Никто не пишет длинный роман в одиночку, и мне хотелось бы на минуту отвлечь ваше внимание, чтобы поблагодарить тех людей, которые помогли мне с этой книгой: Дж. Эверетта Мак-Катчена из Хэмпденской академии - за поддержку и дельные предложения, доктора Джона Пирсона из Олдтауна, штат Мэн, медицинского эксперта округа Пенобскот, обладающего прекрасным стажем в самой замечательной врачебной специальности - общей терапии, отца Ренолда Холли из костела Святого Иоанна, Бангор, штат Мэн. И, конечно, мою жену, чья критика была столь же суровой и прямой, как всегда. Хотя окружающие Салимов Удел городки весьма реальны, сам Салимов Удел существует целиком и полностью в воображении автора и всякое сходство между его обитателями и теми, кто живет в реальном мире, случайно и непреднамеренно.
Добавить в моё избранное
628 мин, 15 сек 16916
Бен взглянул на часы и поднялся.
- Кстати о Сьюзан…
- Ухаживающий самец в полном оперении, - сказал Мэтт. - Между прочим, мне надо в школу. Очередной черновой прогон третьего акта школьного спектакля, комедии большого социального значения под названием «Проблема»
Чарли«.»
- В чем же его проблема?
- Прыщи, - ответил Мэтт и усмехнулся.
Они вместе направились к дверям. Мэтт задержался, чтобы натянуть старенький выцветший школьный пиджак.
Бен подумал, что, если не обращать внимания на лицо - умное, но мечтательное и какое-то невинное, - по фигуре Мэтта скорее примешь за стареющего тренера-легкоатлета, чем за домоседа-словесника.
- Послушайте, - обратился к нему Мэтт, когда они вышли на крыльцо, - а что вы думаете делать в пятницу?
- Не знаю, - отозвался Бен. - Я думал, можно бы сходить в кино со Сьюзан. Короче говоря, что-то в этом роде.
- Мне пришло в голову кое-что другое, - сказал Мэтт. - Может, образуем втроем комиссию и съездим наверх, к дому Марстена, представимся новому владельцу. От имени города, разумеется.
- Конечно, - сказал Бен, - всего лишь из обычной вежливости, правда?
- Деревня явится рассказать о себе новому члену общества, - поддакнул Мэтт.
- Поговорю сегодня со Сьюзан. Думаю, она будет за.
- Хорошо.
Ситроен Бена с мурлыканьем двинулся прочь, Мэтт поднял руку и помахал. Бен в ответ дважды нажал на гудок, а потом задние фары Ситроена исчезли за холмом. Шум мотора замер вдали, но Мэтт еще добрую минуту стоял на крыльце, сунув руки в карманы пиджака, обратив взгляд к дому на холме.
В четверг вечером репетиции не было, и около девяти Мэтт заехал к Деллу, пропустить пару-тройку стаканчиков пива. Если бы чертов недомерок Джимми Коди не прописал ему от бессонницы такое средство, Мэтт сделал бы это сам.
В те вечера, когда музыканты не играли, у Делла было практически пусто. Мэтт увидел только троих знакомых: Проныру Крейга, медленно опустошающего в уголке кружку пива, Флойда Тиббитса с грозовыми тучами на челе (на этой неделе он трижды говорил со Сьюзан, два раза - по телефону и один раз лично, в гостиной Нортонов, но успеха не добился) и Майка Райерсона, сидевшего у стены в одной из дальних кабинок.
Мэтт подошел к стойке, где Делл Марки протирал стаканы и смотрел по переносному телевизору «Айронсайд».
- Привет, Мэтт. Как дела?
- Отлично. Тихий вечер.
Делл пожал плечами.
- Да. В Гэйтсе в киношке крутят пару картин с мотоциклами. С этим я тягаться не могу. Стакан или кувшин?
- Давай кувшин.
