Вообще-то люди на шрамы не пялятся. Разок, конечно, взглянут и отводят глаза в сторону. Знаете, как это бывает - беглый взгляд, потом опускают глаза и взглядывают еще раз. Но быстро. Шрамы - не картинка из фильма «ужасов», хотя рассмотреть тоже интересно. Капитан Пит Мак-Киннон, пожарный и следователь по поджогам, сидел напротив меня, обхватив крупными ладонями чашку ледяного чая, который принесла ему Мэри, наша секретарша. И он пристально глядел на мои руки - куда мужчины обычно стараются не смотреть. Он пялился на шрамы и ничуть этим не смущался.
Добавить в моё избранное
558 мин, 15 сек 3333
— Как ты? — спросил он.
— Что там у вас? — донесся голос Фултона.
— Пока ничего, — ответил Врен.
— Все нормально, — сказала я.
— Доложите обстановку, — потребовал Фултон.
— Четырех гробов не хватает. Два могли утонуть, но все равно нет еще двух. Вот мы и гадаем, куда они девались.
— Поосторожнее там, внизу.
— Как девственница в брачную ночь, — ответила я шепотом.
Кто-то засмеялся. Всегда приятно поднять людям настроение.
Я попыталась топнуть по следующей ступеньке, глубиной уже по колено, и нога поскользнулась. Только хватка руки на перилах помешала мне полететь вниз. Я плюхнулась в воду по подбородок, ощущая себя перепуганной идиоткой. Комбинация качеств, которая не приводит меня в восторг.
Врен подошел ко мне. Луч фонаря забегал по воде, пока Врен помогал мне встать. Помощь была мне нужна. Я подняла к свету браунинг, с которого капала вода.
— А пистолет будет работать? — спросил Врен.
— Да хоть под водой стрелять можно, — ответила я. Забавно, сколько народу думает, будто капля воды приводит пистолет в негодность. Потом, конечно, его надо тщательно вычистить, но во время стрельбы вода не мешает. Дни, когда надо было держать порох сухим, остались далеко в прошлом.
Я спустилась до конца и медленно сошла в холодную воду. Дышала я неровно, отрывисто. Все-таки боялась, мать его перемать. Встав в воде на ноги и отпустив перила, я могла бы полезть в карман за фонарем или вытащить обрез из чехла за спиной. Но сначала я подождала, пока спустится детектив Тамми, чтобы она меня прикрыла. Насколько она это может, я не знала, но все-таки лучше, чем ничего.
Вода доходила мне до груди — не до подмышек, но почти. Я медленно двинулась вперед, скорее наплывом, чем шагом, держа оружие в двух руках и готовая к действию. Настолько, конечно, готовая, насколько можно быть по грудь в воде в космическом скафандре с чужого плеча.
Очень мне не нравилось, что нет двух гробов с вампирами. Может, они утонули, но у меня живот сводило от напряженного ожидания, что сейчас меня дернут за ноги и уволокут под воду.
Тут я наткнулась ногой на что-то твердое, и на секунду у меня перехватило дыхание. Я потыкала ногой. Кажется, банка с краской. В конце концов, даже вампиры держат в подвалах всякое барахло — как и мы с вами.
— Под ногами какой-то предмет, — сказала я.
— Доклад настоящего пожарного, — прокомментировал Врен.
— Гроб? — спросила с лестницы детектив Тамми. Слезла в воду наконец.
— Да нет, какая-то банка.
Гроб почти подплыл ко мне. Без усилия. Я протянула руку, удерживая его на расстоянии.
— Когда Врен и Таккер доберутся до этого гроба, я отойду в сторону. Прикрой меня, пока я вытащу обрез.
— Будет сделано, — отозвалась Тамми.
Она держала фонарь над пистолетом, и свет передвигался вслед за стволом. Тамми была готова уловить в воде малейшее, движение. Когда я это увидела, напряжение несколько отпустило меня.
— Гроб не открывать, пока я не буду готова, — сказала я и успела сообразить, что дышу нормально. Удушающая теснота отступила под приливом адреналина от ситуации — по грудь в воде в окружении вампиров. Фобию оставим на потом, если живы будем.
Врен и Таккер взялись за гроб с двух концов. Даже им было трудно двигаться в воде в полном снаряжении.
— Рейнольдс, достаю обрез.
— Прикрываю, — ответила она.
Я отошла назад и перебросила чехол со спины на грудь. На миг задумалась: куда девать браунинг — в карман штанов или в чехол? Лучше в чехол. Он у меня будет спереди, и пистолет достать будет легче. Если придется.
Вынув обрез, я уперла приклад в плечо, изготовилась к стрельбе, насколько в воде это возможно, и скомандовала:
— Открывайте.
Таккер придержала гроб, и Врен отбросил крышку, заслонив гроб от меня.
— Врен, ты мне заслонив гроб.
—Что?
— Шаг вправо! — велела я.
Он сделал шаг без дальнейших вопросов, но и эта задержка могла стоить ему раны или смерти. Вампирша лежала на спине, длинные волосы рассыпались вокруг бледного лица, одна рука прижата к груди, как у спящего ребенка.
— Ее можно двигать? - спросил Врен.
— Делай что хочешь, только больше не загораживай мне выстрел.
— Извини, — ответил он, и даже по рации чувствовалось, как он уязвлен.
