Никто не пишет длинный роман в одиночку, и мне хотелось бы на минуту отвлечь ваше внимание, чтобы поблагодарить тех людей, которые помогли мне с этой книгой: Дж. Эверетта Мак-Катчена из Хэмпденской академии - за поддержку и дельные предложения, доктора Джона Пирсона из Олдтауна, штат Мэн, медицинского эксперта округа Пенобскот, обладающего прекрасным стажем в самой замечательной врачебной специальности - общей терапии, отца Ренолда Холли из костела Святого Иоанна, Бангор, штат Мэн. И, конечно, мою жену, чья критика была столь же суровой и прямой, как всегда. Хотя окружающие Салимов Удел городки весьма реальны, сам Салимов Удел существует целиком и полностью в воображении автора и всякое сходство между его обитателями и теми, кто живет в реальном мире, случайно и непреднамеренно.
Добавить в моё избранное
628 мин, 15 сек 16919
Гениталии поджались. Что, скажите на милость, получило приглашение войти к нему в дом?
Стало слышно, как в комнате для гостей осторожно отодвигают шпингалет окна. Потом окно толкнули кверху, дерево со скрипом прошлось по дереву.
Можно было пойти вниз. Сбегать в столовую, взять со столика Библию. Бегом вернуться наверх, рывком распахнуть дверь в комнату для гостей, высоко поднять Библию: Во имя Отца, Сына и Святого Духа, приказываю - изыди…
Но кто был в комнате?
Если ночью что-то будет нужно, зови меня.
Но я не могу, Майк. Я старый человек. Мне страшно.
В мозг Мэтта вторглась ночь, превратив его в клоунаду вселяющих ужас образов, которые плясали, то появляясь из тени, то исчезая в ней. Белые клоунские лица, огромные глаза, острые зубы. Из теней выскальзывали силуэты с длинными руками, они тянулись к… к… Мэтт со стоном закрыл лицо руками.
Не могу. Боюсь.
Учитель не сумел бы подняться даже, если бы начала поворачиваться латунная ручка двери в его собственную спальню. Страх парализовал его. Он бешено жалел, что вечером поехал к Деллу.
Мне страшно.
И, бессильно сидя на постели, спрятав в ладонях лицо, в страшной, гнетущей тишине дома Мэтт услышал высокий, радостный, злобный детский смех…
…а потом чмоканье.
Зови сюда катальщика сигар.
Он мускулист - так пусть твоею волей
сгоняет в миски похоть творога.
А девкам - выходной, пусть их гуляют
в том платье, что носить не привыкать.
Мальчишки, натащите нам цветов,
в газеты завернув за прошлый месяц.
Пусть «кажется» придет конец. Довольно!
На трон взошел пломбирный император,
отныне правит всем лишь он один.
Возьми из шкафчика без трех стеклянных ручек
ту простыню, что некогда она
сама тремя расшила голубями,
и расстели, укрыв ее лицо.
Покажутся натруженные ноги -
так только для того, чтоб понял ты,
как холодна она и бессловесна.
Задушен, луч светильника пропал -
пломбирный император правит бал.
Уоллес Стивенс
…В колонне сей дыра.
Ты видишь Королеву Мертвых?
Джордж Сеферис
8. БЕН (3)
Должно быть, стучали уже давно - стук словно бы эхом разносился вдаль улиц его сна, а он тем временем боролся, освобождаясь от дремоты. Кругом царила тьма, но, обернувшись, чтобы схватить часы и поднести к лицу, он сшиб их на пол. Он чувствовал, что сбит с толку и напуган.
- Кто там? - крикнул он.
- Это Ева, мистер Мирс. Вас к телефону.
Он встал, натянул штаны и, голый до пояса, открыл. Там стояла Ева Миллер в белом махровом халате, с лицом, полным тупой уязвимости человека, на две пятых еще спящего. Они, не таясь, переглянулись, и Бен подумал: кто-то заболел? умер?
- Межгород?
- Нет, это Мэтью Бэрк.
Знание не принесло должного облегчения.
- Который час?
- Начало пятого. Судя по тону, мистер Бэрк очень расстроен.
Бен спустился вниз и взял трубку.
- Слушаю, Мэтт.
Мэтт быстро дышал в трубку. Воздух вырывался резкими короткими всхлипами.
- Бен, можете приехать? Прямо сейчас?
- Да, конечно. А в чем дело? Вы заболели?
- Не по телефону. Просто приезжайте.
- Буду через десять минут.
- Бен…
- Да?
- У вас нет распятия? Или образка Святого Христофора? Чего-нибудь такого?
- Черт, нету. Я баптист… бывший.
- Ладно. Приезжайте побыстрее.
Бен повесил трубку и поспешно вернулся наверх. Ева стояла, положив ладонь на столбик перил, лицо переполняли тревога и нерешительность: с одной стороны, хотелось знать, с другой, не было желания вмешиваться в дела жильца.
- Мистер Мирс, мистер Бэрк заболел?
- Говорит, что нет. Он просто попросил меня… скажите, вы католичка?
- Мой муж был католиком.
- У вас есть распятие, или розарий, или образок Святого Христофора?
- Ну… в спальне - крест моего мужа… я могла бы…
- Да, пожалуйста.
