Вообще-то люди на шрамы не пялятся. Разок, конечно, взглянут и отводят глаза в сторону. Знаете, как это бывает - беглый взгляд, потом опускают глаза и взглядывают еще раз. Но быстро. Шрамы - не картинка из фильма «ужасов», хотя рассмотреть тоже интересно. Капитан Пит Мак-Киннон, пожарный и следователь по поджогам, сидел напротив меня, обхватив крупными ладонями чашку ледяного чая, который принесла ему Мэри, наша секретарша. И он пристально глядел на мои руки - куда мужчины обычно стараются не смотреть. Он пялился на шрамы и ничуть этим не смущался.
Добавить в моё избранное
558 мин, 15 сек 3246
Фернандо ухмыльнулся мне в лицо:
- Странник не дал мне Ханну.
Меня начало трясти - мелкой дрожью, возникшей в руках, захватившей плечи, все тело. Никогда никого мне так не хотелось убить, как вот этого здесь и сейчас. Он скользнул босиком вниз по лестнице, поглаживая линию волос, начинавшуюся у него на животе, потирая руки о шелк собственных штанов.
- Может, мне и тебя удастся приковать к стене, - сказал он.
Я почувствовала, как по моему лицу расплывается улыбка, и сказала очень старательно - иначе бы завопила, застрелила бы его. Это я знала так же точно, как то, что здесь стою.
- Кто тебе помогал?
Падма остановил сына, обняв его руками. На лице Мастера вампиров отразился неподдельный страх. Сын его был слишком самодоволен или глуп, чтобы понять ситуацию.
- Я сам справился.
Смех, который из меня вырвался, мог бы задушить горечью.
- Столько вреда ты бы один не наделал. Кто тебе помогал?
Странник положил руку на плечо Фернандо:
- Другие, безымянные. Если эта женщина сможет тебе рассказать, пусть. Если нет, значит, тебе не надо знать. Охотиться на них ты не будешь, Истребительница.
- Сегодня - нет. - Трясущая меня дрожь стала стихать. Ледяной центр моего существа, то место, где я отказалась от части самой себя, стал расширяться, заполняя меня. Я была спокойна, смертельно спокойна. Могла сейчас перестрелять их всех, не моргнув глазом. - Но ты сам сказал. Странник: будут и другие ночи.
Джейсон что-то тихо говорил, и Сильвия отвечала. Я глянула на нее. Она не плакала. Лицо ее побледнело и окаменело, будто она держала все внутри, крепко и туго. Джейсон отстегнул цепи, и Сильвия сползла вниз. Он попытался подтянуть ей штаны, но она его оттолкнула.
- Позволь я помогу, - предложила я.
Сильвия хотела подтянуть штаны сама, но руки ее не слушались. Она повозилась и рухнула набок в слезах.
Я начала ее одевать, и она не мешала мне. Где могла, она помогала, но руки у нее так тряслись, что она мало что могла сделать.
Брюки у нее были из розового полотна, трусов я не нашла. Их не было. Я знала, что раньше они были, потому что Сильвия не вышла бы без них. Она леди, а леди так не делают.
Когда все уже было прикрыто, она подняла на меня взгляд. Такое было в ее карих глазах, что мне захотелось отвернуться, но я себе не позволила. Если она могла перенести всю ту муку, что сейчас отразилась на ее лице, то самое меньшее, что я могу сделать, - не отводить взгляд. Не моргнуть. Я даже плакать перестала.
- Я не выдала стаю, - сказала она.
- Знаю, - ответила я. Мне хотелось до нее дотронуться, поддержать, но я не решалась.
Она рухнула лицом вперед, всхлипывая - не плача, но всхлипывая так, будто выплакивает внутренности по кускам. Я осторожно обняла ее за плечи. Она припала ко мне, держась за меня. Наполовину она лежала у меня в руках, наполовину на коленях, и я медленно ее укачивала. Наклонившись к ее уху, я тихо выдохнула:
- Он покойник. Все они покойники.
Она медленно затихла, потом посмотрела на меня:
- Клянешься?
- Клянусь.
Она припала ко мне и тихо сказала:
- Я не стану убивать Ричарда.
- И хорошо, потому что мне не хотелось бы убивать тебя.
Она засмеялась, и смех тут же перешел в плач, но тише, спокойнее, без того отчаяния.
Я посмотрела на остальных. Мужчины, живые и мертвые,
глядели на меня.
- Рафаэль идет с нами, дебаты окончены.
- Очень хорошо, - кивнул Падма.
Фернандо обернулся к нему:
- Отец, этого нельзя! Волки - ладно, но не Царь Крыс.
- Тише, Фернандо.
- Ему нельзя позволить жить, если он не покорится!
- Ты недостаточно крыса, чтобы стать для него доминантом, Фернандо? - спросила я. - Он сильнее, чем ты можешь вообще быть, и за это ты его ненавидишь.
Фернандо шагнул ко мне. Падма и Странник удержали его, взяв каждый за плечо.
Жан-Клод встал между нами.
- Пойдем отсюда, mа petite. Ночь выдалась утомительная.
Странник медленно отступил от Фернандо. Не знаю, кому из нас он меньше доверял - мне или крысенку. Потом Странник медленно отстегнул цепи Рафаэля. Крысолюд все еще был в обмороке, безразличный к своей судьбе.
Я встала, Сильвия поднялась вместе со мной. Она отодвинулась от меня, попыталась идти сама и чуть не упала. Я подхватила ее, Джейсон поймал ее за вторую руку.
Фернандо захихикал.
Сильвия споткнулась, будто получила пощечину. Этот смешок резал сильнее любых слов. Я приложила губы к ее щеке, прижала свободной рукой ее лицо к своему, шепнула прямо в ухо:
- Не забудь, он покойник.
