Сёстры мчались по прогону — вниз, к озеру. Рябило солнце за высоким плетнём, росные, ещё не скошенные травы стегали голые коленки, но бег по влажным камням создавал ощущение полёта, и про всё остальное можно было забыть. Быстрее, ещё быстрее! Весной здесь бурлил ручей из талых вод, вымывал глину, оставляя бугристое жёсткое ложе. Оступаться не стоило, но страх пьянил так же, как свистящий в ушах ветер.
Добавить в моё избранное
152 мин, 5 сек 6264
Хорошо всё же быть близнецами, пусть и не одинаковыми как две монетки. Повезло им, а вот вампиру — не очень.
День не задался. Старые и малые занимались пересудами, все гадали, как же так взял да и утонул мужик, который вырос на воде и плавать умел как рыба. Летом, пусть и ветреную погоду, странно было сплоховать, даже выпав за борт, а уж с берега и вовсе невозможно. Лодка-то осталась причаленной под ивами. Кто-то высказал предположение, что её просто прибило к суше волнами, но и тут не сходилось. Мужики, размахивая руками, доказывали друг другу где тело, где лодка, и откуда дул ветер — тоже всю жизнь у воды — разбирались.
Сёстры и дома посидели и побродили неприкаянно, разговоры старались не слушать. Участковый разбираться будет, вот и скажет, как так вышло, что человека и лодку разнесло в разные стороны. Покойника увезли на вскрытие в райцентр, разрешение недоумений отодвинулось на неопределённый срок, и взрослые постепенно вернулись к своим делам, а дети — развлечениям.
Вечером собрались большой компанией поиграть в волейбол. На краю пастбища стояли столбы, летом на них натягивали сетку. Мяч на всю деревню был один, потому играть приходилось по очереди, да и то этим больше увлекались девочки. Мальчишки и взрослые парни по другую сторону дороги разровняли поле для футбола. Поставили ворота, канавками наметили края и играли допоздна, до глухих сумерек, когда уже не различить было кто в какой команде, а то и просто увидеть под ногами мяч. Настоящего футбольного не было, катали из шерсти, обшивали брезентом и ничего, летал как миленький.
На волейбольной площадке собрались взрослые девочки, даже Светка пришла, хотя и не играла, а болтала языком и лузгала семечки. Мелкота нацелилась покидать детским резиновым мячиком в штандр, а заодно и повертеться вокруг старших — вдруг возьмут в команду. О несчастье, от которого днём ещё были тихими и почти послушными, совсем забыли. Увлеклись так, что не заметили как стемнело. Только что всё было видно, а вот уже и не различишь какого цвета у кого кофточка. Была и такая игра, но не слишком интересная, потому что при скудости деревенского гардероба запомнить, у кого что несложно.
Детвора разбрелась по домам, а сёстры дойдя до пилорамы свернули к сарайчикам и залезли на крышу того, что стоял у старой липы. Здесь под нависающими ветвями, они были никому не видны, то есть надеялись, что так оно и есть.
Девочки все уже разошлись, парни ещё пинали мяч. Несколько мальчишек на краю поля наблюдало за игрой, хотя, что они там могли разглядеть? Светка перешла через дорогу, глядел на футболистов, хотя они и не обращали на ней никакого внимания. Что она тут застряла? Ждала Григория?
Про волка помолвка, а он на порог. Не успела Анна подумать о вампире, как тут же услышала его голос. Откуда взялся в тени под липой, сёстры так и не поняли, но стоял, ухмыляясь и глядя на девочек снизу верх.
— А что делают здесь котятки? Выслеживают кого?
Анна едва не крикнула от неожиданности, с трудом взяла себя в руки. Сестра тоже дрогнула, но ответила спокойно, не растерялась.
— Мы тут играем.
— Во что же две маленькие девочки могут играть в темноте на крыше? — с насмешливым недоумением спросил вампир.
Делает вид, что не боится, а сам, наверное, переживает, не наябедничали ли на него сёстры, иначе чего бы тут разговоры разговаривал, а не тискался со Светкой в конюшне?
— Смотрим, как ребята в футбол играют, — спокойно ответила Вероника.
— Только они нас гонят, маленькие мол, ваше детское время вышло, идите спать, вот мы и спрятались.
Григорий недовольно покосился на едва различимые в темноте фигуры. Лицо отчётливо белело даже в сумерках, да и сам не терялся, потому что за спиной его возвышался светлый штабель свежих дранок, увязанных пачками, а ещё дальше — гора опилок возле главного здания пилорамы.
— Ну и правы юноши. Спать пора маленьким котяткам, да и большим тоже.
— А чего нам бояться? Ты же сказал, дядя, что нас не тронешь.
Анна восхитилась дерзостью сестры, даже страх утих, его вытеснило щёкотное возбуждение.
— Конечно, раз обещал.
— А от Светки отстанешь? — продолжала сестра и в груди снова всё застыло от ужаса и восторга. Анна едва не задохнулась, так велико оказалось волнение.
— Зачем она тебе? Да и вообще, что тут делать, деревенская жизнь тихая. В городе и народа больше.
— Не бойтесь, котятки! — покровительственно усмехнулся Григорий.
— Навечно тут не останусь, это пока лето, я на даче, а там подамся в более благодатные земли. Петроград под боком, да и Москва недалеко.