Но у меня не было времени утешать его самолюбие: все внимание сосредоточилось на вампирах, которые могут появиться совершенно неожиданно. В основном я следила за той, что была в гробу, но в этом костюме у меня не было периферийного зрения. И слух снижен более чем вполовину. Я чувствовала себя совершенно не готовой.
— А почему у нас кресты не светятся? — спросила Рейнольдс.
— Они не должны светиться в присутствии мертвых тел.
Врен и Таккер старались засунуть тело в мешок, но это не очень получалось.
— Что там у вас? — донесся голос Фултона.
— Пока ничего, — ответил Врен.
— Все нормально, — сказала я.
— Доложите обстановку, — потребовал Фултон.
— Четырех гробов не хватает. Два могли утонуть, но все равно нет еще двух. Вот мы и гадаем, куда они девались.
— Поосторожнее там, внизу.
— Как девственница в брачную ночь, — ответила я шепотом.
Кто-то засмеялся. Всегда приятно поднять людям настроение.
Я попыталась топнуть по следующей ступеньке, глубиной уже по колено, и нога поскользнулась. Только хватка руки на перилах помешала мне полететь вниз. Я плюхнулась в воду по подбородок, ощущая себя перепуганной идиоткой. Комбинация качеств, которая не приводит меня в восторг.
Врен подошел ко мне. Луч фонаря забегал по воде, пока Врен помогал мне встать. Помощь была мне нужна. Я подняла к свету браунинг, с которого капала вода.
— А пистолет будет работать? — спросил Врен.
— Да хоть под водой стрелять можно, — ответила я. Забавно, сколько народу думает, будто капля воды приводит пистолет в негодность. Потом, конечно, его надо тщательно вычистить, но во время стрельбы вода не мешает. Дни, когда надо было держать порох сухим, остались далеко в прошлом.
Я спустилась до конца и медленно сошла в холодную воду. Дышала я неровно, отрывисто. Все-таки боялась, мать его перемать. Встав в воде на ноги и отпустив перила, я могла бы полезть в карман за фонарем или вытащить обрез из чехла за спиной. Но сначала я подождала, пока спустится детектив Тамми, чтобы она меня прикрыла. Насколько она это может, я не знала, но все-таки лучше, чем ничего.
Вода доходила мне до груди — не до подмышек, но почти. Я медленно двинулась вперед, скорее наплывом, чем шагом, держа оружие в двух руках и готовая к действию. Настолько, конечно, готовая, насколько можно быть по грудь в воде в космическом скафандре с чужого плеча.
Очень мне не нравилось, что нет двух гробов с вампирами. Может, они утонули, но у меня живот сводило от напряженного ожидания, что сейчас меня дернут за ноги и уволокут под воду.
Тут я наткнулась ногой на что-то твердое, и на секунду у меня перехватило дыхание. Я потыкала ногой. Кажется, банка с краской. В конце концов, даже вампиры держат в подвалах всякое барахло — как и мы с вами.
— Под ногами какой-то предмет, — сказала я.
— Доклад настоящего пожарного, — прокомментировал Врен.
— Гроб? — спросила с лестницы детектив Тамми. Слезла в воду наконец.
— Да нет, какая-то банка.
Гроб почти подплыл ко мне. Без усилия. Я протянула руку, удерживая его на расстоянии.
— Когда Врен и Таккер доберутся до этого гроба, я отойду в сторону. Прикрой меня, пока я вытащу обрез.
— Будет сделано, — отозвалась Тамми.
Она держала фонарь над пистолетом, и свет передвигался вслед за стволом. Тамми была готова уловить в воде малейшее, движение. Когда я это увидела, напряжение несколько отпустило меня.
— Гроб не открывать, пока я не буду готова, — сказала я и успела сообразить, что дышу нормально. Удушающая теснота отступила под приливом адреналина от ситуации — по грудь в воде в окружении вампиров. Фобию оставим на потом, если живы будем.
Врен и Таккер взялись за гроб с двух концов. Даже им было трудно двигаться в воде в полном снаряжении.
— Рейнольдс, достаю обрез.
— Прикрываю, — ответила она.
Я отошла назад и перебросила чехол со спины на грудь. На миг задумалась: куда девать браунинг — в карман штанов или в чехол? Лучше в чехол. Он у меня будет спереди, и пистолет достать будет легче. Если придется.
Вынув обрез, я уперла приклад в плечо, изготовилась к стрельбе, насколько в воде это возможно, и скомандовала:
— Открывайте.
Таккер придержала гроб, и Врен отбросил крышку, заслонив гроб от меня.
— Врен, ты мне заслонив гроб.
—Что?
— Шаг вправо! — велела я.
Он сделал шаг без дальнейших вопросов, но и эта задержка могла стоить ему раны или смерти. Вампирша лежала на спине, длинные волосы рассыпались вокруг бледного лица, одна рука прижата к груди, как у спящего ребенка.
— Ее можно двигать? - спросил Врен.
— Делай что хочешь, только больше не загораживай мне выстрел.
— Извини, — ответил он, и даже по рации чувствовалось, как он уязвлен.
Но у меня не было времени утешать его самолюбие: все внимание сосредоточилось на вампирах, которые могут появиться совершенно неожиданно. В основном я следила за той, что была в гробу, но в этом костюме у меня не было периферийного зрения. И слух снижен более чем вполовину. Я чувствовала себя совершенно не готовой.
— А почему у нас кресты не светятся? — спросила Рейнольдс.
— Они не должны светиться в присутствии мертвых тел.
Врен и Таккер старались засунуть тело в мешок, но это не очень получалось.
Страница 127 из 151