Она на миг прижалась ко мне, потом кивнула, выпрямилась и позволила Джейсону отвести себя к лестнице.
Жан-Клод как можно бережнее поднял Рафаэля и положил его себе на плечи. Рафаэль застонал, руки его сжались в кулаки, но глаз он не открыл.
- Странник не дал мне Ханну.
Меня начало трясти - мелкой дрожью, возникшей в руках, захватившей плечи, все тело. Никогда никого мне так не хотелось убить, как вот этого здесь и сейчас. Он скользнул босиком вниз по лестнице, поглаживая линию волос, начинавшуюся у него на животе, потирая руки о шелк собственных штанов.
- Может, мне и тебя удастся приковать к стене, - сказал он.
Я почувствовала, как по моему лицу расплывается улыбка, и сказала очень старательно - иначе бы завопила, застрелила бы его. Это я знала так же точно, как то, что здесь стою.
- Кто тебе помогал?
Падма остановил сына, обняв его руками. На лице Мастера вампиров отразился неподдельный страх. Сын его был слишком самодоволен или глуп, чтобы понять ситуацию.
- Я сам справился.
Смех, который из меня вырвался, мог бы задушить горечью.
- Столько вреда ты бы один не наделал. Кто тебе помогал?
Странник положил руку на плечо Фернандо:
- Другие, безымянные. Если эта женщина сможет тебе рассказать, пусть. Если нет, значит, тебе не надо знать. Охотиться на них ты не будешь, Истребительница.
- Сегодня - нет. - Трясущая меня дрожь стала стихать. Ледяной центр моего существа, то место, где я отказалась от части самой себя, стал расширяться, заполняя меня. Я была спокойна, смертельно спокойна. Могла сейчас перестрелять их всех, не моргнув глазом. - Но ты сам сказал. Странник: будут и другие ночи.
Джейсон что-то тихо говорил, и Сильвия отвечала. Я глянула на нее. Она не плакала. Лицо ее побледнело и окаменело, будто она держала все внутри, крепко и туго. Джейсон отстегнул цепи, и Сильвия сползла вниз. Он попытался подтянуть ей штаны, но она его оттолкнула.
- Позволь я помогу, - предложила я.
Сильвия хотела подтянуть штаны сама, но руки ее не слушались. Она повозилась и рухнула набок в слезах.
Я начала ее одевать, и она не мешала мне. Где могла, она помогала, но руки у нее так тряслись, что она мало что могла сделать.
Брюки у нее были из розового полотна, трусов я не нашла. Их не было. Я знала, что раньше они были, потому что Сильвия не вышла бы без них. Она леди, а леди так не делают.
Когда все уже было прикрыто, она подняла на меня взгляд. Такое было в ее карих глазах, что мне захотелось отвернуться, но я себе не позволила. Если она могла перенести всю ту муку, что сейчас отразилась на ее лице, то самое меньшее, что я могу сделать, - не отводить взгляд. Не моргнуть. Я даже плакать перестала.
- Я не выдала стаю, - сказала она.
- Знаю, - ответила я. Мне хотелось до нее дотронуться, поддержать, но я не решалась.
Она рухнула лицом вперед, всхлипывая - не плача, но всхлипывая так, будто выплакивает внутренности по кускам. Я осторожно обняла ее за плечи. Она припала ко мне, держась за меня. Наполовину она лежала у меня в руках, наполовину на коленях, и я медленно ее укачивала. Наклонившись к ее уху, я тихо выдохнула:
- Он покойник. Все они покойники.
Она медленно затихла, потом посмотрела на меня:
- Клянешься?
- Клянусь.
Она припала ко мне и тихо сказала:
- Я не стану убивать Ричарда.
- И хорошо, потому что мне не хотелось бы убивать тебя.
Она засмеялась, и смех тут же перешел в плач, но тише, спокойнее, без того отчаяния.
Я посмотрела на остальных. Мужчины, живые и мертвые,
глядели на меня.
- Рафаэль идет с нами, дебаты окончены.
- Очень хорошо, - кивнул Падма.
Фернандо обернулся к нему:
- Отец, этого нельзя! Волки - ладно, но не Царь Крыс.
- Тише, Фернандо.
- Ему нельзя позволить жить, если он не покорится!
- Ты недостаточно крыса, чтобы стать для него доминантом, Фернандо? - спросила я. - Он сильнее, чем ты можешь вообще быть, и за это ты его ненавидишь.
Фернандо шагнул ко мне. Падма и Странник удержали его, взяв каждый за плечо.
Жан-Клод встал между нами.
- Пойдем отсюда, mа petite. Ночь выдалась утомительная.
Странник медленно отступил от Фернандо. Не знаю, кому из нас он меньше доверял - мне или крысенку. Потом Странник медленно отстегнул цепи Рафаэля. Крысолюд все еще был в обмороке, безразличный к своей судьбе.
Я встала, Сильвия поднялась вместе со мной. Она отодвинулась от меня, попыталась идти сама и чуть не упала. Я подхватила ее, Джейсон поймал ее за вторую руку.
Фернандо захихикал.
Сильвия споткнулась, будто получила пощечину. Этот смешок резал сильнее любых слов. Я приложила губы к ее щеке, прижала свободной рукой ее лицо к своему, шепнула прямо в ухо:
- Не забудь, он покойник.
Она на миг прижалась ко мне, потом кивнула, выпрямилась и позволила Джейсону отвести себя к лестнице.
Жан-Клод как можно бережнее поднял Рафаэля и положил его себе на плечи. Рафаэль застонал, руки его сжались в кулаки, но глаз он не открыл.
Страница 56 из 151
