«Я думаю, я смог бы стать, таким, как ты… Я думаю, я смог бы жить в твоем теле, если бы была такая возможность… Я думаю, я смог бы занять твое место, жить твоей жизнью, твоей прекрасной, красочной жизнью…»
Добавить в моё избранное
6 мин, 5 сек 9014
Ты свалился на пол, захлебываясь собственной кровью. И стены и пол были в вязкой алой жидкости. Мать, наверное, ругаться будет.
Я замыл кровь на стене и паркете, вымыл нож и, оттащив твое тело в подвал, прикрыл его мешками с картошкой. Тебя найдут не скоро… А когда найдут, меня уже не будет в городе.
А сейчас, пожалуй, я схожу на встречу с твоей девушкой… И по дороге выброшу свои шмотки. Они все равно в крови. Я взял твою одежду, зачесал волосы набок, как обычно делал ты и отправился на встречу к твоему… — нет, уже моему! — ангелу.
Эта ее улыбка, эти добрые глаза, мягкие прикосновения рук к рукам и нежный-нежный поцелуй в щеку. Боже, она так прекрасна… Теперь я понимаю, почему ты влюбился в нее.
Я старался вести себя так же, как и ты и она, вроде, не заподозрила неладное. Лишь на прощание сказала: «Ты сегодня странный, Кай»… Кай… мне придется долго привыкать к этому имени… Родители поверили мне, что Рей ушел в виртуальный мир полностью. Для убедительности я даже подговорил соседского мальчишку, чтобы он посидел за компьютером, изображая меня. А так они видели Рея только тогда, когда Кай уходит из дома… Они так думали… Я уходил, но обойдя дом, забирался в окно на первом этаже и пробирался в свою бывшую комнату. Они так и не догадались, что Рей и Кай это один и тот же человек… С друзьями все было гораздо сложнее — парни сразу заподозрили что-то неладное. Я до последнего пытался им доказать, что я — это ты. Пока однажды не обнаружил их в своей комнате. Вернее, в комнате Рея. Они нашли мой дневник… И они увидели мои планы на Кая… Под их натиском я, обливаясь слезами, признался, что убил тебя. Тогда один из них, угрожая мне револьвером, найденным в кабинете отца, приказал показать, где я спрятал тело брата.
Когда я откинул в сторону последний пыльный мешок, он увидел твое тело… Оно уже начало разлагаться и по всему подвалу мгновенно разнесся сладковатый запах гниющей плоти. Кожа уже приобрела синий оттенок и местами была съедены крысами и насекомыми, обнажая мясо. Стеклянный и пустой взгляд некогда серых глаз был уставлен в потолок. А рядом с губами, над, которыми уже успели поработать опарыши, была все та же струйка запекшейся крови. Уже бурого цвета.
Моего «надзирателя» едва не стошнило от этого запаха. Да и меня, признаюсь, тоже.
— Это только при жизни ты доставлял всем радость, а вот после смерти… — прошептал я, склонившись к его телу.
К моему виску приложили что-то холодное.
Последнее, что я помню — невероятно громкий звук моего раскалывающегося черепа.
И все же ты погубил нас обоих, братик… © Ангел o. k., также известная как Motia и Мотя Кошкина.
Я замыл кровь на стене и паркете, вымыл нож и, оттащив твое тело в подвал, прикрыл его мешками с картошкой. Тебя найдут не скоро… А когда найдут, меня уже не будет в городе.
А сейчас, пожалуй, я схожу на встречу с твоей девушкой… И по дороге выброшу свои шмотки. Они все равно в крови. Я взял твою одежду, зачесал волосы набок, как обычно делал ты и отправился на встречу к твоему… — нет, уже моему! — ангелу.
Эта ее улыбка, эти добрые глаза, мягкие прикосновения рук к рукам и нежный-нежный поцелуй в щеку. Боже, она так прекрасна… Теперь я понимаю, почему ты влюбился в нее.
Я старался вести себя так же, как и ты и она, вроде, не заподозрила неладное. Лишь на прощание сказала: «Ты сегодня странный, Кай»… Кай… мне придется долго привыкать к этому имени… Родители поверили мне, что Рей ушел в виртуальный мир полностью. Для убедительности я даже подговорил соседского мальчишку, чтобы он посидел за компьютером, изображая меня. А так они видели Рея только тогда, когда Кай уходит из дома… Они так думали… Я уходил, но обойдя дом, забирался в окно на первом этаже и пробирался в свою бывшую комнату. Они так и не догадались, что Рей и Кай это один и тот же человек… С друзьями все было гораздо сложнее — парни сразу заподозрили что-то неладное. Я до последнего пытался им доказать, что я — это ты. Пока однажды не обнаружил их в своей комнате. Вернее, в комнате Рея. Они нашли мой дневник… И они увидели мои планы на Кая… Под их натиском я, обливаясь слезами, признался, что убил тебя. Тогда один из них, угрожая мне револьвером, найденным в кабинете отца, приказал показать, где я спрятал тело брата.
Когда я откинул в сторону последний пыльный мешок, он увидел твое тело… Оно уже начало разлагаться и по всему подвалу мгновенно разнесся сладковатый запах гниющей плоти. Кожа уже приобрела синий оттенок и местами была съедены крысами и насекомыми, обнажая мясо. Стеклянный и пустой взгляд некогда серых глаз был уставлен в потолок. А рядом с губами, над, которыми уже успели поработать опарыши, была все та же струйка запекшейся крови. Уже бурого цвета.
Моего «надзирателя» едва не стошнило от этого запаха. Да и меня, признаюсь, тоже.
— Это только при жизни ты доставлял всем радость, а вот после смерти… — прошептал я, склонившись к его телу.
К моему виску приложили что-то холодное.
Последнее, что я помню — невероятно громкий звук моего раскалывающегося черепа.
И все же ты погубил нас обоих, братик… © Ангел o. k., также известная как Motia и Мотя Кошкина.
Страница 2 из 2
