в действие, ни одна мышца не может поднять или опустить конечность. Труп затих с открытым ртом. Черные провалы зрачков следили за живым человеком. Однако это продлилось не долго. Олег, или то, что от него осталось, дернулся всем телом, руки беспорядочно болтались, пока окоченевшие пальцы пытались зацепиться за поверхность земли. Вот, наконец, им это удалось, дерганными, неловкими движениями мертвец поднял верхнюю часть тела, подтянул колени к себе и сел. Спина гулко ударилась о стену, руки свисали вдоль тела безвольными плетьми, голова, качнувшись из стороны в сторону, с большим трудом повернулась и повисла на раздробленных шейных позвонках.

Саша молчал. Он стоял, трясущимися руками сжимая мерцающий телефон. Голова раскалывалась от напряжения, казалось, сейчас даже зубы раскрошатся в труху от силы сжатых челюстей. Труп покачивал головой, будто подыскивая для себя более удобное положение. Внезапно его пробила мелкая дрожь, рот открывался и закрывался, следуя какому-то жуткому ритму, из тела начала сочится полупрозрачная жидкость, напоминающая овсяный кисель. Она стекала по рукам и ногам крупными сгустками, скапливалась на мокрой земле, которая, не в силах впитать эту инородную субстанцию, отторгала ее назад. Жидкость уплотнялась, становясь похожей на огромный восковой огарок. Уже через пару минут рядом со своим телом стоял полупрозрачный силуэт Олега с пустыми, черными, словно могильная земля, глазницами.

— А ты чего бледный-то такой, Сань? — прохрипел он.

— У тебя кровь на виске. Ты как?

Олег посмотрел вверх и присвистнул.

— Вот мы влипли с тобой.

Саша хотел что-то сказать, но горло сжало с такой силой, что даже дышать было тяжеловато. Он медленно оседал на пол, шевеля губами.

— Ты… ты… ты… как себя чувствуешь? — заикаясь, выдавил он.

— Нормально. Ничего не болит.

— Обернись.

Олег последовал совету друга и с удивлением уставился на труп.