Делл наполнил кувшин, сдул пену и долил еще пару дюймов. Мэтт расплатился и, секунду поколебавшись, направился к кабинке Майка. Майк, как большая часть молодежи Удела, прошел через один из классов, где Мэтт преподавал английский. К тому же он был симпатичен Мэтту: при заурядном интеллекте парень проделал работу выше среднего уровня, поскольку трудился в поте лица, вновь и вновь расспрашивая о том, чего не понял, пока не схватывал смысл. Вдобавок он шутил без напряжения, обладал чистым чувством юмора и такой приятной чертой, как независимая манера держаться, что и делало его любимцем класса.
- Привет, Майк, - поздоровался Мэтт. - Можно к тебе присоединиться?
Майк Райерсон поднял глаза, и Мэтт ощутил потрясение - словно дотронулся до проводов под током. Первой его реакцией было: наркотики. Сильные наркотики.
- Конечно, мистер Бэрк. Садитесь. - Апатичный голос, кожа страшного, нездорового белого цвета, под глазами - глубокие темные тени. Сами глаза казались ненормально большими и лихорадочными. В полумраке кафе руки Майка двигались над столом медленно, как у призрака. Перед ним стоял нетронутый стакан пива.
- Как жизнь, Майк? - Справляясь с дрожью в руках, Мэтт наполнил свою кружку. Жизнь самого Мэтта всегда напоминала график с модулированными подъемами и спусками (да и те последние тринадцать лет, после смерти матери учителя, пребывали в предгорье), и ее ровное, гладкое течение мало что нарушало. Например, то, как жалко заканчивал свои дни кое-кто из его учеников. Билли Ройко разбился на вертолете во Вьетнаме за два месяца до прекращения огня, Салли Грир (одну из самых блестящих и живых учениц Мэтта) отправил на тот свет пьяный дружок, когда девушка сказала, что хочет с ним порвать, Гэри Коулмен ослеп из-за некого таинственного вырождения зрительного нерва, брат Бадди Мэйберри, Дуг (единственный хороший парнишка во всем полоумном клане) утонул на пляже «Старый сад»… да еще наркотики - маленькая смерть. Из канувших в воды Леты не все сочли нужным искупаться в ней, однако было довольно ребят, сделавших грезы своим хлебом насущным.
- Жизнь? - медленно произнес Майк. - Не знаю, мистер Бэрк. Не очень, чтобы очень.
- На какую пакость ты сел, Майк? - осторожно спросил Мэтт.
- Кстати о Сьюзан…
- Ухаживающий самец в полном оперении, - сказал Мэтт. - Между прочим, мне надо в школу. Очередной черновой прогон третьего акта школьного спектакля, комедии большого социального значения под названием «Проблема»
Чарли«.»
- В чем же его проблема?
- Прыщи, - ответил Мэтт и усмехнулся.
Они вместе направились к дверям. Мэтт задержался, чтобы натянуть старенький выцветший школьный пиджак.
Бен подумал, что, если не обращать внимания на лицо - умное, но мечтательное и какое-то невинное, - по фигуре Мэтта скорее примешь за стареющего тренера-легкоатлета, чем за домоседа-словесника.
- Послушайте, - обратился к нему Мэтт, когда они вышли на крыльцо, - а что вы думаете делать в пятницу?
- Не знаю, - отозвался Бен. - Я думал, можно бы сходить в кино со Сьюзан. Короче говоря, что-то в этом роде.
- Мне пришло в голову кое-что другое, - сказал Мэтт. - Может, образуем втроем комиссию и съездим наверх, к дому Марстена, представимся новому владельцу. От имени города, разумеется.
- Конечно, - сказал Бен, - всего лишь из обычной вежливости, правда?
- Деревня явится рассказать о себе новому члену общества, - поддакнул Мэтт.
- Поговорю сегодня со Сьюзан. Думаю, она будет за.
- Хорошо.
