Где ты меня ждешь

Остальных подняли на ноги и отправили воевать дальше.

— И ты? — отец не закончил.

— Мне дали 10 человек, велели уйти в горы. Разведчики донесли, что там было поселение, в котором скрывались беглецы. Нам надо было покончить с ними.

— Ужас, — вырвалось у матери.

— Но это оказались ложные сведения, — Вик словно бы не слышал нас.

— Там была засада. Нас схватили, оставив только двоих в качестве пленников. После я обнаружил, что это была террористическая группировка, — Вик горько усмехнулся.

— Нас вывезли оттуда. Около пяти лет мы находились под их контролем.

— Не понимаю, — отец нахмурился, — и никто не потребовал выкупа? Зачем вы были нужны им?

— Не знаю, — Вик равнодушно пожал плечами.

— От нас скрывали все. Большую часть времени мы провели в темных комнатах, связанные. А после… В Мурманске нас отпустили. А знаешь, без документов, нормальной одежды и элементарного осознания, что происходит, выжить было трудно. Все это время я пытался встать на ноги, добиться стабильности… — Ты мог обратиться ко мне, — прервал его отец.

— Как? Тебя увезли в неизвестном мне направлении, — Вик хрустнул пальцами.

— Ни адреса, ни телефона, ничего… Черт возьми, как я мог это сделать? — Вик внезапно горько рассмеялся.

— Лишь полгода назад я смог разыскать тебя. И вот… — О Боже, какой ужас, — повторила зачарованно мама.

— Не надо так ужасаться, — Вик натянуто улыбнулся, — ведь в итоге, я перед вами, цел и невредим. И потом, думаю, войну лучше оставить в прошлом. Давай, Глеб, лучше расскажи, как сам?

Отец стукнул кулаком по столу.

— Какой, к черту, я?! Меня без сознания переправили невесть куда, сказав лишь, что по состоянию здоровья я больше не гожусь в армию. Все мои попытки разыскать старых сослуживцев увенчались неудачей. Все не просто отмалчивались, все вели себя так, будто первый раз об этом слышали. В итоге я добился того, что они пообещали связаться со мной, как только что-нибудь узнают. Но, как понимаешь, мне так ничего и не сообщили. Я смирился с мыслью, что больше никого не увижу, и тут ты… Вик, я даже решил, что с ума сошел.

— Ну, хватит тебе, — Вик недовольно поморщился.

— Ну, а где вы познакомились?

Мама покраснела.

— Я тогда устроился в гараже подрабатывать. Знаешь, с мужиками машины чинили больше по дружбе да по знакомствам. Ну, иногда и заказы перепадали, хорошие. А тут один из клиентов подсобил, денег на развитие дал, и вот мы и стали одной из крупных автомастерских. А Галя тогда привезла машину отца на ремонт, ее принял я. Ну и как понимаешь… — отец смутился.

Вик рассмеялся.

— Не очень романтичная история, — заметил он наконец, и подмигнул мне.

— Марго, уверен, самые интересные детали они утаивают.

— Взрослые всегда что-то утаивают, — отозвалась я с улыбкой.

— Марго, — строго окликнула меня мама.

— Вик, мы обязаны найти остальных! — загорелся отец.

— Ой, Глеб, да хватит тебе, — поморщилась невольно мама.

— Нет бы, порадовался за Вика и забыл весь этот ад.

Краем глаза я заметила, как Вик вздрогнул.

— Я согласен с Галиной, — встал он.

— Глеб, пора начать новую жизнь. Забыть все это… Отец поднялся следом за ним.

— И скольких людей ты так забудешь? Это наши товарищи!

Вик сжал левую руку в кулак.

— Только один раз, — выдавил он.

— И если даже нам двоим не ответят, то мы закроем эту тему.

Отец скривился, но кивнул. Мужчины ушли.

Результатов не было. Даже Вик не смог помочь отцу. Однако он нанял частного детектива, поддерживал стремление отца найти хоть кого-то. Он перенял всю инициативу на себя.

К моему глубочайшему сожалению.

С того вечера Вик стал навещать нас регулярно. Он рассказывал матери о северной фауне, послушно возился со мной. Братьям нравилось, когда он показывал им, как надо драться. Но чаще всего он приходил к отцу, и вдвоем они запирались в кабинете. Иногда они горячо спорили, и их крики разносились по всему дому. Иногда они обсуждали что-то такое важное, что буквально шептали. Сколько раз я пыталась подслушать их шепот, все было бесполезно. Вик тут же выходил из кабинета и отправлял меня к себе. Он словно бы слышал, как я подкрадывалась к двери. В итоге, меня постоянно отдавали на руки матери, которая не спускала с меня с глаз.

Но спустя полгода это прошло. Я до такой степени привыкла к Вику, что не обращала на него внимания. Даже когда он предлагал поиграть, а делал он это каждую нашу встречу, я отказывалась, ссылаясь на важные дела, словно взрослая. И я не врала. К тому времени моя жизнь круто изменилась. А точнее, изменилось мое окружение. Отцу пришло предложение отправить старшего сына в военный интернат. Николай был против, заявив, что ему всего лишь 12 лет, и он не собирается становиться солдатом.