— Ленинград, — поправила Вероника. Вампир зыркнул, блеснули по-звериному глаза, но она словно не заметила.
— Пойдём мы, правда, спать пора.
Сёстры быстро проползли под ветками к другому краю крыши и спрыгнули.
День не задался. Старые и малые занимались пересудами, все гадали, как же так взял да и утонул мужик, который вырос на воде и плавать умел как рыба. Летом, пусть и ветреную погоду, странно было сплоховать, даже выпав за борт, а уж с берега и вовсе невозможно. Лодка-то осталась причаленной под ивами. Кто-то высказал предположение, что её просто прибило к суше волнами, но и тут не сходилось. Мужики, размахивая руками, доказывали друг другу где тело, где лодка, и откуда дул ветер — тоже всю жизнь у воды — разбирались.
Сёстры и дома посидели и побродили неприкаянно, разговоры старались не слушать. Участковый разбираться будет, вот и скажет, как так вышло, что человека и лодку разнесло в разные стороны. Покойника увезли на вскрытие в райцентр, разрешение недоумений отодвинулось на неопределённый срок, и взрослые постепенно вернулись к своим делам, а дети — развлечениям.
Вечером собрались большой компанией поиграть в волейбол. На краю пастбища стояли столбы, летом на них натягивали сетку. Мяч на всю деревню был один, потому играть приходилось по очереди, да и то этим больше увлекались девочки. Мальчишки и взрослые парни по другую сторону дороги разровняли поле для футбола. Поставили ворота, канавками наметили края и играли допоздна, до глухих сумерек, когда уже не различить было кто в какой команде, а то и просто увидеть под ногами мяч. Настоящего футбольного не было, катали из шерсти, обшивали брезентом и ничего, летал как миленький.
На волейбольной площадке собрались взрослые девочки, даже Светка пришла, хотя и не играла, а болтала языком и лузгала семечки. Мелкота нацелилась покидать детским резиновым мячиком в штандр, а заодно и повертеться вокруг старших — вдруг возьмут в команду. О несчастье, от которого днём ещё были тихими и почти послушными, совсем забыли. Увлеклись так, что не заметили как стемнело. Только что всё было видно, а вот уже и не различишь какого цвета у кого кофточка. Была и такая игра, но не слишком интересная, потому что при скудости деревенского гардероба запомнить, у кого что несложно.
Детвора разбрелась по домам, а сёстры дойдя до пилорамы свернули к сарайчикам и залезли на крышу того, что стоял у старой липы. Здесь под нависающими ветвями, они были никому не видны, то есть надеялись, что так оно и есть.
Девочки все уже разошлись, парни ещё пинали мяч. Несколько мальчишек на краю поля наблюдало за игрой, хотя, что они там могли разглядеть? Светка перешла через дорогу, глядел на футболистов, хотя они и не обращали на ней никакого внимания. Что она тут застряла? Ждала Григория?
Про волка помолвка, а он на порог. Не успела Анна подумать о вампире, как тут же услышала его голос. Откуда взялся в тени под липой, сёстры так и не поняли, но стоял, ухмыляясь и глядя на девочек снизу верх.
— А что делают здесь котятки? Выслеживают кого?
Анна едва не крикнула от неожиданности, с трудом взяла себя в руки. Сестра тоже дрогнула, но ответила спокойно, не растерялась.
— Мы тут играем.
— Во что же две маленькие девочки могут играть в темноте на крыше? — с насмешливым недоумением спросил вампир.
Делает вид, что не боится, а сам, наверное, переживает, не наябедничали ли на него сёстры, иначе чего бы тут разговоры разговаривал, а не тискался со Светкой в конюшне?
— Смотрим, как ребята в футбол играют, — спокойно ответила Вероника.
— Только они нас гонят, маленькие мол, ваше детское время вышло, идите спать, вот мы и спрятались.
Григорий недовольно покосился на едва различимые в темноте фигуры. Лицо отчётливо белело даже в сумерках, да и сам не терялся, потому что за спиной его возвышался светлый штабель свежих дранок, увязанных пачками, а ещё дальше — гора опилок возле главного здания пилорамы.
— Ну и правы юноши. Спать пора маленьким котяткам, да и большим тоже.
— А чего нам бояться? Ты же сказал, дядя, что нас не тронешь.
Анна восхитилась дерзостью сестры, даже страх утих, его вытеснило щёкотное возбуждение.
— Конечно, раз обещал.
— А от Светки отстанешь? — продолжала сестра и в груди снова всё застыло от ужаса и восторга. Анна едва не задохнулась, так велико оказалось волнение.
— Зачем она тебе? Да и вообще, что тут делать, деревенская жизнь тихая. В городе и народа больше.
— Не бойтесь, котятки! — покровительственно усмехнулся Григорий.
— Навечно тут не останусь, это пока лето, я на даче, а там подамся в более благодатные земли. Петроград под боком, да и Москва недалеко.
— Ленинград, — поправила Вероника. Вампир зыркнул, блеснули по-звериному глаза, но она словно не заметила.
— Пойдём мы, правда, спать пора.
Сёстры быстро проползли под ветками к другому краю крыши и спрыгнули.
Страница 30 из 42