Ситроен Бена с мурлыканьем двинулся прочь, Мэтт поднял руку и помахал. Бен в ответ дважды нажал на гудок, а потом задние фары Ситроена исчезли за холмом. Шум мотора замер вдали, но Мэтт еще добрую минуту стоял на крыльце, сунув руки в карманы пиджака, обратив взгляд к дому на холме.
В четверг вечером репетиции не было, и около девяти Мэтт заехал к Деллу, пропустить пару-тройку стаканчиков пива. Если бы чертов недомерок Джимми Коди не прописал ему от бессонницы такое средство, Мэтт сделал бы это сам.
В те вечера, когда музыканты не играли, у Делла было практически пусто. Мэтт увидел только троих знакомых: Проныру Крейга, медленно опустошающего в уголке кружку пива, Флойда Тиббитса с грозовыми тучами на челе (на этой неделе он трижды говорил со Сьюзан, два раза - по телефону и один раз лично, в гостиной Нортонов, но успеха не добился) и Майка Райерсона, сидевшего у стены в одной из дальних кабинок.
Мэтт подошел к стойке, где Делл Марки протирал стаканы и смотрел по переносному телевизору «Айронсайд».
- Привет, Мэтт. Как дела?
- Отлично. Тихий вечер.
Делл пожал плечами.
- Да. В Гэйтсе в киношке крутят пару картин с мотоциклами. С этим я тягаться не могу. Стакан или кувшин?
- Давай кувшин.
Делл наполнил кувшин, сдул пену и долил еще пару дюймов. Мэтт расплатился и, секунду поколебавшись, направился к кабинке Майка. Майк, как большая часть молодежи Удела, прошел через один из классов, где Мэтт преподавал английский. К тому же он был симпатичен Мэтту: при заурядном интеллекте парень проделал работу выше среднего уровня, поскольку трудился в поте лица, вновь и вновь расспрашивая о том, чего не понял, пока не схватывал смысл. Вдобавок он шутил без напряжения, обладал чистым чувством юмора и такой приятной чертой, как независимая манера держаться, что и делало его любимцем класса.
- Привет, Майк, - поздоровался Мэтт. - Можно к тебе присоединиться?
Майк Райерсон поднял глаза, и Мэтт ощутил потрясение - словно дотронулся до проводов под током. Первой его реакцией было: наркотики. Сильные наркотики.
- Конечно, мистер Бэрк. Садитесь. - Апатичный голос, кожа страшного, нездорового белого цвета, под глазами - глубокие темные тени. Сами глаза казались ненормально большими и лихорадочными. В полумраке кафе руки Майка двигались над столом медленно, как у призрака. Перед ним стоял нетронутый стакан пива.
- Как жизнь, Майк? - Справляясь с дрожью в руках, Мэтт наполнил свою кружку. Жизнь самого Мэтта всегда напоминала график с модулированными подъемами и спусками (да и те последние тринадцать лет, после смерти матери учителя, пребывали в предгорье), и ее ровное, гладкое течение мало что нарушало. Например, то, как жалко заканчивал свои дни кое-кто из его учеников. Билли Ройко разбился на вертолете во Вьетнаме за два месяца до прекращения огня, Салли Грир (одну из самых блестящих и живых учениц Мэтта) отправил на тот свет пьяный дружок, когда девушка сказала, что хочет с ним порвать, Гэри Коулмен ослеп из-за некого таинственного вырождения зрительного нерва, брат Бадди Мэйберри, Дуг (единственный хороший парнишка во всем полоумном клане) утонул на пляже «Старый сад»… да еще наркотики - маленькая смерть. Из канувших в воды Леты не все сочли нужным искупаться в ней, однако было довольно ребят, сделавших грезы своим хлебом насущным.
- Жизнь? - медленно произнес Майк. - Не знаю, мистер Бэрк. Не очень, чтобы очень.
- На какую пакость ты сел, Майк? - осторожно спросил Мэтт.
Страница 71 из 181