Она пошла по коридору, шаркая меховыми тапочками по выцветшим полоскам ковра. Бен вошел к себе в комнату, натянул вчерашнюю рубашку и скользнул босыми ногами в кроссовки. Когда он снова вышел в коридор, у дверей стояла Ева, держа крест, блеснувший на свету тусклым серебром.
- Спасибо, - сказал Бен, взявшись за крест.
- Мистер Бэрк просил вас об этом?
- Вот именно.
Еще больше очнувшись от сна, она нахмурилась.
- Он не католик. По-моему, он не ходит в церковь.
- Он ничего не объяснил мне.
Стало слышно, как в комнате для гостей осторожно отодвигают шпингалет окна. Потом окно толкнули кверху, дерево со скрипом прошлось по дереву.
Можно было пойти вниз. Сбегать в столовую, взять со столика Библию. Бегом вернуться наверх, рывком распахнуть дверь в комнату для гостей, высоко поднять Библию: Во имя Отца, Сына и Святого Духа, приказываю - изыди…
Но кто был в комнате?
Если ночью что-то будет нужно, зови меня.
Но я не могу, Майк. Я старый человек. Мне страшно.
В мозг Мэтта вторглась ночь, превратив его в клоунаду вселяющих ужас образов, которые плясали, то появляясь из тени, то исчезая в ней. Белые клоунские лица, огромные глаза, острые зубы. Из теней выскальзывали силуэты с длинными руками, они тянулись к… к… Мэтт со стоном закрыл лицо руками.
Не могу. Боюсь.
Учитель не сумел бы подняться даже, если бы начала поворачиваться латунная ручка двери в его собственную спальню. Страх парализовал его. Он бешено жалел, что вечером поехал к Деллу.
Мне страшно.
И, бессильно сидя на постели, спрятав в ладонях лицо, в страшной, гнетущей тишине дома Мэтт услышал высокий, радостный, злобный детский смех…
…а потом чмоканье.
Часть вторая. Пломбирный император.
Зови сюда катальщика сигар.
Он мускулист - так пусть твоею волей
сгоняет в миски похоть творога.
А девкам - выходной, пусть их гуляют
в том платье, что носить не привыкать.
Мальчишки, натащите нам цветов,
в газеты завернув за прошлый месяц.
Пусть «кажется» придет конец. Довольно!
На трон взошел пломбирный император,
отныне правит всем лишь он один.
Возьми из шкафчика без трех стеклянных ручек
ту простыню, что некогда она
сама тремя расшила голубями,
и расстели, укрыв ее лицо.
Покажутся натруженные ноги -
так только для того, чтоб понял ты,
как холодна она и бессловесна.
Задушен, луч светильника пропал -
пломбирный император правит бал.
Уоллес Стивенс
…В колонне сей дыра.
Ты видишь Королеву Мертвых?
Джордж Сеферис
8. БЕН (3)
Должно быть, стучали уже давно - стук словно бы эхом разносился вдаль улиц его сна, а он тем временем боролся, освобождаясь от дремоты. Кругом царила тьма, но, обернувшись, чтобы схватить часы и поднести к лицу, он сшиб их на пол. Он чувствовал, что сбит с толку и напуган.
- Кто там? - крикнул он.
- Это Ева, мистер Мирс. Вас к телефону.
Он встал, натянул штаны и, голый до пояса, открыл. Там стояла Ева Миллер в белом махровом халате, с лицом, полным тупой уязвимости человека, на две пятых еще спящего. Они, не таясь, переглянулись, и Бен подумал: кто-то заболел? умер?
- Межгород?
- Нет, это Мэтью Бэрк.
Знание не принесло должного облегчения.
- Который час?
- Начало пятого. Судя по тону, мистер Бэрк очень расстроен.
Бен спустился вниз и взял трубку.
- Слушаю, Мэтт.
Мэтт быстро дышал в трубку. Воздух вырывался резкими короткими всхлипами.
- Бен, можете приехать? Прямо сейчас?
- Да, конечно. А в чем дело? Вы заболели?
- Не по телефону. Просто приезжайте.
- Буду через десять минут.
- Бен…
- Да?
- У вас нет распятия? Или образка Святого Христофора? Чего-нибудь такого?
- Черт, нету. Я баптист… бывший.
- Ладно. Приезжайте побыстрее.
Бен повесил трубку и поспешно вернулся наверх. Ева стояла, положив ладонь на столбик перил, лицо переполняли тревога и нерешительность: с одной стороны, хотелось знать, с другой, не было желания вмешиваться в дела жильца.
- Мистер Мирс, мистер Бэрк заболел?
- Говорит, что нет. Он просто попросил меня… скажите, вы католичка?
- Мой муж был католиком.
- У вас есть распятие, или розарий, или образок Святого Христофора?
- Ну… в спальне - крест моего мужа… я могла бы…
- Да, пожалуйста.
Она пошла по коридору, шаркая меховыми тапочками по выцветшим полоскам ковра. Бен вошел к себе в комнату, натянул вчерашнюю рубашку и скользнул босыми ногами в кроссовки. Когда он снова вышел в коридор, у дверей стояла Ева, держа крест, блеснувший на свету тусклым серебром.
- Спасибо, - сказал Бен, взявшись за крест.
- Мистер Бэрк просил вас об этом?
- Вот именно.
Еще больше очнувшись от сна, она нахмурилась.
- Он не католик. По-моему, он не ходит в церковь.
- Он ничего не объяснил мне.
Страница 74 из 181
